метров в пять шириной и длиной метров в десять, заполнило лёгким ветерком и в течении десятка секунд закидало довольно плотным снежным покровом. Всё скромно, сугробы были сантиметров по десять.
— Оставь себе, — перекинул мне руну здоровяк обратно. — Это только детёныш настоящей руны. Очень хорошая и сильная руна, но её надо очень долго растить и много кормить. Если хочешь вырастить из ребёнка сильного воина, он должен много есть и тренироваться.
Осталось только кивнуть. Может быть, и хорошая руна, вот только когда мне этим заниматься и будет ли у меня вообще на это время и возможности? Владеть снежным ураганом весьма неплохо, но, когда это будет? Отец семейства сказал, что в штуках рун выпало вполне неплохо, а Восходящие были деревянными, только-только получившими свои гвозди. Самое ценное, что в них могло быть — это и есть стигмат. Настоящая добыча сразу разбежалась, увидев моего бронированного красавца.
Когда мы спокойно ковыряли трофеи, выискивая что ни будь полезное среди трупов, появился мой медведище. Плешивый все-таки решил пройти через знак, хотя для него из храма Говорящий головы было много выходов с другой стороны горы, где не было полчищ червей. Те самые, через которые, как я предполагал, скорее всего, и выйдет медведь. Кусь и Плешивый обладали очень развитым интеллектом, не знаю по каким параметрам определяется разумность, но по мне вполне разумны, просто иначе чем люди. Разум высших хищников с приставкой: «теневые», конечно, отличался от человеческого, но намного превосходил собак, лошадей и прочих животных, которых я знал, и даже скорее всего превосходил многие полуразумные искины, которые применялись в боевых системах звёздного флота.
— Плешивый фу! — дал я команду направившемуся к ближайшему трупу аборигена медвегрызу.
В подъедании трупов местных я ничего плохого не видел, но если медведю всё равно, то пусть пройдёт десяток шагов и поест птицы или говядины. Находившихся за спинами основной группы нескольких всадников на кархах и даже тауро, Захватчик прибил в первую очередь, очевидно решив, что если они больше, то опасней. И кархи и тауро были вполне съедобны, а мясо ничем не хуже любого другого.
Если честно, мне было плевать. Я не раз кормил Куся бандитами и прочими негодяями, но если есть возможность покормить зверя не человечиной, то можно это вполне сделать. Пока Плешивый драл тушу тауро, мы морщили носы от вони и драли мешки с личными вещами местных, выворачивали карманы и проверяли тушки на предмет рунной мелочёвки.
Самые лучшие и интересные предметы наверняка утащили с собой разбежавшиеся Восходящие, а нам досталась целая груда не особо ценных, зато габаритных и многочисленных вещей. Пользуясь предыдущим опытом, обламывали хорошие наконечники копей, швыряли в криптор хорошего качества клинки и рунные амулеты.
Отошли метров на двадцать от замершей машины. Далеко отходить не хотели, чтобы местные по-прежнему думали, что всё под контролем. Зато с подветренной стороны, где воняло от выпотрошенных трупов поменьше. Просто если отойти подальше, а машина останется на месте, то у аборигенов могут закрасться нехорошие мысли, что Захватчик сломался.
Как то скрываться смысла не было. Не думаю, что Восходящие быстро воспрянут духом и рискнут совершить нападение. Махина появившегося скорпиона по-прежнему стояла на лапах, замерев, указывая хвостом в даль, и наверняка наводя ужас.
Из обломанных древок копий, топорищ, снятых с хороших топоров, которые отправились в мой криптер и вороха стрел, получился весьма неплохой костер. Рядом курсировал Плешивый, с набитым до предела брюхом, откусывая по небольшому кусочку то от тауро, то от дохлых кархов по очереди. Приказ не трогать трупы людей соблюдать очень легко, когда брюхо полно до такой степени, что всё равно совать некуда. Медведь не понимал почему я ему сказал есть только вот этих и не трогать все остальное, но мяса было нереально много, а при хорошем кормлении медвегрызы совершенно не любопытны.
Мы тоже отделили от мёртвого тауро несколько увесистых кусков, а мои хотели приготовить мяса впрок, чтобы потом просто доставать из криптора. Они колдовали у огня, готовя сразу и жаренную и запечённую таурятину.
Нимфея привстала и показала, чтобы мы не шумели. Туг прищурился, а я замер. В руках девушки сверкнула руна. Все представители Народа Воды умеют слышать воду, это их от рождения, а у девчонки была руна, позволявшая слышать воду, но на суше. Как работает не знаю, я только описание читал. Все, что касалось воды, будь то лужа, капли дождя или снег, наша Цветущая в Ночи, могла ощутить на поистине огромных расстояниях.
— Идут. Они возвращаются, — тихо проговорила она.
Глава 7
Ксенорез — проктолог
Вокруг нас было разбросанно куча бессистемных крупных валунов. Рядом с нами, на один из таких залез стальной паук. Это был знакомый мне Тарантул. Машина была в штурмовой модификации, просматривались дополнительные эмиттеры силовых щитов, в оружии преобладало не сильно дальнобойное, зато с мощным поражающим эффектом. Энергетическая пушка и ротор были разнесены и каждый имел дополнительную защиту из грубо сваренных стальных пластин, над машиной возвышалась кустарно сваренная решётка с дырами для ведения огня.
От таких защитных приспособлений отказались в далёкой древности. Нет ни единого шанса, что подобное приспособление удержит выстрел гаусс турели, удар плазмы или кислотный плевок червя, но вот против местных рун и палок вполне себе. Многие чудесные средства поражения, которые хранились в рунах, имели весьма много условий. Моя облачная молния, половина огненных шаров и стрел, куски льда и просто брошенные с руки камни вначале столкнуться с прутьями решётки, а потом остатком силы подействуют на саму боевую машину. А ещё надо продавить силовой щит, расположенный сразу под сваренным металлом. Думаю, именно этим и объяснялось такая странная последовательность. Машина выглядела грозно, а по вареной-переваренной решётке и куче боевых отметил, было понятно, что конструкция весьма удачна и крови врагам эта единица попила изрядно.
Машина неспешна показала себя. Проследила, чтобы мы на неё обратили внимание, и увидев, что с нашей стороны никто не дергается и большего, чем просто интерес не проявляет, развернулась в ту сторону, где рыба слышала шумы. Симбионт перехватил управление, но не мешал оператору, а как-бы навис сверху, в любую секунду имея возможность заблокировать нежелательное действие, но управляющий пауком пока этого не понял. Через имплант, с перехваченного канала связи я видел, как камера дала увеличение в ночном спектре, как осторожно поднимаются из-за камня, две головы. Одна принадлежала Танаану, другая, наверное, его помощнику. Этот тот самый, который шутил про запасную гадость из криптора. Зря, одной
