— Ну что? У тебя получилось? — стоило оборотню шмыгнуть под ветви развесистой ивы, как к нему тут же вышел рослый мужчина, сверкая кошачьими зрачками в ночи.
— Ты разве сомневался во мне? — хмыкнул ему в ответ брюнет. — Разве я хоть раз подводил тебя?
— Нет, не подводил, но всякое может быть! Эти люди… они непредсказуемы! — выплюнул недовольно альфа.
— Скорее всего они уже успели испить вина, Хиташ. А это значит, что вскоре нам не придется прятаться, словно крысам. Мы удачно подгадали момент. Правильно ты говорил, что нужно выждать и убить двух зайцев одновременно. Но у нас получилось убить не двух, а трех…
— О, да! Король и глава черных мундиров вскоре сгинут с наших земель. Нам просто нужно будет переловить всех блюстителей закона и лишить их жизни… Но больше всего меня радует не это. Ты видел ЕЕ в доме? — альфа затаил дыхание, забывая, как дышать.
— Видел, Хиташ! — мечтательно вздохнул мужчина. — Она прекрасна! Словно глоток свежего воздуха в палящей солнцем пустыне. Мы заберем ее оттуда. Немного осталось ждать.
— Я весь в нетерпении, — альфа растянул на лице хищный оскал. — С этим сам разбирайся, — мужчина пнул ногой связанного парнишку, который сидел привязанным к стволу дерева и даже боялся моргнуть от страха.
— Куда его? Если я его отпущу, то он растреплет всем, кто именно отобрал у него вино и подмешал в него яд, ведь все происходило при нем…
— Меня это не интересует, — отмахнулся альфа. — Делай с ним что душе угодно. В любом случае скоро вся власть будет у нас и нам никто не станет указом, так что бояться нечего. Приведи ко мне девушку. Очень надеюсь, что в самое ближайшее время она будет у меня.
— Конечно, Хиташ, — склонился бета, намереваясь дождаться долгожданных новостей о кончине верхушки государства и после этого донести столь радостную весть своему альфе.
— Я возвращаюсь, а ты оставайся здесь. К утру жду от тебя новостей!
Хиташ выскользнул из-под ветвей и скрылся из виду, растворяясь в ночи.
Кухня поместья Шиир
Халиса
Я не ожидала, что Алерон оставит меня в живых. Не спорю, надеялась на это всем сердцем, но ведь надежда это одно, а суровая реальность совершенно другое.
Когда слуха коснулся звук падающего металла, я приоткрыла глаза, наблюдая, как глава черных мундиров, прихрамывая, подходил к дверям кухни.
Мне захотелось кинуться к нему. Заверить, что я люблю его всей душой. Что ради него готова пожертвовать жизнью, но вместо этого мне только и оставалось, как горько смотреть вслед и пытаться не разреветься.
Когда Алерон скрылся из виду, я закрыла лицо ладонями, чувствуя, как жгучие слезы стекают ручейками по щекам. Боль сковала сердце, она выжигала меня изнутри, отчего хотелось опуститься на пол безвольной куклой и умереть. Эти мучения невозможно было вынести. Рыдания прорывались сквозь тяжелое дыхание. Я пыталась успокоиться, взять себя в руки, но с каждой секундой было все больнее.
«Я не нужна ему! Не нужна!» — билась одна и та же мысль в голове.
В коридоре послышался разговор Баримора, и я тут же метнулась к раковине, чтобы поплескать себе в лицо холодной водой. Я не знала, как буду объяснять разгром на кухне и свои слезы, мне вообще не хотелось ничего говорить, ведь самое дорогое существо, не считая родителей, отвернулось от меня, презирая мою сущность.
— Леди Халиса, как вы? — с тревогой в голосе произнес дворецкий, оглядываясь по сторонам. — Мы сразу поспешили к вам на помощь, как только лорд сказал, что в помещение влетела летучая мышь. Мы слышали грохот, но не рискнули войти, а это оказывается вы мышь ловили. С вами все в порядке? Испугались? Ничего, сейчас заварим горячий травяной чай и все будет хорошо. А вино…, — Баримор вздохнул, оглядывая ядовитую лужу на полу и поблескивающие в свете люстр осколки от разбитой бутылки, — лорд Алерон подтвердил, что оно прокисло. И как я только не почувствовал это по запаху. Старею, наверное. Ладно, сейчас сделаю вам чай, а потом принесу наше вино. Пусть оно не имеет годового запаса за плечами, зато наполнено вкусом и ароматом ничуть не хуже, чем эта кислятина, будь она в пригодном для питья состоянии…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Слушала слова Баримора и не могла в них поверить. Алерон не рассказал про меня? Скрыл? Разве это не значит, что я важна для него?
