— Он мог бы остаться с нами, — всхлипывала она. — Я бы присматривала за ним. Он любил меня. От него не было бы никаких неприятностей.
— Глупости. Ты большую часть года проводишь в школе, и у тебя есть более важные дела, чем престарелый пони, — отрезал сэр Джеральд. — В любом случае, животные должны отрабатывать свое содержание. Пора бы тебе повзрослеть, дорогая.
Занна оплакала свою потерю, а потом, с решимостью, не свойственной ее возрасту, выбросила из головы беднягу Соломона. С тех пор животные стали для нее запретной темой. Она никогда не просила другую лошадь, собаку или даже кошку. Так было меньше боли.
«Это урок, который я должна была запомнить, — размышляла Занна, чувствуя теплое дыхание лошади на лице и шее. — Отец готов избавиться от любого, кто больше не может быть ему полезным. Догадывалась ли об этом моя мать?»
Лошадь занервничала, услышав приближающийся цокот копыт, и Занна поняла, что кто-то проезжает сейчас под аркой по направлению к дворику.
Она затаила дыхание, умоляя, чтобы это был не Джейк. Она не в силах снова встретиться с ним лицом к лицу, снова притворяться…
Но, медленно повернувшись, Занна убедилась, что ее молитва не была услышана.
Джейк спешился и подошел к ней, ведя под уздцы красивого гнедого мерина.
— Хочешь сбежать, Сюзанна? — усмехнулся он. — Селестина не подходит для этого. Пару километров от стойла, и она развернется и направится к дому.
— Благодаря твоим козням, мне сейчас некуда бежать.
Джейк сдвинул брови.
— И это все, что ты хочешь сказать? Неужели встреча с матерью через столько лет для тебя ничего не значит?
— Нет, конечно, — неохотно призналась Занна. — Но я все еще не понимаю, как такая любящая мать могла бросить своего ребенка. Как она могла оставаться в стороне все эти годы и не попытаться связаться со мной… дать знать о себе.
— Боже мой, — мягко сказал Джейк. — Как мало ты знаешь.
На секунду Занна почувствовала себя обиженной, заметив отблеск презрения в его темных глазах, потом он резко от нее отвернулся, позвав:
— Густав, — тут же, словно из-под земли, возник низенький, кривоногий мужчина и забрал у него мерина.
Джейк шагнул к Занне. Она стояла, как вкопанная, стараясь не замечать выражение ярости на его лице.
— Идем со мной, моя милая сводная сестренка, — язвительно сказал он. — Мне нужно кое-что показать тебе.
— Нет, — она попятилась. — Это… это личное дело… между мной и моей матерью, и я сама разберусь в этом.
— А по-моему, это дело перестало быть твоим личным, — огрызнулся Джейк. — Между прочим, я увяз в нем по уши, или ты забыла?
Он грубо схватил ее за руку и потащил к сараю в дальнем углу двора.
— Куда мы идем? — Занна попыталась вырваться.
— Не на сеновал, разумеется, — буркнул Джейк. — Уж эту грубую ошибку я не повторю.
— Ну, хоть в чем-то я могу с тобой согласиться.
Джейк подтолкнул Занну к деревянной лестнице, ведущей на второй этаж. Поднимаясь по ней, девушка почувствовала знакомые запахи масляных красок и скипидара.
Они очутились на огромном чердаке. Его пол был покрыт свежевыкрашенными досками, а вместо целого куска стены было вставлено огромное стекло, пропускающее внутрь помещения чистый, яркий солнечный свет.
Вдоль стены стояли свернутые полотна, и неоконченный пейзаж ожидал на мольберте.
Занна, затаив дыхание, смотрела по сторонам.
— Твой отец оборудовал студию для мамы в каждом доме, где вы жили?
— Да, — коротко ответил Джейк.
— Тогда это все объясняет. Видимо, она бросила меня, чтоб обрести себя… ее искусство требовало жертв? — Кроме горечи в ее голосе слышалась дрожь.
Джейк шепотом выругался.
— Я не склонен к насилию, — тихо сказал он. — Я за всю свою жизнь никого не ударил. Но в вашем случае, мисс Уэсткотт, мне очень хочется сделать исключение — положить вас на коленку и отшлепать как следует.
Занна одарила его лучезарной улыбкой.
— Как несправедливо, мистер… э… Лантрелл, или как вас там. — Она снова обвела взглядом чердак. — Но по-моему, ты затащил меня сюда с другими целями?
