Читаем без скачивания Коммандос Четвертого Рейха - Джерри Эхерн

— Что ты болтаешь? — с опаской спросил тот, пятясь назад. — А где Блушар, он не с вами, случайно?

— Он там, где должен был быть я, — прорычал Хэнк, — я задушу тебя, проклятый нацист!

— Тебе конец, Карков. Теперь я вижу, что капитан был прав, — выкрикнула Литски, быстро шагнув из-за спины Фроста, и в ее руке мелькнуло лезвие ножа. Предатель даже не успел дернуться к оружию, спрятанному под комбинезоном, как нож вонзился ему в горло. Он захрипел и упал на колени в снег, покрасневший от хлынувшего ручья крови.

Фрост опустил ствол винтовки, так и не успев применить оружие, и прошептал Марите:

— Я так и думал, что ты умеешь обращаться с острыми столовыми приборами…

Глава восемнадцатая

Переход по снегу под пронизывающим ветром оказался чрезвычайно трудным, один из их команды — Контень — даже обморозил ступни. Однако никто не жаловался и все продолжали упорно продвигаться вперед. О трагическом происшествии больше не вспоминали. Через пару часов группа остановилась на привал, до замка остался еще один час пути.

Марита стала оказывать помощь Контеню, а капитан поднялся на пригорок, чтобы более точно определить местонахождение коммандос, и вдруг подал товарищам сигнал тревоги, негромко, но отчетливо свистнув. Все укрылись в сосновом лесу, покрывающем склон, и через несколько минут увидели небольшое подразделение западногерманских солдат, идущих по их следу.

— Может, они заметили, как мы опускались на парашютах? — предположил один офицер из Моссад. — Я знаю немецкий, попробую с ними переговорить.

Он осторожно вышел из укрытия и медленно направился к немецким солдатам, что-то крича им издалека и размахивая руками, чтобы его появление, даже без оружия, не привело к трагическому недоразумению.

Оказалось, что это маленькое подразделение — шесть человек во главе с сержантом — осуществляло патрулирование горного района, так как имелись сведения о появлении в нем группы террористов. Фрост улыбнулся и обратился к своим союзникам по НАТО с такой речью, после того как две группы сошлись вместе:

— Ребята, не буду от вас скрывать — мы выполняем особое разведывательное задание Организации Объединенных Наций по поимке особо опасных нацистских главарей, укрывшихся на своей базе в горах. Двое из нашего отряда уже погибли в неравном бою, поэтому я предлагаю вам присоединиться к нам и разделить славу после победы, в которой мы не сомневаемся. Не беспокойтесь, о вашем участии в осуществлении операции будет доложено не только вашему непосредственному командованию, но и в штаб вооруженных сил ООН. Кстати, там нами руководит ваш земляк, фельдмаршал Рихтер. Я не сомневаюсь, что вы слышали, кто это такой. Ладно, кончаем базар. В путь!

Естественно, не существовало никакого Рихтера, и Хэнк надеялся, что немцы не знают об этом.

— А вы кто? — спросил его сержант, возглавляющий патруль.

— Вы можете называть меня капитан Фрост. Сами понимаете, это не является моими настоящими званием и фамилией. Ну да ладно, вам, как командиру отряда, раскрою секрет — на самом деле я адмирал Луций Бланкеншит из спецназа вооруженных сил США, только об этом ни слова. Я замолвлю за вас словечко там, наверху. Такие храбрецы как вы нам нужны. Не сомневайтесь и идите с нами. Вы можете попасть служить в штаб ООН даже раньше, чем можете себе это представить.

Фрост собрал свою группу, и они тронулись в путь. Сзади послышались отрывистые команды на немецком языке и топот догоняющих их подчиненных сержанта.

— Ты ненормальный, — восхищенно произнесла шагающая рядом с Хэнком Марита. — Хотя, мне нравятся ненормальные мужчины. А ты — особенно.

— Да, я понял, что нравлюсь тебе еще тогда, — без ложной скромности заявил Фрост, — когда мы занимались любовью. Ведь это был не просто способ согреться, признайся?

— Конечно, нет, — улыбнулась девушка.

Глава девятнадцатая

Коммандос замерли на крутом склоне узкого ущелья, поросшего чахлым кустарником. На другой его стороне высился замок — цель их тяжелого перехода.

— Адмирал, как же мы проберемся в него, — прошептала Литски.

— Сейчас подгоню пару фрегатов вон к тому ручью на дне ущелья и возьмем замок на абордаж. А говоря серьезно, нам ничего не остается, как незаметно перебраться на противоположную сторону, подкрасться к стенам замка и постараться взобраться на них. Здесь ничего другого не придумаешь.

