в проводе, которые едва заметно изменяли общий фон. Лично для моих глаз практически ничего не менялось, а вот инструкция подсказала, что так оно и было. Главное, чтобы ток не сильно уходил в своих параметрах. А то помню, как провода на лабораторной работе в школе у кого-то сгорели. Тоже, кстати, наводимым током пытались лампочку зажечь. У меня тогда плохо получилось…
Фига чё вспомнил. Или это нейроинтерфейс в нужный момент фрагмент памяти подкинул?
— Готово, — как только схема была завершена, убрал я руку от провода. — Внешне ничего не было видно?
— Не-а, — мотнула головой Ханако.
— Вообще ничего, — с облегчением проговорила мама моей подруги.
— Ну и хорошо, — улыбка сама по себе появилась на моем лице.
Дальше мы начали ходить и смотреть. Теперь можно было наложить на всю известную систему поиск энергетических потоков. По логике, они должны совпадать с проводами. Ну на всякий случай, чисто для того, чтобы самому убедиться в своей правоте.
Обойдя всю квартиру, с внешней стороны комнаты Ханако заметил, что примерно в том месте, где с другой стороны была иная панель, действительно нет ничего, вообще все провода огибали именно тот квадрат. Даже на всякий случай переключился на температурный режим. Провода же греются немного? Греются. А вот пустота только поглощает тепло. И то место действительно выглядело холоднее. Какие-то незначительные отклонения, десятые доли градусов, но они были. Мгла! А вот если бы не было этого прибора, мы бы даже и не узнали, что тут что-то не так.
— Да, там пустота, однозначно, — покосился я на Ханако.
— С этой стороны не сможете посмотреть, только из комнаты Хано, — скрестив руки под грудью, спокойно проговорила тетя Юкио. — Сейчас возьму инструмент и откручу.
— Может, я? — сделал я полшага вперед. — Папа учил…
— Я уже пять лет сама тут все подкручиваю, — тепло улыбнулась и так же проговорила женщина. — Не переживай, Ник, все нормально. Я сделаю.
Мы с Ханако сразу прошли в ее комнату, тетя Юкио подошла немного попозже. Единственное, с чем она попросила нас помочь, — снять один ящик. Он не был тяжелым, просто большим и не совсем из-за этого удобным. И как только он оказался на полу, женщина на своем родном языке сказала явно что-то не совсем культурное, ибо реакция дочери не заставила себя долго ждать.
— Мама! — возмутилась Хано. — Ну у нас же гости!
— Он всё равно не знает этого языка, — выдохнула женщина. — А Олегу я бы руки открутила!
— А что не так? — опустил я тут же приподнятые ранее очки. — А… вон, показывает, в трех местах не прикручено.
— Вот именно! — повысила тетя Юкио немного голос. — Там панель держалась за счет ящика! А если бы она не выдержала и упала на мою дочь?
— Не упала бы, подсказывает умная система, — постучал я пальцем по дужке очков. — Так что не стоит на дядю Олега ругаться.
— Всё равно это не дело! Надо прикрутить…
— А может, он это специально сделал? — посмотрела на меня Ханако, а в ее глазах загорелось любопытство. — Просто Ник одну историю рассказал. Папа секреты любил и никогда не выдавал. Ведь так?
— Да, — нахмурилась женщина. — Думаешь, там тоже что-то оставил?
— Ну не просто же так прибор Ника там видит пустоту! — опять повысила голос Ханако, что еще больше говорило о ее уверенности. — А прибор Ника создала его мама, так что я верю, что папа не просто так это сделал. Ну, Мгла, мам, открутить и прикрутить — пять минут!
— Хорошо, — вздохнула женщина.
И со временем Ханако угадала почти в точку. Еще семь секунд сверху.
Панель оказалась на полу, вот только за панелью был еще небольшой, очень тонкий лист. Его держало всего три болта, но металл был явно не из дешевых. По крайней мере его характеристики ПМР считывать вообще не хотел. Выдавал, что недостаточно доступа. Я об этом сказал, и мы еще больше убедились в том, что там что-то есть. Сняли лист. И увидели.
— Флешка, — покрутила старенький прибор в руках тетя Юкио. — Я ее… помню. С ней вечно Олег работал, если дома отчеты составлял.
— То есть служебная?
— Личная, — уверенно сказала она, но весь ее вид показывал, что она не верит в то, что видит, — но он ее мог использовать на работе, проверенная. И очень долговечная.
Как в фильмах, мы не стали тянуть, показывая всю важность момента. Не было никаких лучей с небес, с потолка, из-за стен. Хотя мы были изрядно удивлены. Но уже через пару мгновений мы были в комнате тети Юкио, у Ханако компьютер не имел нужного допуска. Флешка в комп. Пару мгновений. И снова череда неизвестных мне слов, от которых у Ханако уши покраснели. Если это ругань… то я не думал, что на такое тетя Юкио способна.
— Мам! — опять возмутилась девушка.
— Нервы, — вяло улыбнулась женщина. — А тут, — кивнула она на экран, — зашифровано.
Глава 8(33)
Часа два, может, даже больше, мы гадали, что может помочь расшифровать данные с флешки. Требовался какой-то ключ. Слава богам, количество попыток не было ограничено, так что мы испробовали целую кучу различных «типовых» и личных слов. Но ничего не подходило. Каждый раз — ошибка. Правда, в какой-то момент мы среди зашифрованных архивов нашли кластер данных. Сначала тоже восприняли, что это шифр, но Ханако подметила, что это не совсем оно. Названия иные, как и расширения.
— Ну-ка, — перетащила данные с флешки на компьютер тетя Юкио. — А теперь открываем через приложение банка… грузит.
Прогрузило. И повисла тишина. Не гнетущая, а скорее удивляющая. Мы все втроем уставились на экраны и не могли поверить своим собственным глазам. Это были Хейзы, которые зашифровали в крипту, в код. Сейчас они все зачислились на счет мамы Ханако, а сумма с пятью нулями внушала уважение. Но всё равно… учитывая мои недельные расходы в пятьдесят-семьдесят Хейзов, то вообще цифра немыслимая.
— Этого… — пыталась взять себя в руки тетя Юкио, шмыгнула носом, сосредоточилась и с нежной улыбкой посмотрела на нас с Ханако. — Этого хватит, чтобы прожить несколько лет, не зная, что такое паста. Как минимум. А еще купить отдельный жилой модуль для Ханако.
— Это откуда у папы столько денег?.. — не веря своим глазам, проговорила девушка. — Я не помню, чтобы он в принципе столько зарабатывал. Конечно, я его доходов не знаю, но Туман…
— Он и не зарабатывал столько, — снова посмотрела на экран мама. — Пять сотен тысяч Хейзов… он столько за два года зарабатывал. Может, чуточку больше… не считая премий. А
