Мой голос сорвался на хриплый шепот. Я повернулась к двери, проглотила комок в горле и тихо отперла замок.
В ту минуту, когда я приоткрыла дверь и увидела его в щелку, дыхание у меня перехватило. Я прикусила губу и украдкой взглянула на него – какой же он был соблазнительный в коричневых, плотно облегавших брюках и простой белой рубашке! Даже не подозревая о том, что я рассматриваю его, он вздохнул и осторожно положил руку на дверь, но не толкнул ее.
– Я могу войти? – спросил он.
Я опустила голову и посмотрела на дверь так, словно она была воротами в другой мир. Мир кошмаров.
– Да, можешь, – тихо сказала я и, сложив перед собой руки, отступила.
Он стоял на пороге, высокий, с прекрасной осанкой, и держался с таким достоинством, словно был особой королевских кровей. Невероятно хорош собой, под тканью его рубахи выступали рельефные мускулы… Воистину – само очарование.
Не сводя с него обеспокоенного взгляда, я села на кровать.
– Эш, – начала я, пытаясь скрыть свои чувства. Каждое мгновение наедине с ним казалось чудовищной пыткой. Мне так хотелось, чтобы все поскорее закончилось.
Он вошел и запер за собой дверь.
– Я видел, что ты спустилась к завтраку, – сказал он и подошел ближе.
– Сегодня день лунных пирожков, – тихо промямлила я, жалея о каждом слове, которое срывалось у меня с губ. Щеки пылали. Но я никак не могла оторвать от него взгляд.
– Я… э-э… принес тебе кое-что. – Теперь, когда Эш оказался рядом со мной, я заметила сверток у него в руке. Он стал разворачивать его, не сводя с меня глаз. – Думаю, тебе это должно подойти. – Он достал и положил на пол самый изысканный меч, что мне только доводилось видеть, и кожаные сапоги, после чего протянул мне стопку аккуратно сложенной одежды. – Все это принадлежало Галхоэ. Она была…
Наши взгляды встретились.
– Седьмым магом, – проговорила я, не в силах скрыть своего потрясения. Но тут же взяла себя в руки и быстро добавила: – Туриад упоминал ее.
– А, – тихо сказал Эш, и в его карих глазах промелькнуло сомнение. Однако он тут же вернул самообладание.
– Получается, ты знаешь, что я не маг. – Его голос звучал твердо. Для такого признания нужна была храбрость.
– Знаю, – с трудом проговорила я, не разжимая ладоней, так как боялась, что он заметит, как сильно они дрожат.
Он отвел взгляд, было видно, как озадачил его мой ответ. Возможно, он ожидал услышать более резкие слова. Но я больше не могла лгать ему, ведь я с самого начала была с ним неискренней.
– Что с ней случилось? – спросила я, не в силах сдержать любопытство.
Его челюсти напряглись.
– Она умерла, – ответил он резко и отстраненно.
Я взяла одежду и отложила ее в сторону. Прищурившись, я наклонилась к нему поближе.
– Ты знаешь, кто это сделал? – Я пристально посмотрела ему в лицо, пытаясь найти ответ. – Кто убил седьмого мага?
В его взгляде читались насмешка и сочувствие.
– Злая волшебница. – Эш сел на кровать. – Ее имя – Розлин.
– Розлин? – в ужасе воскликнула я. Страх ледяной волной прокатился по моему телу.
Эш тяжело вздохнул. Его взгляд стал пустым, он провел ладонями вдоль бедер до коленей.
– Снежка, – прошептал он, поворачивая ко мне голову. – Я видел твое лицо, когда Бриндел рассказывала о напавшем на нее чудовище. – Его темные бездонные глаза смотрели прямо на меня.
От ледяного ужаса мне стало тяжело дышать.
– История была такой ужасной, – с трудом проговорила я. Мои веки дрожали. Во рту пересохло. – Мне было жаль несчастную девушку. – В глазах защипало от подступивших к ним слез.
Эш подвинулся ко мне ближе.
– Нет, нет, – прошептал он, качая головой. – Я увидел в твоем взгляде страх, – уточнил он и наклонился ко мне, его взгляд прожигал меня насквозь. Эш словно пытался заглянуть мне в душу. – Послушай, у нас не было возможности поговорить с тех пор… – его голос сорвался. Он облизнул губы. – Ты – Малис Сноу, принцесса Уайтхейвена. И доспехи, которые описала Бриндел, – кровавая роза на золоте – это герб Уайтхейвена.
Стены, которые я так старательно возводила вокруг себя, стали рушиться одна за другой, словно башня моего проклятого замка. А вместе с ними из глаз по заалевшим щекам потекли слезы. Я крепко сжала губы, чтобы подавить рыдания, сдавившие грудь.
– Снежка, я…
Наконец я повернулась к нему.
– Эш, я не убивала моего отца, – быстро проговорила я, давая волю той боли, которая терзала мое сердце. Горе душило меня, и мой голос дрожал. Я размазала слезы по щекам тыльной стороной ладони и всхлипнула. – Ты должен мне поверить! – В этот момент я поняла, что готова была сделать что угодно, лишь бы он мне поверил. Я даже до конца не могла себе представить, насколько для меня это было важно.
Он взял меня за руку.
– Я тебе верю, – Эш был искренен. От прикосновения его пальцев по всему телу разлилось приятное тепло.
Я молча в смущении смотрела на него.
– Ты… – с трудом проговорила я. – Ты мне веришь? – Мое тело напряглось, когда он сжал мою руку. – Я не все тебе рассказала…
– И не нужно, – сказал он мне все тем же тихим голосом, а его пальцы переплелись с моими. – Снежка, я был там. – Он сделал паузу. – Я видел, как ты убегала от королевской стражи. Я чувствовал, как ты скорбишь по отцу. – Он смотрел на меня спокойным, ласковым взглядом. – Ни один убийца на свете не будет так скорбеть, как ты в той пещере.
Его нежность удивила меня не меньше его слов.
– Но как ты?.. – едва смогла проговорить я.
– Я наблюдал за тобой все это время, – продолжал он. – И с того момента твои страдания причиняют мне боль, твои страхи не дают мне покоя. – Эш слегка наклонился ко мне и убрал прядь волос с моего лица. – О боги! Когда я думаю о том, что ты едва не погибла в Черном лесу… – гримаса ужаса исказила его лицо.
– О чем ты говоришь? – спросила я, страх и подозрения зародились в моей душе одновременно. – Моей жизни ничто не угрожало.
Уголки его губ слегка дрогнули.
– Да неужели? – прошептал он, слегка приподняв брови. – Баргест, который на тебя напал, вряд ли согласился бы с тобой.
При одном только упоминании об этом звере по телу у меня пробежали мурашки. И все же я возразила ему.
– Но баргест так и не смог… – я замолчала. И тут меня осенило. – Баргест? – спросила я, сморщив нос. – Эш, я никогда тебе об
