…Новый военный атташе Японии подполковник Комацубара после прибытия в Москву сразу определил, что добываемая японскими военными разведчиками информация скудна и противоречива. Причина этого крылась в том, что у японцев не было достойных источников информации.
И Комацубара ставит задачу — найти в Москве, желательно в штабе РККА, высокоранжированного командира, имеющего прямой доступ к интересующим японскую военную разведку данным. Комацубара был осведомлен, что в то время в штабе РККА служило немало штабных работников из бывших царских офицеров и генералов, прошедших Первую мировую и Гражданскую войны. Значительное большинство из них были выходцами из рабочих и крестьян, что во многом и определило гибель династии Романовых, ибо эти офицеры и генералы сыграли ключевую роль в победе большевиков, о чем сегодня стыдливо умалчивают ура-патриоты.
По согласованию с Генеральным штабом Японии 28 октября 1928 года Комацубара завербовал «генерала», которого ему предложило ОГПУ.
Вербовка состоялась в 22.00 в Серебряном Бору.
Этот фешенебельный ныне район Москвы в те годы был одним из опасных, криминальных мест. И хотя помощник военного атташе майор Х. бдительно охранял место встречи Комацубары с «генералом», он не подозревал, что его самого охраняет отряд ОГПУ. Это способствовало тому, что вербовка прошла успешно и «генерал» взялся за дело.
Подполковник Комацубара немедленно проинформировал об этом Генштаб Японии. При этом особо подчеркнул, что «генерал» оказался очень прижимистый и потребовал за сотрудничество большое вознаграждение. Впрочем, это лишний раз подтвердило, что «генерал» наш человек, свой в доску.
В 1929 году Токио немедленно отозвало Комацубару из Москвы и направило в Маньчжурию для урегулирования вопросов после конфликта на КВЖД в 1929 году. По мнению профессора Куромии, Комацубара в Маньчжурии выполнял задание Советского Союза, а не Японии.
После оккупации Маньчжурии Японией в 1931 году и создания там марионеточного государства Маньчжоу-Го (1932 г.) полковник Комацубара был направлен в Харбин для создания Бюро российских эмигрантов (БРЭМ). Харбин в то время называли дальневосточным Парижем, он почти полностью был забит российскими белоэмигрантами, большинство из которых были агрессивно настроены к Советскому Союзу и постоянно вторгались в его пределы. Японцы решили подчинить этих «непосед» своему влиянию и заставить их выполнять то, что нужно Японии.
И полковник Комацубара активно организовал российских белоэмигрантов и создал с помощью своего помощника майора Акикусы Сюна (см. ниже) БРЭМ. Бюро было настолько удачно организовано, что не провело ни одной антисоветской операции, которая могла бы фигурировать на Токийском процессе для высших японских военных преступников. БРЭМ существовало, а вот что делало — непонятно.
Широкомасштабная оперативная игра по дезинформации японской военной разведки была организована и в регионах Дальнего Востока. Она называлась «Маки-Мираж», и о ней было написано несколько статей в дальневосточных изданиях.
Операцией руководили И. Сталин и Г. Ягода.
Хасимото Кингоро (1890–1957), полковник.
