бифштекс».
«Моя мать склонна к излишним переживаниям», - усмехнулся Бенедикт. «Она
слишком заботится о нас для нашего же блага».
«О, тише, вы двое», - рассмеялась Лилибет. «Доктор Хэррод, пожалуйста, проверьте
его ногу. Он скрывал это от меня, но я заметила, что он хромает».
«Я так и сделаю», - заверил доктор Хэррод. «Но я должен любезно попросить вас
уйти, мадам. Вид очищаемой раны может обеспокоить женщину».
«Хорошо», - тяжело вздохнула Лилибет. «Но после того как вы позаботитесь о ноге
Бенедикта и проверите мисс Лафлёр, я рассчитываю обсудить с вами здоровье
лорда Блэкмура. Он ведет себя столь же скрытно, и это убивает меня
беспокойством».
«Конечно», - сказал доктор Хэррод с оттенком неловкости. «Однако я должен
напомнить вам о врачебной тайне. Если лорд Блэкмур желает, чтобы его дела
оставались тайной, я обязан это уважать». Лилибет напряглась.
«Посмотрим», - ответила она. «Бенедикт, дорогой, не проводишь ли ты доктора
Харрода в комнату мисс Лафлёр после того, как вы закончите? Она выглядела
немного бледной, когда я видела ее раньше».
«Я действительно не думаю, что осмотр необходим», - сказал Бенедикт, глядя
между матерью и доктором. «Я уверен, что утром она будет в порядке».
«Лучше перестраховаться, чем потом жалеть», - сказала Лилибет с
бескомпромиссным взглядом, прежде чем выйти из комнаты.
«Пожалуйста, подойдите сюда и снимите рубашку, мистер Блэкмур», -
распорядился доктор Хэррод, доставая из сумки стетоскоп. «Как вы себя чувствуете
в целом?»
«Я в порядке. Что бы ни говорила моя мать, доктор, кабан просто сбил меня с ног и
поцарапал ногу».
«Очень хорошо, очень хорошо». Доктор Хэррод приложил прохладный диск
стетоскопа к груди Бенедикта. «Пожалуйста, сделайте глубокий вдох. И
выдохните».
Бенедикт последовал инструкциям.
«Отлично», - сказал доктор Хэррод, вытирая руки салфеткой, смоченной спиртом.
«Доктор», - засомневался Бенедикт, не зная, как продолжить. «Несмотря на то что
моя мать могла вам сказать, я думаю, что с мисс Лафлёр все в порядке».
Казалось, доктор Хэррод не слышал его. «У вас что-нибудь болит в груди?»
«Нет».
«Есть затруднения с дыханием?»
«Нет, доктор».
«Хорошо. Пожалуйста, наденьте рубашку и покажите мне ногу».
«Спасибо». Бенедикт оделся и сел на стул, закатав штанину.
«И кто же эта молодая леди?» небрежно спросил доктор Хэррод.
«Она моя подруга», - ответил Бенедикт, разматывая бинт и выпрямляя ногу.
Доктор Хэррод пододвинул перед ним стул, сел и начал обрабатывать рану ватным
шариком, смоченным в желтоватой жидкости.
«Скорее всего, это просто простуда, не так ли?» снова попытался Бенедикт.
Он знал, что Виктор будет в ярости от того, что он впустил доктора, но не мог
придумать более правдоподобного оправдания, чтобы не пустить мужчину.
«Возможно». Доктор пожал плечами. «Бледный цвет лица и головокружение могут
быть признаками различных заболеваний».
«Заболеваний?» с тревогой повторил Бенедикт.
«Мне нужно осмотреть пациента, прежде чем делать какие-либо выводы», - сурово
сказал доктор Харрод. Затем он быстро обмотал ногу Бенедикта чистым бинтом и
завязал на конце узел. «А теперь покажите мне дорогу к молодой леди».
Они вышли из кабинета и направились через освещенную свечами галерею к
комнатам в левом крыле. Когда они приблизились к спальне для гостей, Бенедикт
прочистил горло.
«Если вы не возражаете», - сказал он, повернувшись к доктору Хэрроду, - «я бы
хотел сначала поговорить с мисс Лафлёр наедине, чтобы сообщить ей о вашем
приезде».
Доктор нахмурился и посмотрел на Бенедикта с легким подозрением.
«Мистер Блэкмур», - сказал он, понизив голос. «Я понимаю, что нормы и правила
высшего общества могут показаться несколько ограничивающими... даже
устаревшими, когда речь идет об отношениях между молодыми мужчинами и
женщинами. И что страсти могут разгораться... что может привести к различным
действиям и последствиям».
«Что?» Бенедикт нахмурился, не понимая, что происходит.
Доктор неловко кашлянул, прежде чем продолжить. «Итак, если беременность
возможна, мне нужно, чтобы вы сразу же сообщили мне об этом».
Бенедикт покраснел, пораженный таким намеком. «Это невозможно».
«Это не такая уж редкость, как можно подумать, мистер Блэкмур», - сказал доктор, его тон наводил на размышления. «Уверяю вас, я сохраню ваш секрет, чтобы не
навредить вашей репутации...»
«Между нами не было ничего подобного, доктор Хэррод», - перебил Бенедикт.
«Как скажете, сэр». Доктор кивнул, хотя и не выглядел полностью убежденным.
Бенедикт постучал в дверь, а доктор Хэррод стоял в нескольких шагах и терпеливо
ждал. Дверь слегка приоткрылась, и Бенедикт смог разглядеть часть розоватого
лица Шарлотты, которая выглянула наружу одним глазом.
«Что?» - сказала она без всяких формальностей.
«Могу я поговорить с мисс Лафлёр?»
«Нет».
Когда Шарлотта двинулась, чтобы захлопнуть дверь перед его носом, Бенедикт
быстро вставил ногу в дверную раму. «Доктор здесь», - сказал он.
На секунду Шарлотта замешкалась, но затем, по команде Вивьен «Впусти его», неохотно отступила в сторону, на ее лице было написано недовольство.
Бенедикт вошел в комнату. Это была просторная спальня, освещенная
единственной масляной лампой, в центре которой лежал большой ковер. Справа
стояла большая кровать с балдахином, прикроватная тумбочка и шкаф для одежды, напротив входа - письменный стол. Снаружи бушевала метель, засыпая окна
снегом.
Вивьен лежала в постели с книгой на коленях. Она выглядела бледной и искренне
больной, хотя, возможно, на лицо было нанесено слишком много пудры.
«Доктор Харрод здесь», - сразу же сообщил ей Бенедикт. «Он пришел осмотреть
тебя».
«Здесь?» В глазах Вивьен мелькнула паника.
«Моя мать настояла, чтобы он осмотрел тебя», - сказал Бенедикт. «О, и он
обеспокоен тем, что ты можешь быть беременна».
Брови Вивьен взлетели вверх. «Что?»
«Итак, как вы предлагаете нам с этим справиться?» вмешалась Шарлотта, ее тон
был жестким. «Этот беспорядок - ваших рук дело!»
«Шарлотта, потише», - с досадой сказала ей Вивьен, а затем повернулась к
Бенедикту. «Она права. Это на твоей совести».
«Притвориться больной было твоей идеей, не так ли? Просто скажи ему, что тебе
