— А свидетели имеются?
— Нет. Судя по всему, кто-то в соседних домах услышал аварию и посмотрел в окно. Они позвонили в 999.
— То есть, экстренные службы прибыли практически без задержки, — сказал Лукас. — У другого автомобиля было не так много времени, чтобы скрыться.
— Да, — я встала на колени и осмотрела следы в кустистой растительности. Я определённо не была экспертом по местам ДТП, но выглядело всё так, будто машина перевернулась. Чтобы такое произошло, Грейс и Фред должны были ехать на немыслимой для жилой зоны скорости.
Возможно, кто-то позвонил одному из них и сказал о пожаре. Грейс запаниковал бы, надавил на газ, а потом потерял управление, но это казалось невероятным. Я была практически уверена, что за рулём был он.
Я поморщилась. Всё это не складывалось. Нет следов причастности другой машины. Может, это просто человеческая ошибка.
— Что насчёт машины? — спросил Лукас. — Мы можем её увидеть? Сами оценить урон?
Я кивнула.
— Это наша следующая остановка, — я одарила его слабой улыбкой. — Может, тебе не нравится полиция, Лукас, но из тебя получился бы отличный детектив.
— Я учился у лучших, Д'Артаньян, — его тон был лёгким, но выражение лица — серьёзным. Я узнавала эмоцию, потому что сама чувствовала то же самое — десятикратно.
***
По настоянию Лукаса мы заехали в магазин, чтобы купить завтрак, и потом направились на штрафплощадку. Я всё ещё медленно жевала остатки банана, когда мы припарковались снаружи, и говорила себе, что даже если фрукт в моём рту напоминал на вкус пепел, я должна есть и сохранять силы ради всех нас.
Как только я повернула ключ, и двигатель Таллулы заглох, Лукас склонил голову набок и нахмурил лоб.
— Что такое? — спросила я.
— Что-то не так, — пробормотал он.
Я напряглась. Прежде чем я успела заговорить, он открыл пассажирскую дверцу и побежал к входу на штрафстоянку. Мой слух был не таким острым, как у Лукаса, но выбравшись из машины, я услышала то, что заставило его ощетиниться. За высокими стенами полицейской штрафстоянки слышалось отчётливое рычание. Рычание оборотня.
Зашипев себе под нос, я побежала за Лукасом. Ворота были плотно закрыты, по верху тянулась колючая проволока, забраться через которую было бы непросто. Время слишком раннее, чтобы на входе присутствовал сотрудник, так что нельзя было убедить кого-то, чтобы нас впустили.
Я выругалась и побежала к бетонной стене, бросившись вверх, пока мои пальцы не ухватились за верхний край. Тут колючей проволоки не было: полиция наверняка посчитала, что стены слишком высокие, чтобы кто-то попытался забраться через них. Для любого человека они слишком высокие, но сверху такое удастся без проблем.
Я рывком поднялась и посмотрела на камеру видеонаблюдения, которая меня определённо запечатлела. Теперь уже ничего не поделаешь. Я отвернулась и спрыгнула на землю с другой стороны. Лукас присоединился ко мне через несколько секунд.
— Если ты скажешь, что я не должна делать такие вещи, будучи беременной… — начала я.
Он поднял ладони.
— Я бы не посмел. Я тебе доверяю, помнишь? Ты знаешь свои пределы.
Я шмыгнула носом, слегка успокоившись. Последовало очередное низкое рычание. Оно не звучало таким угрожающим, как прежде, но всё равно вызывало беспокойство… и не оставалось сомнений, что оно исходило от волка.
Мы с Лукасом переглянулись и побежали на звук.
Баффи наполовину обратилась; только её голова и руки были в обличье оборотня. Её заострённые мохнатые уши прижимались к черепу, острые зубы оскалились, а подрагивающие губы растянулись, обнажая всё своё клыкастое величие. Её когти удлинились, будто она в любой момент готова была наброситься на кого-то и разорвать горло.
Я слегка успокоилась. Вопреки её ужасающему виду, она до сих пор себя контролировала. Это демонстрация запугивания, а не реальная угроза покалечить или убить. В данный момент я радовалась любым хорошим новостям. Но я всё равно закричала; естественно, я закричала.
— Баффи!