— Да, у меня была цель. Но сейчас мне это кажется бессмысленным. У тебя ограниченный ум, Сюзанна. Ты не способна ни на какие уступки, правда ведь?
— Я могла бы выслушать тебя, — сказала Занна, — той ночью в Эмплшеме. Но тогда ты хотел от меня других уступок.
— Я уже говорил тебе, как жалею об этом. Или ты хочешь, чтоб я встал перед тобой на колени? Не лучше ли согласиться, что во всем виновато сочетание чрезмерного количества выпивки с лунным светом, и забыть о нашей ошибке?
— Нашей? — Занна взглянула на него вызывающе.
— Вот именно, — подчеркнул Джейк. — Ты хотела меня не меньше, чем я тебя, и не пытайся это отрицать.
Чувствуя, что вступила на скользкую почву, Занна решила сменить тему.
— А тебе не кажется, что ты должен был предупредить меня о нашем родстве?
— Оно не настолько существенно. — Джейк на секунду умолк. — И это была не моя тайна. Ты все еще оставалась с отцом, и я не мог ничего сказать, не посоветовавшись со Сьюзен… не получив ее разрешение.
Он подошел к куче свернутых полотен и, присев на корточки, начал ее разгребать.
— Подойди и взгляни на это.
Занна неохотно присела рядом с ним.
— На них на всех «Дом священника», — заметила она с удивлением. — Это одна и та же картина.
— Присмотрись получше, — сказал Джейк. — И ты увидишь, что они различаются.
— Да, — Занна нахмурилась. — Да, теперь вижу. — Она указала на одно их них. — Вот здесь коляска в саду. А здесь уже ребенок: маленькая девочка в голубом платье играет с собакой… а вот та же девочка верхом на пони… — Ее голос сорвался, когда она поняла, что видит, о чем говорит.
Джейк мягко добавил:
— А тут она в школьной форме. Уже совсем взрослая.
— Нет, — воскликнула Занна. Она уселась на пол, обхватив себя руками, словно пытаясь защититься. — Ребенок на этих картинах… это ведь я?
— Да, — сказал Джейк. — Для нее это был единственный способ сохранить связь с тобой — представлять себе каждый момент твоей жизни. Не было дня, когда бы она не думала, не тосковала о тебе. Ты должна это знать и поверить в это.
— Тогда почему она уехала? — прошептала Занна пересохшими губами. — Если ей пришлось уйти, почему она не взяла меня с собой?
— Она попыталась, — тихим голосом ответил Джейк. — Когда твоя мать не могла больше выносить эти запугивания, эти постоянные унижения, когда поняла, что речь идет о ее рассудке, она решилась уехать. Она собрала кое-какие вещи, положила тебя в коляску и однажды утром вышла из дома до рассвета. Твоему отцу она оставила записку, в которой сообщала, что дает ему развод. Она намеревалась поехать в дом Грэйс Мосс по сельской местности, избегая главных дорог. Но каким-то образом Джеральд ее выследил, догнал на границе леса… столкнул ее машину с дороги.
Занна вскрикнула, закрыв ладонями испуганное лицо.
— Машина врезалась в дерево и на мгновение Сьюзен потеряла сознание. Когда она очнулась, первым, что она услышала, был твой плач. Джеральд стоял у машины, глядя на нее, держа тебя на руках.
Джейк покачал головой.
— Сьюзен говорила, что никогда не забудет его голос, его взгляд, его слова. Она так часто повторяла их, что я запомнил наизусть. Джеральд сказал: «Ты можешь убираться, Сьюзен, и черт с тобой, мне не нужна такая жена, как ты. Но девочку ты оставишь. Сейчас ты легко отделалась, потому что она была в машине, но если ты еще раз попытаешься приблизиться к нам, я сотру тебя в порошок. Обещаю. С этого момента ты мертва».
— О Господи. Как он мог?
Но Занна понимала, что ее отец способен на все. Она знала о его жестокости и эгоизме. Испытала на собственной шкуре. Разве не из-за этого она оказалась здесь… к добру или худу?
Джейк продолжил.
— И он уехал, забрав тебя с собой. Сьюзен была в шоке, но она не могла сдвинуться с места…не могла помешать ему… потому что знала, что его слова не были пустыми угрозами. Она была слишком напугана, чтоб остановить его, и этого она не может простить себе до сих пор. Она живет с постоянным чувством вины. За то, что побоялась рискнуть… сразиться с ним за тебя.
