— А я вообще везучая, — усмехнулась Занна.
— Но твое везение обернулось несчастьем для Сьюзен. — Джейк на секунду отвернулся, достав с полки шкафа два стакана в красивых металлических подстаканниках. Когда он заговорил снова, его голос был ровным и спокойным. — Может, передумаешь?
— Я не понимаю…
— Прекрасно понимаешь. — Он порылся в нескольких маленьких ящиках и выбрал два пакетика, похожих на чайные. — По-моему, твое внезапное решение уехать в… Дарвин?
— В Брисбен, — поправила его Занна.
— …вызвано моим присутствием здесь. — Джейк поднял голову, в этот миг он выглядел до странности уязвимым. — Я вот что хочу сказать, это не должно тебя беспокоить.
Занна нервно теребила полу халата.
— То есть… ты сам… уедешь?
Он кивнул.
— Тебе незачем мчаться сломя голову на край света, или куда бы то ни было, чтобы сбежать от меня. — В его голосе звучала горечь. — Мы и так без труда сможем держаться вдали друг от друга.
Занна медленно сказала:
— Джейк, я здесь чужая. Я не хочу выгонять тебя из собственного дома.
— А я не хочу, чтобы женщина, которую я люблю и уважаю, страдала из-за наших личных разборок, — резко ответил он. — Подумай, может это и не идеальное решение, но оно позволит облегчить ситуацию.
— Нет, — сказала Занна, — а твой отец? О нем тоже надо подумать.
— Папа не дурак. И он уже понял, что между нами не все гладко. Ты ведь не хочешь, чтобы он заинтересовался причинами нашей размолвки?
— Нет, — торопливо ответила Занна.
— К счастью, Галереи Лантрелла действуют во многих странах мира. У меня найдется куча причин для того, чтобы быть в отъезде. — Он налил в стаканы кипяток и заварил тизан. — Договорились?
Занна почувствовала смертельный холод.
— Я не знаю. Я только сейчас обрела независимость. И мне не хочется терять ее так скоро… попасть в очередное теплое местечко, специально для меня приготовленное.
— Но разве не для этого ты едешь в Брисбен?
Секунду Занна недоуменно смотрела на Джейка, совершенно забыв о своей наскоро сочиненной истории. Но вовремя опомнилась.
— Не совсем. Каро хочет расширить свой бизнес. Так что я займу собственную нишу. И для меня не будет никаких привилегий.
— Тебе не нужны привилегии? Как ты изменилась. Когда я впервые встретил тебя, ты была самой высокомерной дамочкой со времен Екатерины Великой.
Занна отвела взгляд.
— Наверное, я по-другому стала относиться к жизни.
— Или жизнь к тебе.
— Вот именно, — Занна подняла голову. — Спасибо за тизан. Горю желанием поскорее его попробовать.
— Я отнесу его к тебе в комнату, — Джейк осторожно поднял стакан. — А то еще уронишь и обваришься.
— Не уроню, — ответила она, — я не так уж часто что-то разбиваю.
— Нет? — Джейк грустно улыбнулся. — Ты меня обманываешь.
Их взгляды встретились, столкнулись, затем Занна повернулась и с достоинством вышла из кухни.
Джейк вслед за ней поднялся по лестнице. Открыл перед ней дверь спальни и галантным жестом предложил ей войти.
С бьющимся сердцем, но гордо поднятой головой, Занна повиновалась. Она отошла к окну, чтобы поправить шторы, не выпуская Джейка из виду. Но он не сделал ничего угрожающего: просто включил свет, поставил стакан на тумбочку. И собрался уходить.
В последний момент Занна его окликнула:
— Джейк, то что ты сказал мне внизу… — Она умолкла, облизав сухие губы. — Я… я не знаю. Может лучше нам постараться на оставшееся время… поладить друг с другом?
Он покачал головой.
— Боюсь, что это невозможно.
— Почему?
— Тебе действительно нужны объяснения? — Ее напугала внезапная ярость в его голосе.
Занна не заметила, когда Джейк успел подойти к ней, но неожиданно он оказался совсем рядом. Она почувствовала, как его пальцы скользят по ее шелковистым волосам, как другой рукой Джейк наклоняет ее голову, заставляя ее повернуться к нему. Когда их губы встретились, Занна почувствовала, как стучит кровь у нее в висках.