В 1927 году вступил в тайное офицерское Общество императорского флага («Кинкикай»), готовившее заговор под лозунгом возвращения императору всей полноты власти, якобы узурпированной продажными политиками. Служил в военной разведке. В 1927 году назначен военным атташе в Турции (1927–1930) с задачей установить контакт с высланным туда из Советского Союза Троцким. Не получилось, но он времени не терял даром. Стал поклонником национально-революционных преобразований Мустафы Кемаля Ататюрка. По возвращении в Японию был назначен начальником русского отдела Второго управления Генерального штаба (1930–1931). В 1930 году создал тайное офицерское националистическое Общество сакуры («Сакуракай»). Хасимото разработал также несколько проектов военного переворота, который планировалось осуществить при поддержке националистических и национально-социалистических организаций. Был одним из главных действующих лиц несостоявшихся заговоров, которые должны были привести к роспуску парламента и всех политических партий, введению чрезвычайного положения и созданию военных кабинетов во главе с генералами Угаки (в первом случае) и Араки (во втором). После раскрытия заговоров в 1931 году переведен на службу в провинцию, весной 1932 года некоторое время содержался под арестом. Не сделав карьеры в армии (так и оставался полковником с начала 1930-х годов), стал известным радикально-националистическим публицистом. После инцидента 26 февраля 1936 года переведен на службу в Китай. Будучи командиром артиллерии одной из японских частей, самовольно отдал приказ об обстреле и потоплении в декабре 1937 года американской канонерской лодки «Раnау» на р. Янцзы, что едва не привело к разрыву дипломатических отношений между Японией и США. Возглавлял полувоенную националистическую Партию молодежи великой Японии («Дай Ниппон сэйнэнто») и испытывал определенные симпатии к итальянскому и английскому фашизму, хотя неизменно утверждал, что идеи фашизма и национал-социализма неприемлемы для Японии как несовместимые с ее традиционными ценностями, а диктатура политиков или военных невозможна в условиях императорской системы, верность которой была одной из главных черт политического, социального и этического идеала Хасимото. Активный деятель движения за «новую структуру», один из создателей и руководителей Ассоциации помощи трону.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Был признан одним из главных военных преступников и на Токийском трибунале был приговорен к пожизненному сроку.
Янагита Гэндзо, генерал-лейтенант.
В 1922 году окончил с отличием «Рикугун дайгакко» (академия). В декабре 1932 года получил назначение военным атташе в Польше и Румынии. После возвращения в Японию в 1934 году Янагита был направлен в штаб Квантунской армии. В июле 1938 года был назначен командиром 1-го полка японской армии. В 1940 году возглавил «Токуму кикан» («особый орган») и стал помощником начальника военной разведки Квантунской армии. В 1943 году был назначен командиром 33-й дивизии, дислоцированной в Бирме. В начале 1944 года его дивизия понесла большие потери, в связи с чем генерал-лейтенанта планировали отдать под трибунал, но в результате в марте он был отправлен в отставку. В конце 1944 года был отозван и назначен начальником укрепрайона на Ляодунском полуострове.
19 августа 1945 года по его приказу был ликвидирован Г.С. Люшков. В 1952 году Янагита Гэндзо умер в тюремной больнице в Москве.
Хата Хикосабуро, начальник Харбинской Японской военной миссии (ЯВМ) в 1938–1940 годах.
Родился 1 октября 1890 года в префектуре Миэ. Окончил Военную академию в чине лейтенанта. В 1919 году окончил армейский военный колледж, в 1922-м был привлечен по вопросам разведки в России. С 1923 года служил в Квантунской армии в чине капитана. В 1926 году был отправлен в СССР в качестве военного атташе. В 1930 году отправлен в Польшу в этой же должности, затем в Латвию, а затем в Румынию.
С 1932 по 1933 год был прикреплен к Генеральному штабу Японской императорской армии. С 1934 по 1936 год — начальник «советского» отдела 4-й секции (Европа и США) 2-го бюро Генерального штаба армии, занимавшегося разведывательной деятельностью. С 1936 по 1937 год — военный атташе в Советском Союзе. С 1938 года — командир 57-го полка.
В 1938 году как специалист по России был отправлен в Маньчжурию и назначен начальником Харбинской ЯВМ. Активно сотрудничал с русской эмиграцией. С 1940 года — заместитель начальника штаба Квантунской армии. С 1943 по 1944 год — заместитель начальника Генштаба. С 1944 года — инспектор по снабжению, начальник военного колледжа с 22 марта по 3 августа 1944 года. С 7 апреля 1945 года — начальник штаба Квантунской армии. Участник советско-японской войны. Взят в плен советскими войсками с помощью просоветски настроенных эмигрантов в Маньчжурии. Содержался в советском плену до 1956 года. После освобождения вернулся на родину, где и умер 20 марта 1959 года.
