понимать. Поэтому он навсегда замкнулся в своем мужском мире, в котором не было места женщине.
Леди Корина была такой же, как все, которых он знал прежде. Ее глаза существовали отдельно от ее слов. Ее пальцы были всегда холодны. Он ясно сознавал, что она совершенно равнодушна к нему, и это его вполне устраивало. Ее интерес к нему основывался на прагматическом расчете, а не на взаимных чувствах.
Женщина-котенок, с которой он познакомился сегодня, была из другого мира. Она была похожа на него, в том числе своим сомнительным происхождением. Такие женщины не нуждаются в куртуазном обращении. Возможно, ей даже нравилась его прямота. Он мог бы научить ее разным приемам любви, которые были ему известны, и разделить с ней короткие минуты радости.
Слова Кассандры еще звучали в его голове. Она предостерегла его, что с Кориной его ждет холодная постель и бесчувственное сердце.
При этой мысли Кедедрин не мог сдержать улыбки. Как бы ему хотелось сохранить этих двух женщин одновременно: предназначенную ему двором невесту и эту забавную рыжеволосую проказницу. Тогда он может забыть пронзительные глаза Кассандры, зная, что не нарушил ничьих ожиданий.
Поленья в камине постепенно прогорели, превратившись в тлеющие угольки. Комната погрузилась в приятный полумрак, в котором время от времени вспыхивали яркие искры. Сидя в кресле, Кедедрин продолжал размышлять о двух женщинах, с которыми познакомился сегодня. Одна была леди Кассандра, милая и простодушная, готовая в любой момент прийти на помощь служанке и мечтавшая о вечной несбыточной любви из ее фантастических снов, вторая — его чувственная тигрица, скачущая на лошади в грозу по ночному лесу. Сколько от нее исходило страсти, жизни, энергии!
Кедедрин потер лоб и вспомнил времена, когда еще живы были его родители. Тогда и ему часто снилась милая голубоглазая девочка, весело игравшая на цветущем лугу.
Он совсем забыл о ней, и только сейчас она снова всплыла в его памяти.
Он поднялся и, сняв с себя одежду, лег на кровать. Он слишком стар, чтобы думать о снах, ругал себя Кедедрин, пытаясь изгнать из памяти этот давнишний сон, и уткнулся в подушку, чтобы его уставшие глаза не видели даже этого слабого света, исходившего от камина.
Он уже давно не юноша, полный грез, мечтавший о радостях и приключениях. Он зрелый воин, владеющий мечом, сын графа, послушный воле короля и заслуживающий возвращения ему титула. Он должен остаться верным своей цели, а не размышлять о юношеских снах.
Не сейчас. И никогда в будущем.
Глава 9
На следующий день весь двор был приглашен на охоту на кабанов. Дамы в красивых одеждах наблюдали за тем, как мужчины бросали длинные ножи и копья. Рядом носились многочисленные конюшие, державшие лошадей под уздцы, а всадники пытались благополучно заскочить на коней. Кассандра со стороны с большим интересом наблюдала это захватывающее зрелище.
— Почему мы пришли сюда? — уже не в первый раз спросила она Кэлиел.
Та сочувственно посмотрела на нее, понимая, что смысл этой ритуальной охоты был непостижим для младшей сестры.
— Потом кабанов отдадут крестьянам, чтобы те приготовили праздничное угощенье, — терпеливо объяснила она. — Мясо не пропадет.
— Разве у короля столько кабанов, что можно накормить всех крестьян?
Кэлиел тяжело вздохнула, понимая, что не сможет найти объяснения такому массовому убийству животных.
— Ты можешь не смотреть на арену, — предложила она. — Отойди в спокойное местечко. Пусть думают, что ты слишком нежная и чувствительная для таких зрелищ.
Скривив лицо, Кассандра отвела кобылу в загон. У нее раскалывалась голова, больно было прикасаться к ушибленному лбу, но она хорошо загримировалась, и Кэлиел не заметила шишку. Пусть сестра думает, что она не выносит этого жестокого спорта, решила Кассандра. Но как ей вырваться отсюда, чтобы пойти в хижину на встречу с Кедедрином. Девушка нервничала.
Теперь надо изловчиться, чтобы смыть пасту с лица и принять прежний облик, в каком ее в последний раз видел Кедедрин. Средь бела дня будет нелегко вывести кобылу из загона и исчезнуть в толпе. Надо будет постараться обхитрить всех, решила Кассандра.
Когда конюший помогал ей сесть в неудобное боковое седло, Кассандра поправила юбку и проверила, правильно ли сидит парик на голове. Все было в порядке. Зубами натянув перчатки для верховой езды, Кассандра смутилась, уловив насмешливый взгляд одной из молодых дам, которая с надменным видом оглядывала ее скромное платье.
Кассандра вздохнула и, гордо вздернув подбородок, изобразила на лице улыбку. Сейчас не стоило отвечать дерзостью на чье-то высокомерие, но когда та особа свалилась с лошади, споткнувшейся о собственную ногу, девушка не смогла сдержать смеха.
Скоро в сопровождении своей супруги, королевы Маргариты, прибыл сам король Малькольм. Кивнув старшему охотнику, королевская чета выехала со двора, сопровождаемая свитой подданных. Два графа следовали непосредственно за королем, вслед за ними скакали знатные сеньоры, и только потом менее родовитые лорды.
Проезжая мимо всадника на вороном жеребце, король остановился.
— А, Кедедрин? — приветствовал его король, узнав Кенмура.
— Ваше Величество, — ответил тот, низко склонив голову.
— Ты очень похож на своего отца.
Зеленые глаза Кедедрина вспыхнули, мышцы лица напряглись.
— Знаю, знаю твои боевые заслуги. Мне часто докладывали о твоих победах на полях сражений. Ты достойно постоял за честь Шотландии.
Снова поклонившись королю, Кедедрин немного успокоился.
— Но твой отец нанес оскорбление короне, — продолжал король. — Я должен быть уверен, что ты не повторишь ошибки отца.
Кедедрин снова напрягся.
— Я не подведу вас, Ваше Величество, — с жаром ответил он.
Король довольно кивнул.
— Как ты собираешься искупить его вину?
— Я покорно обещаю исполнить его клятву, женившись на дочери Уильяма и Морганы Фергюс.
— На леди Корине?
— Так точно, Ваше Величество.
Король взглянул на супругу, которая в ответ глубокомысленно улыбнулась.
— Это их дети — сын и дочь, — задумчиво проговорила она. — Умное решение. Лорд Фергюс болен. Когда он умрет, земли Фергюса должны быть в надежных руках. Этот союз пойдет на благо Шотландии.
Король натянул поводья, и лошадь медленно тронулась с места.
— Мы обдумаем это дело, — сказал он. — Ты человек, лишенный титула, владеющий замком в Эбердуре и землями вокруг него. Я бы разрешил тебе жениться на дочери из самого знатного семейства. Впрочем, разрешаю тебе замкнуть мою свиту на охоте, как того требует твое положение, — добавил король, оглянувшись на Кедедрина. — Когда начнется гон, разрешаю тебе скакать где угодно, куда тебя занесет. — Король оглядел свиту. — Пусть победит сильнейший!
Сжав кулаки, Кедедрин посмотрел вслед королевской свите. Некоторые из подданных смотрели на него насмешливо и недружелюбно, другие — открыто враждебно.