Объединенный отряд по одному скатился на дно ущелья, принимая все меры предосторожности, чтобы их случайно не заметили часовые на высоких стенах, и быстро пересек замерзший ручей, находящийся внизу. Теперь перед ними возвышалась отвесная гора, на вершине которой и стоял замок.

— Я занимался альпинизмом, капитан, дайте мне первому взобраться под стену, а оттуда я брошу вам веревку, по которой поднимутся все остальные, — предложил Кон-тень.

— А как же твои ноги?

— Ничего, с ними все в порядке. Я потому и прошу, что хочу как можно быстрее выйти из глубокого снега, — подмигнул ему француз, и Хэнк понимающе улыбнулся.

— Ладно. За тобой пойду я и потом уже сам первым попытаюсь вскарабкаться на стену. Это я умею делать.

— Договорились.

Контень обвязался вокруг пояса и стал взбираться по крутому каменистому откосу, а оставшиеся внизу замерли, наблюдая за своим товарищем и потихоньку вытравливая свободный конец веревки. Его восхождение под стены замка заняло целых полчаса. Наконец, он достиг верхней площадки, закрепил там веревку и подал знак, что можно подниматься следующему. Фросту уже было намного легче это сделать по проторенному пути, и через несколько минут он присоединился к Контеню наверху.

— Ну ты молодец! — восхищенно прошептал он ему, обнимая за плечи.

Тот лишь кивнул в ответ, не в состоянии выговорить ни слова, и только сейчас Хэнк обратил внимание на его синие губы и дрожащие руки.

— Ты что? — тревожно проговорил он, — а ну-ка, покажи мне свои ноги.

Не обращая внимания на протесты француза, он расстегнул его ботинки, стянул носки и застонал — кожа на ногах Контеня приобрела синюшне-черный цвет.

— Боже мой, дружище, у тебя может быть гангрена!

— Знаю, только не говорите остальным.

— Но ведь это опасно!

— Неважно. Моего отца убили фашисты во время войны. Моя мать — еврейка. Сейчас во всех газетах трубят, что французы смирились с нацизмом. Я француз, и я не смирился. Я все равно буду их убивать!

Фрост осторожно обул его и сочувственно похлопал по плечу.

— Я уже говорил, что ты молодец.

Они вдвоем помогли подняться остальным, подтягивая их на двух веревках наверх. Теперь осталась последняя преграда, отделяющая смельчаков от замка — толстенные стены высотой в тридцать футов.

— Как там это делали рыцари? — пошутил капитан, разматывая крепкий трос с “кошкой” на конце. — Только бы на стене никого не было, если нас сейчас заметят, расстреляют на месте или забросают гранатами.

Раскрутив “кошку” как можно сильнее, он бросил ее наверх, стараясь, чтобы она зацепилась за внутренний край стены. Это удалось сделать со второго раза.

— До встречи, ребята, — бросил Фрост, дернув за трос, чтобы убедиться в его надежности, и стал карабкаться вверх, отталкиваясь ногами от стены замка.

Медленно перебирая руками и подтягивая тело, капитан подобрался к ее краю и осторожно заглянул внутрь. Он сразу заметил часового, находящегося шагах в тридцати и, к счастью, шагающего в противоположную сторону. Хэнк подтянулся на руках, перепрыгнул через край стены и упал на каменную дорожку, по которой тот вышагивал. Выхватив из-под одежды пистолет с глушителем, он стал ждать, когда часовой повернется к нему лицом. Тот завершил свой маршрут и едва успел развернуться, как рухнул без звука от точного попадания в лоб. Самым громким шумом при этом был стук винтовки, выпавшей из мертвых рук.

Фрост выглянул наружу и подал своим знак, что можно подниматься. За ним стала карабкаться Марита. Он бросился к лежащему в луже крови часовому, подхватил его винтовку и вытащил пистолет. Пока никто не заметил вторжения на территорию замка и все внутри было тихо. Капитан припал к каменной дорожке и стал внимательно обозревать двор.

Возле дальней стены, у ворот, находилось десятка полтора машин. В центре обширного двора была оборудована взлетно-посадочная площадка для вертолетов, на которой стояли три вертушки — две “Хью Кобра” — больших, военных; и один маленький вертолет с кабинкой из прозрачного пластика.

— Наверное, в замке полно людей, — прошептал он Литски, — ты только посмотри, сколько транспорта. Слава Богу, что теперь холодно, а то они бы все выползли во двор.

— Что будем делать?

Не успел Хэнк ответить, как сверху послышался шелест вертолетных лопастей, натужный гул двигателя и над замком завис еще один маленький вертолет, как тот, который уже стоял на площадке. Он быстро приземлился и к нему из западного крыла здания выбежал человек, одетый в белый больничный халат. Фрост и Марита вжались в камни, моля Бога о том, чтоб их присутствие не было обнаружено раньше времени.