Её челюсти щёлкнули, а шерсть вокруг лица растворилась. Морда исчезла, чтобы она могла внятно ответить.
— Привет, Эмма! — бодро ответила она, улыбаясь. — Ты же не думала, что так легко сможешь меня бросить, нет?
Да я и не задумывалась об этом. Баффи находилась в самом низу списка важных вещей, о которых мне надо беспокоиться. В самом низу.
— Что ты делаешь? — потребовала я сквозь стиснутые зубы.
Её бодрость никуда не делась.
— Приехало достаточно людей, чтобы охранять моего Фреда и другого, Оуэна Как-Его-Там, так что я оставила их и приехала сюда, — она кивнула на остатки машины Грейса. — Альфи — единственный в здании, так что это даже хорошо, что я пришла. Потребовалось немного убеждения, чтобы сделать то, что нам надо.
Нам? Я поморщилась, заметив пару ног под покорёженным автомобилем перед нами, в котором едва можно было узнать машину Грейса. Меня вновь пронзила боль от того, что случилось с обоими моими коллегами.
Я наградила Баффи своим самым недовольным взглядом.
— Отойди, — приказал Лукас.
— Он ещё не закончил.
Из-под зафиксированной в подвешенном состоянии машины раздалось покашливание.
— Вообще-то, думаю, я нашёл необходимое.
Баффи просияла.
— Великолепно. Тогда вылезай.
Раздался царапающий звук, и мгновение спустя появилось испачканное маслом лицо мужчины средних лет. Он выбрался из-под машины, медленно поднялся на ноги и вытер руки о свой комбинезон. Учитывая то, что Баффи наверняка заявила ему до нашего прибытия, выражение его лица было на удивление безмятежным.
— Ну, Альфи? — Баффи моргнула и тряхнула головой. Её руки до сих пор были в обличье оборотня.
— Ого, бабуля, — сказал Альфи. — Какие большие у тебя когти.
Она бросилась на него и полоснула воздух перед его лицом. Он сделал поспешный шаг назад, явно нервничая сильнее, чем старался показывать.
— Прекрати, Баффи, — рявкнула я.
— Альфи нуждается в поощрении, — она снова оскалилась. — Не так ли, Альфи?
Я выразительно посмотрела на Лукаса, и он широко улыбнулся.
— С удовольствием, любовь моя, — он подошёл к Баффи и оттащил её. Она сопротивлялась его хватке, но не сильно. В конце концов, она вот-вот получит желаемое.
— Она не имела права приходить сюда и угрожать мне, — сказал Альфи, но его лондонский акцент становился сильнее, потому что эмоции брали верх. — Я просто ночной управляющий. Я не занимаюсь осмотром машин.
— Но ты умеешь проводить осмотры, не так ли, Альфи? — сказала Баффи в хватке Лукаса. — Что ты узнал?
Я повернулась к ней и погрозила пальцем перед её лицом.
— Больше ни слова. Я серьёзно.
Она изобразила, будто застёгивает рот на молнию.
Альфи издал дрожащий смешок. Я посмотрела на него.
— Так что ты узнал? — спросила я.
Его лицо мгновенно скисло, когда он осознал, что я не стану спасителем, на которого он надеялся; судя по выражению в его глазах, он начинал думать, что это меня тут надо бояться.
— Маленькая волчица права, — пробормотал он. — Авария не была случайностью.
— Я знала! — пропела Баффи. — Какой-то ублюдок перерезал тормоза! — вот вам и «больше ни слова».
Альфи закатил глаза.
— Жизнь — это вам не кино. Если перерезать тормоза в машине, водитель сразу заметит, даже если не загорится предупреждающая лампочка. Он сможет безопасно остановиться и дотащиться до ближайшей мастерской, — он покачал головой. — Нее. Тут было не так.
Он показал на переднюю часть машины.
— Колёсные гайки были ослаблены на всех четырёх колёсах. На передних колёсах некоторые полностью отлетели, скорее всего, после небольшого проеханного расстояния, и вы можете видеть, что правое переднее колесо отсутствует. Оно у нас тут где-то лежит. Его привезли с машиной. На задних колёсах гайки тоже ослаблены. Вот так и становится понятно, что это делалось намеренно. Это был саботаж.
Во рту у меня внезапно пересохло.
