Кернив поднял руку и направил палец на карлика. Он произнес несколько стигийских слов, от которых мороз пошел по коже у людей, стоявших поблизости и слышавших все.
Карлик съежился на сундуке и вдруг затих. Цепь со звяканьем упала, ошейник повис в воздухе, слегка покачиваясь. Вместо карлика, только что прыгавшего и размахивавшего руками, на сундуке лежала сморщившаяся шкурка.
Один из солдат вдруг вскрикнул. Он наклонился, поднял с пола горсть золотых монет и сунул в кошель. Затем подобрал десяток драгоценных камней и запихал туда же, еще один браслет он нацепил себе на запястье. Он повернулся к Гуннару.
Я ухожу, Гуннар. Я поступлю так, как говорит Кернив. Прости меня — и позволь мне уйти.
— Хорошо, — Гуннар безразлично махнул рукой. — Убирайся. Ты предал нас всех. Ты больше не один из нас, и ни один отряд наемников не возьмет тебя к себе. Об этом я позабочусь.
— Если сможешь, — тихо сказал солдат.
Он повернулся и побежал, торопясь скрыться быстрее, чем Гуннар передумает и бросит ему в спину нож. Но Гуннар уже забыл о дезертире. Его интересовал сундук.
— Не приближайся!
Кернив заслонил собой сундук. Однако Гуннар отшвырнул советника в сторону и ударил его кулаком по голове. Удар оказался так силен, что старик рухнул на пол без чувств. Наемников это совершенно не обеспокоило. Старик вообще перестал занимать их мысли. Они больше не думали ни о его магии, ни о его величественной манере держаться, ни о собственных договорах с этим человеком.
Сундук и таинственное содержимое сундука! Скорее, скорее! Забрать как можно больше!
Драгоценности хрустели под сапогами солдат, навалившихся на сундук. Гуннар, рыча, отбрасывал назад своих соратников.
— Я сам! Пустите! Я сам открою!
Наконец ему удалось откинуть крышку. Она даже не была заперта.
И… сперва ничего не произошло.
Сундук был пуст.
Несколько раз солдаты подходили и заглядывали внутрь. Они ничего не понимали. В комнате как будто сделалось темнее, факелы вдруг начали отчаянно коптить. Но в сундуке ничего не появилось. Да и откуда?
Тоска овладела людьми. Они бродили по комнате, не в силах покинуть ее, и все ждали чего-то. Они не могли смириться с разочарованием. Как же так? Почему так получилось? Не потому ли, что они поддались на уговоры обманщика? Или же это вышло из-за того, что они нарушили собственное обещание?
Но Гуннару все время казалось, что дело совершенно не в этом. Здесь таился какой-то подвох… И пока его люди разочарованно подбирали драгоценные побрякушки и рассматривали их, Гуннар вернулся к сундуку и наклонился над ним. Ему показалось, что на дне сундука что-то шевелится. Он пригляделся внимательнее.
Да, там, несомненно, что-то было. Что-то живое и едва различимое. Гуннар засунул руку в сундук и прикоснулся к днищу. Он как будто пронзил пальцами нечто живое — так ощущалась бы медуза или какая-нибудь иная студенистая масса…
И вдруг он почувствовал на коже сильное жжение. Он выдернул руку и затряс кистью в воздухе, пытаясь немного облегчить боль. Вслед за рукой Гуннара из сундука вылетела бесформенная черная тварь.
Она росла прямо на глазах, заполняя собой воздух. Вот из темного облака протянулись два крыла, окруженные хлопьями гари, затем явились два красных глаза. Крылатая тьма заметалась по помещению, преследуя людей.
Солдаты пытались скрыться от нее. Они в панике бегали взад-вперед, искали выход, пытались добежать до двери. Но дверь куда-то исчезла. Они так легко вошли в сокровищницу — и теперь совершенно не представляли себе, как из нее выйти!
Чернота падала на них сверху, выпуская когти, она вцеплялась в волосы, охватывала голову крыльями и приникала к ним ртом. Тот, кого она хватала, медленно опускался на землю. Оставшиеся в живых не понимали, что происходит. Они видели лишь, как тело их товарища с гротескной маской вместо головы сперва дергало руками и ногами, а затем обмякало и мягко опускалось на пол.
А крылатая тьма опять взмывала в воздух и кружила под потолком в поисках новой жертвы…
* * *
Солдат-дезертир остановился на берегу, тяжело дыша. С него довольно! Хватит этой войны! Он сыт по горло магами и их уловками! Что это Гуннару взбрело послушать предателя? Если бы тот показал им подземный ход — все было бы в порядке. Но ломать стену с помощью заклинания, а потом еще тащить их в ту сокровищницу… У солдата мурашки бежали по коже, едва он вспоминал карлика, сундук, все эти выкрики и звяканье цепи…
Неожиданно отвратительный запах ударил ему в ноздри. Он повертелся по сторонам, пытаясь определить источник вони. Но поблизости ничего не было. А пахло так, словно где-то совсем близко разлагался труп.
Месяц уже исчез с неба, горизонт начинал розоветь. Солдат обернулся к башне, из которой выбрался — как он считал, чудом. Из верхних окон башни вырывались черные клубы. Огня не было, только дым. Ужасный, темный дым, такой густой, словно горели человеческие тела или какое-то тяжелое масло.
Солдат закашлялся и поднял руку, чтобы обтереть лицо. Нестерпимая вонь ударила ему в ноздри. Он присмотрелся и увидел, что его запястье вымазано нечистотами.
— Проклятье! Откуда здесь это? — проворчал он, обтирая руку о песок.
Но вонь не исчезла. Неожиданная догадка пронзила солдата. Он схватился за свой кошель и развязал его. Оттуда полились жидкие нечистоты С громкой руганью он выбросил кошель и бросился бежать.
Никаких драгоценностей в башне не было. То, что они принимали за бриллианты и золото, было пометом карлика, заточенного в подземелье.
* * *
Гуннар открыл глаза. Первая мысль, которая пришла к нему в голову, была очень простой и ясной. Они выиграли войну, они захватили башню, и теперь у них новый наниматель, гораздо лучше прежнего. Отряд почти не понес потерь.
Один солдат. Один — за всю кампанию! Удачно вышло.
И денег — полные карманы. Они богачи!
Они служили теперь в гарнизоне башни, что охраняла пролив. Гуннара ничуть не удивляло то обстоятельство, что солдаты, погибшие при штурме этой башни, снова находились в строю. Они ведь не покинули отряд! Они ведь не сбежали отсюда, унося в качестве награды лишь дерьмо! Нет, они остались со своими товарищами и теперь опять служат с ними бок о бок. Это справедливо. Так должно быть всегда.
Умирают лишь дезертиры, верно?
* * *
Это помнил Гуннар. Он не знал, что осталось в памяти у других. Наверное, то же самое.
Во всяком случае, каждый наемник в его отряде твердо знал: их хозяин — господин Кернив, их задача — охранять башню возле пролива, их враг — любой, кто попытается в эту башню войти.
