него брат и ударил по руке, которой тот начал гладить себя. Что за мерзость? Малолетки, да еще и извращенцы!
— Короче, пацаны. Мне до вас нет никакого дела. Разбирайтесь и дальше между собой, а мне пора.
Я ошибся, повернувшись к ним спиной. Кто-то из двоих тут же схватил меня сзади, вывернул руку и приставил к горлу нож. Участившееся горячее дыхание обдавало жаром ухо.
— Мама не учила тебя хорошим манерам? Мы лишь хотели поговорить, а ты нас так оскорбил своим безразличием, не хорошо! Это откровенное хамство! — судя по интонации и нервным ноткам, это был тот, кого назвали «Тенью». — Точнее, это брат хотел поговорить, я бы, с удовольствием, порезвился с тобой. Из-за тебя все мое тело и душа пылают. — А потом лизнул меня по щеке, не менее, горячим языком.
— Конченый извращенец! — вспылил я и, зажав лезвие в ладони, выкрутился из хватки так, чтобы не вывернуть себе руку, которую держал этот придурок. От неожиданности тот выпустил нож, и я со всего размаху, локтем врезал ему по носу. Парень отшатнулся, упал и схватился за сломанный нос. Увидев в своих ладонях кровь, он зарычал и злостно, снизу-вверх, посмотрел на меня.
— Сукин сын! День, у меня кровь! Этот ублюдок сломал мне нос! — неистовствовал парень.
— Я же сказал тебе не кипятиться. — Не обращая внимания на вопли брата, проговорил День. — Прости моего несдержанного братца. Мы с тобой не раз еще увидимся, вот и решили проверить заранее, на что ты способен.
— Почему ты считаешь, что мы еще увидимся? — поинтересовался я, не глядя на ползающего внизу психа.
— Твой путь, как Хранителя, только начался. Но скажу тебе с уверенностью, ты зря все это начал. — Потом подошел к брату, поднял его и, улыбнувшись мне, скрылся в кустах.
Стой теперь и гадай, откуда они меня знают, а главное, кем сами являются? Зря я все это начал? Да я еще и не начал ничего. Таков был план на сегодня, но все пошло наперекосяк. В принципе, я сам все испортил из-за собственных чувств. Поддался этому странному влечению к девушке, которую совсем не знаю, которая не упускает возможности меня принизить, но и не покидает мои мысли ни днем, ни… ночью.
А что касаемо близнецов… Стоит все же уточнить у, например, священника кто эти ребята. Меня не вдохновляла мысль, что изо дня в день я встречаю все больше странных людей, твердящих одно и тоже. Стоило раз зайти в церковь и меня начал преследовать непонятный народ, убеждающий то в правильности выбора, то в обратности моего решения. Только вот… Принял ли я какое-то решение? Сделал ли окончательный выбор?
Поняв, что делать здесь больше нечего, я пошел к выходу из парка. Точнее, этот выход искать. Потом сообразил, что у меня в руках какой-то предмет. Опустил голову и увидел нож. Я все еще сжимал его в пальцах. На ладони не оказалось ни царапинки. Он что, тупой? Я начал вертеть его в руках и ощупывать лезвие. Нет, острое, и еще какое! Надо же, повезло то как. Удачно схватился, значит, раз следа не осталось. На ручке были выгравированы инициалы «Т.П.». Нож был тяжелый, серебряный, складной, с черной ручкой. Убрав лезвие, спрятал нож в карман, на память, так сказать.
У парка кипела жизнь. Шумно и воздух наполнен легкостью и беззаботностью. Никто никуда не спешил, не торопился и даже не подозревал, что происходило за стеной деревьев. Я ничего в себе не открыл, никаких способностей, может их и нет вовсе. Когда я нахожусь в компании Хранителей, в глубине души я будто начинаю верить, что это возможно. Но стоит окунуться в обыденность, вернуться к простым людям, и все ощущения стираются. Наша жизнь совершенно понятна. Ничего сложного. Каждый занимается своими делами. Никто никому не помогает, не спасает жизни. Только вот я решил все усложнить. Занимаюсь странными делами, не понимая до конца, что от меня требуется? На данном этапе своего необъяснимого положения, не мог уловить собственное отношение к происходящему. Не получалось дать определение моему душевному состоянию. Меня что-то тревожило. Скорее всего, это можно списать на диковинность нынешних знакомств. Такого столпотворения загадочных посторонних в моей жизни в новинку, может поэтому внутри так дискомфортно?
Не найдя себе применение до смены в кафе, решил зайти в церковь, и может быть пообщаться со священником.
Глава 11. Голос
Больше 30 лет назад.
Территория церкви была огромна. Она занимала несколько соток и содержала в себе не только храм, но и прицерковный городок, в домиках которого, жили служители Бога. Возле каждого деревянного дома был отведен небольшой участок для огорода. Вдоль многочисленных тропинок росли деревья, а из земли торчали фонари, освещающие вечерами все вокруг. Кириллу нравилось прогуливаться вдоль дорожек вечерами и дышать свежим, чистым воздухом. Церковь находилось за городом, поэтому у него всегда кружилась голова, когда он возвращался из душного города обратно. Здесь он чувствовал себя, как дома. Точнее — это и был его дом. Он ощущал одухотворенность, успокоение. Здесь он набирался сил. Еще и озеро рядом, о таком месте можно только мечтать. Щедрые люди выделили лучший участок для постройки церкви, за что им можно сказать спасибо. Вот и сейчас, глубоким вечером, Кирилл гулял по окрестностям, глубоко задумавшись. Он пытался вспомнить. Вспомнить, что с ним было, после смерти родителей. Почему голос вернулся? И что он слышит? Или правильнее спросить, кого он слышит? Это его внутреннее "я" или нечто иное? В первый и во второй раз он был ослаблен. Именно в такой момент, когда у него почва уходит из-под ног, он слышит этот голос. Но почему он настраивал его против Виктора? Почему голос просил бросить друга? Сам Кирилл никогда не смог бы так поступить, даже если бы там висел незнакомый ему мальчик. Но с другом…разве мог он подсознательно желать Виктору смерти. НЕТ! Он не способен даже подумать о таком. Тогда что же это было?
Кирилл медленно шел, хмурясь и шевеля губами. Он не сразу заметил дьякона, который подошел к нему.
— О чем так задумался? — раздался рядом с ним голос.
Кирилл вздрогнул от неожиданности и посмотрел на своего
