Один Бог знает, сколько бы они еще болтали таким образом, если бы не зазвонил телефон. Наталия успела первой взять трубку и не ошиблась: звонила Анна Петровна Денисова:
– Наталия Валерьевна? Это я, вы узнали меня?
– Конечно. Что случилось? Как ваши дела?
– Спасибо… Благодаря вам все просто превосходно. Но нам необходимо встретиться. Когда я могу к вам подъехать? Вы извините, что я вчера ночью не успела передать вам деньги, сами понимаете, я сильно нервничала… Пять вас устроит?
– Да, устроит.
– Так я сейчас приеду?
– Хорошо. Я буду вас ждать. Да, кстати, вы случайно не знаете, во сколько сегодня отходит московский поезд?
– Минутку, у меня записано… Вот, в двадцать тридцать. Вы собираетесь в Москву?
– Возможно.
– Послушайте, Наташа, вы не могли бы оттуда привезти мне кое-что?
Я скажу, где это продается. При встрече, при встрече…
Когда она положила трубку, Логинов вопросительно поднял брови, тем самым спрашивая, кто звонил.
– Одна знакомая.
– Ты ей помогаешь?
– Да, а ты против?
– Нет, конечно. Просто я хотел тебя спросить, не узнала ли ты что-нибудь нового по нашему делу.
– Узнала. Но сначала можно я тебя поцелую? – Она села к нему на колени и обвила руками его шею. – Спасибо за шубу. Я не ожидала…
– Вот черт! Забыл! – Он снова выбежал из спальни и вернулся с плиткой шоколада. – Бабаевский, как ты заказывала.
– А почему одну плитку-то?
– Не одну, не переживай, я взял целую коробку, и мы с Сапрыкиным спрятали ее в сейфе. Буду выдавать тебе по одной в день.
– Хорошо, что не в месяц. Послушай, скорее всего, я сейчас уеду.
– Куда еще?
– В Москву. Это очень важно. А теперь сядь и успокойся.
– Не могу…
– Возьми себя в руки и слушай. Убийства трех женщин, которых мы нашли с тобой в старом доме, связаны напрямую с убийством Бурковица и, скорее всего, с убийством Селиванова… Больше того, я уверена, что человек, убивший Селиванова, и есть хирург Бурковиц. Конечно, все это пока бездоказательно, но что касается убийства женщин – это абсолютно точно. Дело в том, что сегодня я была в той самой больнице, где работал Бурковиц, и видела журнал со списком его пациентов, которых он оперировал тридцатого мая. Ты можешь мне, конечно, не поверить, но он полностью совпадает с нашим списком…
– Каким еще списком?
– Сегодня ведь опознали Олю Перову?
– А ты-то откуда знаешь?
– Вычеркни этот вопрос из своего лексикона, в конце-то концов! «Откуда» да «откуда»… Знаю, вот и все! Значит так, Бурковиц прооперировал в тот день шестерых, список я тебе оставлю. Одной из пациенток была Оля Перова, которую нашли мы с тобой… Дальше идут другие фамилии, и я уверена, что в ближайшее время, когда трупы опознают, то эти все фамилии совпадут. К сожалению… Потому что почти всех женщин, которых он прооперировал тридцатого, убили одним и тем же способом: им вспарывали животы и что-то искали в правом боку.
– Ты сказала «почти». Почему?
– Потому что в этом списке есть некая Гольцева Юлия Александровна. По дороге домой я заехала к ней – она жива и здорова и ничего не знает.
– В каком смысле?
– В прямом. Дело в том, что это именно она лежала на операционном столе в то время, как к Бурковицу ворвались бандиты. Они же и у нее в животе что-то искали.
– В животе? Я ничего не понимаю…
– Бурковиц перед смертью успел сказать одну фразу: «В девушке…» То есть этим ребятам что-то от него надо было, и это «что-то» он, видимо, спрятал в животе одной из своих пациенток. Очевидно, он не рассчитывал на то, что его так быстро найдут, иначе бы он и не приезжал в больницу, а просто куда-нибудь бы спрятался.
– Наташа, ну что такое ты несешь, прости меня, конечно… Что, что мог он спрятать в животе?
– Вот это-то и надо узнать. И еще. В этом списке есть и Полина.
– Полина?! Ее что, тоже оперировали?
– Представь себе… Вот я и подумала, а не связано ли ее убийство тоже с этой операцией.
– Но почему ты сказала про убийство? Она же просто сорвалась с крыши!
– Полина? Не уверена. Возможно, что этот самый Гуров и охотился за Полиной, как за сосудом, в котором спрятано что-то очень важное.
– Кстати, о Гурове… Мы навели справки… Он, представь, тоже из команды президента.
– Послушай, объясни мне, что это значит: из команды президента. Ты имеешь в виду предвыборную команду?
– Да. Дело в том, что сейчас – ты же не читаешь газет, черт тебя подери! – президентская команда слилась с родионовской. Президент хочет видеть в своем кресле достойного преемника и работает в этом направлении. Так вот, Гуров был не последней фигурой. Но лично я Родионову не доверяю. И напрасно наш президент ему помогает. Ты же знаешь, нет дыма без огня… И эта его поездка в Рим, о которой пишут во всех газетах…
– А что Рим? Почему все только и говорят об этом?
– Дело в том, что там, в Риме, в то же самое время были представители определенных политических кругов из Германии, Франции, Голландии, Америки, Англии… Только если они приехали, чтобы посовещаться относительно ситуации на Ближнем Востоке, то Родионов оказался там тоже не случайно. Пишут, что у него было несколько важных встреч. Но пока подлинных доказательств его связи с этими лидерами нет. Вот когда появятся, тогда его политической карьере придет конец. Это же игра. И в ней делаются крупные ставки.
– Я что-то не пойму, ну встретился он, к примеру, с этими лидерами, что в этом плохого?
– А то, что человек – это, по-моему, такое же млекопитающее, как, скажем, поросенок или тигр, только гибче, а это что означает? То, что у него мозг чуть лучше развит и, стало быть, желаний больше. Желаний, амбиций и прочего… Если ему в Риме скажут: мы дадим тебе денег на избирательную кампанию, очень много денег, сделаем тебя президентом, но ты за это должен будешь проводить определенную политику… А политика эта будет направлена на что, как думаешь?
– Неужели на разрушение России? Это же смешно!
– Это не смешно. У нас огромная территория, природные ресурсы, которыми мы не умеем распоряжаться, а у них, в развитых странах, перенаселение… Понимаешь, они, с их мозгами, придя к власти в России (через своих ставленников), превратят ее в колонию. Поимеют, короче. Ясно? Все, ликбез закончился, раздевайся. Ты уже утомила меня своими разговорами.
– Ты хочешь меня поиметь, как развитые страны Россию?
– А хоть бы и так, мне все равно…
Пока они боролись, катаясь сначала по кровати, а потом по полу, в дверь тихонько постучала Соня и сказала, что пришла «какая-то Анна Петровна».
Это известие сразу отрезвило их: Логинов вспомнил, что ему давно пора быть на работе, а Наталия мысленно отправилась в Москву…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
