я должна справиться.
Мы проходим к большому овальному столу, который красиво сервирован и усыпан весенними цветами. Длинные вереницы бутонов персикового оттенка оплетают тарелки и создают удивительно стильную композицию.
— Вот и мы, — сообщает Влад, подводя меня к столу.
Он коротко качает головой, отгоняя официанта, и ухаживает за мной сам. Отодвигает стул, после чего хлопает по плечу мужчину рядом и, наконец, садится рядом. Я кожей чувствую, как все взгляды устремляются в мою сторону. Стоит немалых усилий заставить вести себя естественно. Больше всего хочется уткнуться в тарелку и хорошенько отдышаться, но вместо этого я обвожу взглядом гостей и прибиваю к губам любезную улыбку.
Ничего, Лена.
Справишься.
Это всего лишь люди. Да, состоятельные. Может быть, капризные и высокомерные. Но все равно они такие же, как ты. Ходят по той же земле.
— Я представлял Лену, — бросает Влад, вальяжно откидываясь на спинку кресла. — Кажется, все были на прошлом вечере? Ростов, ты был?
— А твои приглашения можно игнорировать? — подшучивает крупный мужчина в клетчатом пиджаке. — Не знал, что можно так легко отделаться.
— Это Глеб Ростов, — сообщает Бестужев, поворачиваясь ко мне. — Он торгует Антиквариатом, ныряет с Аквалангом и… что-то еще на букву “А”. Ростов?
— Влад, эта шутка устарела.
— Вспомнил. У него Аллергия на мое чувство юмора еще со студенческих времен.
Влад представляет остальных гостей, задавая непринужденную дружескую интонацию. Я улавливаю легкое удивление, которое царит в зале первые минуты, и догадываюсь, что Бестужев редко бывает таким. Его приятели удивлены, а мне остается только обхватить ладонь Влада в знак благодарности. Я ценю то, что он делает, помогая мне освоиться.
— Всё хорошо? — он наклоняется ко мне, касаясь губами виска. — Дышишь?
Я киваю, но Влад продолжает испытывать предел. Он смещается, ведя жесткими губами по моей коже и согревая ее горячим дыханием. Я ощущаю выдохи Бестужева не как воздух, а как что-то тягучее. Как карамельный сироп или густой алкогольный коктейль, который обостряет все чувства.
Я царапаю ладонь Влада, чтобы он прекратил и снова включился в общую беседу. Мне в ней сложно участвовать, как-то так сложилось, что я ничего не понимаю в дайвинге.
— …Мальта в десятке дайв-спотов Европы, — голос Ростова перекрывает остальные реплики. — Там десятки отвесных скал с пещерами и внутренние лагуны, туда можно летать каждый сезон и все равно исследовать новые места.
— Мальта? — неожиданно оживляется Бестужев. — Что скажешь, малышка?
Я хмурюсь, не понимая к чему он клонит.
— Мы собирались сыграть свадьбу в Европе, — подсказывает он. — Мне нравится Мальта.
— Остров Гозо, — подсказывает женский голос с другого конца стола. — Глеб говорил о нем.
— Очень романтичное место, — вмешивается спутница Глеба, которая явно провела там не один отпуск. — По легенде на нем жила нимфа Калипсо. Чертовка очаровала и на десять лет задержала у себя самого Одиссея.
— Прекрасно, — произношу вслух, а потом наклоняюсь к уху Бестужева и добавляю только для его слуха. — Остров Гозо нам не подходит.
— Почему это? — он усмехается.
— Ты слышал? Десять лет. У нас только три.
— Поищем другую легенду?
— Остров.
Я случайно касаюсь кончиком носа его кожи и чувствую, как моя малейшая инициатива действует на Влада. Я отвлекаюсь на бокал с терпким напитком, чтобы отдышаться. Непривычный вкус с кисловато-горьким оттенком кажется мне странным, но я делаю еще несколько глотков, надеясь распробовать новое сочетание.
Нет, все-таки не мое.
И в голову ударяет. Хотя я не почувствовала градус, решив, что это какой-нибудь фирменный лимонад.
— Глеб, какие еще острова ты знаешь? — бросает Бестужев. — Необязательно для дайвинга, можно для нормального человеческого отдыха.
Я запиваю странный напиток водой, которая кажется мне чем-то райским. Да уж, мой организм порой протестует против элитных вещей. Я откидываюсь на мягкую спинку и стараюсь сконцентрироваться на словах Ростова, который с жаром рассказывает об очередном уголке планеты. Только вот я почти не разбираю его слова, до меня долетает лишь гул человеческой речи, а смысл ускользает. Да что со мной? И почему так жарко в груди, как будто жестокое тропическое солнце опалило платье.
Я снова тянусь к стакану с водой, но вдруг понимаю, что тело не слушается меня.
Мне приходится собрать все силы, чтобы попасть ладонью по стеклу. Я жадно обхватываю стакан, все же надеясь выпить еще немного воды. Может, полегчает? Может, я переоценила свои силы, а на самом деле едва соображаю из-за стресса?
Воздух падает тяжелым грузом на грудь, я вдыхаю каждый глоток с трудом и чувствую, как начинает кружиться голова. Я отпускаю стакан, боясь обронить его на себя, и поднимаюсь с места. Мне нужно в уборную, нужно ополоснуть лицо и прийти в себя.
Влад трогает мое запястье. Могу поспорить, что он с вопросом смотрит на мое лицо, но я не опускаю взгляд на него. Я вижу вдалеке дверь и она становится моей единственной целью. Я делаю шаг за шагом, киваю официанту, который открывает передо мной дверь и, к счастью, быстро ориентируюсь, куда идти дальше.
Направо.
Еще немного.
Когда серая лакированная дверь туалета захлопывается за моей спиной, я буквально оседаю на мраморную столешницу. Мой золотой браслет звонко бьется об камень, заставляя поморщиться, а отражение в зеркале кажется едва знакомым. Я побледнела и не могу толком сфокусировать взгляд. Всё расплывается и танцует…
Черт, со мной происходит что-то непонятное. Прилив слабости сменяется дикой эйфорией.
И…
Связно думать не выходит. Я открываю кран и зачерпываю побольше, обливая лицо. Мне уже плевать на макияж, и на платье тоже. Хотя шелк тут же промокает и пошлейшим образом обрисовывает мою грудь. На мне нет белья, открытое платье на бретельках не предполагает, что между ним и твоим телом будет хоть что-то.
Я слышу стук в дверь.
— Лена? — голос Влада звучит напряженно. — Ты тут?
Его слова доносятся как сквозь толщу воды. Мне становится смешно, потому что я сама стою мокрая насквозь. Я закрываю лицо ладонями и глупо хихикаю, хотя на глаза просятся слезы. Со мной такое впервые