Больше не было прошлого, не было будущего. Сейчас для нее существовал только этот миг, мед и огонь его поцелуя.
Джейк не был нежным, но Занна слишком сильно соскучилась, чтобы требовать от него нежности. Ее желание было пронзительно острым — неодолимым. Ее слабый стон был выражением страсти — мольбой об ее утолении.
Джейк сбросил халат с плеч Занны, обнажив ее до талии. Она изогнулась в его крепких объятиях, подставляя ему свои груди с затвердевшими сосками.
На секунду Джейк замешкался, его лицо было в каком-то дюйме от ее набухших грудей, и Занна поняла, что он вдыхает ее запах.
Когда, наконец, каждая частичка ее тела готова была молить о прекращении этой пытки, Джейк склонился к ней, и она почувствовала прикосновение его шершавой щеки к своей коже, его язык прикасался к ее соскам, словно нежные лепестки пламени.
Занна опустила голову к его шее и плечам, слизывая соленые капельки пота, покусывая его гладкую кожу. Она чувствовала себя одурманенной — отравленной его близостью.
Когда Джейк поднял Занну на руки, чтобы отнести в постель, она вздохнула, предвкушая удовольствие. Ее руки обвились вокруг его шеи, а губы блуждали по его коже, нежно, но с чувственной настойчивостью.
Джейк уложил ее на кровать и лег рядом, окончательно стянув с нее халат с таким видом, словно разворачивал долгожданный подарок. Его глаза сияли. Он дрожал, с видимыми усилиями сохраняя контроль над собой.
— Красавица, — прошептал он. — Ты такая красивая, прелесть моя. Еще восхитительней, чем раньше.
Джейк провел руками по ее телу, от груди к бедрам, на секунду задержавшись на едва заметной выпуклости живота.
И этот простой жест вернул Занну к действительности.
«Ребенок, — подумала она с внезапным испугом. — Врач говорил, что на раннем сроке беременности занятия любовью могут быть опасными. Что нужно быть осторожной».
В свое время Занна пропустила это предупреждение мимо ушей, решив, что к ней оно не относится. Но вот она снова обольщена, очарована и готова отдаться. Только она не осмелится на это, если есть хоть малейшая возможность причинить вред хрупкой жизни, зародившейся в ее чреве.
«Я должна сказать ему… объяснить… и будь что будет, — подумала Занна. — Это самый подходящий момент».
Джейк уже сам начал раздеваться, но Занна жестом остановила его.
Прерывающимся голосом она сказала:
— Джейк… нет. Мы… мы не должны… — Она умолкла, пытаясь подобрать правильные слова.
Наступила тишина, потом Джейк вздохнул, отвернувшись, словно не в силах взглянуть в ее сторону.
— Нет, — сказал он. — Действительно, мы не должны оскорблять этим твою мать и моего отца. Спасибо за напоминание, в котором я не нуждался. — Усевшись на край кровати, он начал застегивать рубашку.
— Послушай, пожалуйста. — Занна схватила его за руку. — Ты не понимаешь…
— Нет. — Джейк рывком высвободил руку, его голос был безжизненным, печальное лицо казалось неузнаваемым. — Я прекрасно все понимаю. Именно это я и пытался сказать тебе несколько секунд назад.
— Нет, — Занна почти кричала. — Дай мне объяснить…
Джейк покачал головой, приложив палец к ее губам.
— Не надо ничего объяснять и, тем более, извиняться. То, что произошло между нами в Англии, было серьезной ошибкой. Я не имел права так поступать. И повторение этого стало бы катастрофой.
Он глубоко вздохнул.
— Итак, мне придется уехать, Сюзанна, потому что я не могу доверять себе, живя с тобой под одной крышей. — Он резко рассмеялся. — Кажется, я слишком сильно пристрастился к тебе, а этого я не могу себе позволить. Говорят, лучшее средство от наркомании пойти всухую. Этим я и займусь. С завтрашнего дня.
Подойдя к двери, Джейк обернулся и взглянул на Занну невидящими глазами.
— Не забудь про тизан. От него ты будешь хорошо спать и видеть сладкие сны. — Он усмехнулся. — Я и правда надеюсь, что это поможет… нам обоим. Спокойной ночи, Сюзи… и прощай.
И дверь тихо закрылась за его спиной.