«Нет, Халиса! Прекрати строить для себя воздушные замки! Если он тебя не сдал сейчас, то это еще не значит, что в данный момент он не рассказывает за столом про твой секрет!»
В последующие минуты мы прибирались на кухне. Баримор принес вино, хорошее вино, которое тут же девочки служанки переправили на стол в обеденную залу. Дворецкий напоил меня чаем и, если честно, на душе стало чуточку спокойнее.
Не имела ни малейшего представления как поступит глава черных мундиров, но то, что мое сердце до сих пор бьется, а я так и продолжаю занимать на его кухне должность главного повара, вместо того, чтобы собирать коленями грязь темниц, говорило о многом. Я уже давно была готова к смерти. Бежать точно не собираюсь. И если на моей судьбе начертано принять смерть от любимого, то значит так и будет…
Алерон
— Алерон, ты с нами или где? — коснулся слуха заинтересованный голос короля Кристона. — Сидишь уже около часа словно сам не свой. Все хорошо?
— Да, конечно, — уверенно кивнул я. — Просто задумался…
— Ужин просто превосходен, — тут же сменил тему его величество, отпивая из бокала вино.
Он даже и не подозревал, что если бы не Халиса, то вместо непринужденной беседы, все сидящие здесь сейчас испытывали бы адские мучения, прощаясь с жизнью.
— Полностью согласен, — ответил я, натянуто улыбаясь, ведь в голове до сих пор не укладывалось, что моя кареглазая и не кареглазая вовсе, а непонятная сущность, обладающая сменой облика на звериный.
Если честно, то про оборотней мало что было известно. Мы знали про их жестокость, умение грамотно манипулировать людьми, добиваться своих целей, но вот почему они такие, нам так и не удалось выяснить. Они не щадили никого, убивали даже детей, как до нас доходили слухи. Из-за этих тварей жители всего мира живут в страхе, боясь лишний раз выйти на улицу, если за окном село солнце. Оборотни жестоки, эгоистичны и безжалостны, поэтому в моей голове и не могло никак уложиться, что Халиса решила меня спасти. Зная кто я, она все же отважилась на то, чтобы пожертвовать собой ради моего спасения. Это терзало меня. Рушило все ранее выстроенные стереотипы. Ведь если Халиса отличается от себе подобных, то тогда это значит, что и другие оборотни тоже могут быть не так плохи, какими мы их всю жизнь считали.
Сидя за столом я молился, чтобы Халиса не покинула моего поместья. Я не хотел этого. Сердце рвалось к моей кареглазой. Готов был даже выйти из-за стола и отправиться на ее поиски, но я заставлял себя сидеть и делать вид, что меня ничего не беспокоит, хотя на самом деле сходил с ума от внутренних метаний.
— Дядя, у тебя кровь? — произнес Марик невзначай, сидя между мной и Энекином.
Я поднял запястье и обнаружил, что манжет рубахи действительно в крови. Видимо, когда Халиса отшвырнула меня, я обо что-то успел пораниться.
— Да это мы летучую мышь на кухне ловили, — поспешил успокоить я ребенка. — Все хорошо не переживай…
— Летучую мышь? — удивился король. — Занятно! И откуда она здесь взялась? Хотя, твое поместье словно заколдованное, притягивает тех, кого мне никогда не найти за всю свою жизнь, — хмыкнул он.
На мое удивление беседа протекала непринужденно. Даже Камалия, которая раздражала своим присутствием, вела себя довольно-таки скромно. Я не собирался отступать от своей задумки разорвать помолвку. Пусть Халиса и смогла меня "удивить", но все же я не представлял своей жизни без нее. Не знал, что будет дальше и будем ли мы с ней вместе, но пока решил действовать так, как считал нужным и самый первый шаг, это объявить о расторжении помолвки с леди Камалией, отец которой сидел напротив меня.
