Глава двадцать первая
Каменный двор задрожал, сверху посыпались осколки, и после оглушительного грохота одна из стен замка покачнулась и медленно завалилась внутрь, взметнув вверх огромное облако дыма и пыли. Капитан бросился на землю, прикрывая собой не отходящую от него Мариту.
— Я и не ожидал такого мощного взрыва, — прокричал он ей через несколько секунд и они снова вскочили и устремились к маленькому вертолету, стоящему на взлетной площадке. Яростная стрельба, утихшая было во время взрыва, возобновилась вновь.
— Быстро в кабину! — скомандовал он ей, подобрав по пути пару автоматов, валяющихся возле убитых нацистов. Краем глаза он заметил, что остальные коммандос бегут к военному вертолету, стоящему рядом, и его уже пытается запустить немецкий солдат.
Литски прыгнула на место пилота, и лопасти стали невыносимо медленно раскручиваться. Хэнк вскарабкался в прозрачную кабину с другой стороны, продолжая поливать двор очередями и бросив пару гранат в уцелевших врагов. Вертолет, наконец, начал подниматься, потом наклонился и еле перевалил через наружную стену, пройдя над ней буквально в нескольких футах. После этого он просел, и Литски изо всех сил старалась удержать машину от падения, направляя ее к дальнему склону ущелья.
Через несколько секунд за ними показался грозный силуэт второго вертолета, боевого, из открытых дверей которого их товарищи поливали свинцовым дождем оставшихся в живых защитников замка. Он легко их обогнал и Фрост увидел, как немец-пилот показал ему “о’кей”.
— Домой! — не смог сдержать радости капитан и решил в последний раз посмотреть на остатки зловещего замка. Похолодев от ужаса он заметил еще один боевой вертолет, поднимающийся со взлетной площадки.
— Нацисты, — прошептал он и взглянул вперед — их друзей уже не было видно.
Глава двадцать вторая
Вертолет преследователей стремительно сокращал расстояние, настигая беззащитных беглецов. Против крупнокалиберных спаренных пулеметов, которые уже начали свой смертоносный перестук, с автоматом не попрешь. Вдруг Марита радостно вскрикнула — им на помощь торопились товарищи на боевом вертолете, которые вернулись, увидев начало неравного боя. Теперь уже нацисты попали под кинжальный огонь пулеметов “Хью Кобры”.
— В нас попали! — закричала Литски, и Фрост ощутил запах горящего масла и почувствовал, что рокот лопастей замедлился, двигатель заглох, и в свисте ветра стали приближаться заснеженные верхушки сосен.
— Держись! — снова раздался голос девушки, бешено работающей органами управления. Склон рос на глазах и через секунду последовал удар. Фрост потряс головой и крикнул:
— Быстро убегаем, пока он не взорвался!
Он выпрыгнул из кабины и покатился по снегу, стараясь как можно дальше оказаться от неминуемого взрыва, который и раздался через несколько секунд, отбросив капитана еще дальше вниз по склону. А где же Марита?
Хэнк поднял голову и увидел ее, стоящую по другую сторону полыхающего вертолета, рядом с тлеющими деревьями. Даже на таком расстоянии было видно ее перепачканное лицо. Он поднялся на ноги и стал пробираться к ней, увязая в снегу. Обняв девушку, капитан услышал еще один взрыв. На этот раз в отдалении на склон рухнул взорвавшийся в воздухе боевой вертолет нацистов, а над ним делал вираж немецкий пилот, возвращающийся, чтобы забрать Литски и Фроста.
Капитан помахал ему рукой и прошептал, прижимая к себе Мариту:
— Ты знаешь, тебе нужно бросать свои шпионские страсти и летать на вертолетах. Из тебя получился бы отличный пилот. И еще — не отдать ли нам эти бриллианты — они у меня в рюкзаке — действительно тем антинацистам, с которыми работал доктор Балсам. Ведь он этого хотел. Ты, наверное, могла бы найти тех молодых людей..
Капитан вдруг вспомнил их разговор на борту самолета, когда они летели в Париж. Как говорил профессор — тем, кто не извлекает уроков истории, суждено их пережить вновь?
Фрост зашагал к ожидающему их вертолету, бережно поддерживая Мариту и думая о том, какой урок преподнес миру Балсам…
