миг из той жизни.
Вот бы сейчас появилась Лори! Мы бы посидели с этими сестрами в баре на пляже. Услышать бы еще раз ее смех. Вспомнить, как я была счастлива, почувствовать себя живой.
В глазах горячо. Не плачь. Не смей, черт возьми!
Я до боли закусываю внутреннюю часть щеки, но слезы не отступают. Ком в горле нарастает, в висках стучит. Из уголков глаз вытекают горячие слезинки.
Одна из сестер подходит ближе и спрашивает:
– Что с вами?
Сгорая от стыда, закрываю лицо ладонями. Потом поворачиваюсь, бормочу какие-то извинения и, хлопая вьетнамками по мраморному полу вестибюля, спешу к лифту, желая поскорее скрыться в номере.
Подойдя к лифту, нажимаю на кнопку и слышу, как меня зовут по имени.
Стою, не двигаясь.
Дверь лифта открывается, я хочу войти.
– Эрин? – слышу тот же голос.
Волосы на затылке дыбом: я же никого на Фиджи не знаю, и меня никто не знает.
Оборачиваюсь – Натан Брасс: мрачнее тучи, смотрит прямо на меня.
Глава 22
Тогда | ЛОРИ
Лори оглянулась, проверяя, нет ли неподалеку мужчин, затем расстегнула шорты и присела над ямкой, которую только что выкопала при помощи палки.
Ходить в туалет в лесу стало обыденностью. Жизнь Лори продолжала стремительно меняться, все больше отдаляясь от того, к чему она привыкла.
Шел четвертый день жизни на острове, и никаких признаков спасателей: ни поисковых вертолетов в небе, ни катеров в океане. Ничего.
Кожа на голове зудела. Собранные в хвост на макушке волосы пересохли на солнце и спутались. Пестреющие синяками и струпьями ноги покрылись грязью и поросли тонкими пеньками щетины.
Сев на корточки, Лори остановила взгляд на пальцах ног: неоново-розовый лак облупился по краям, гротескно выделяясь на фоне черных полумесяцев грязи. От ходьбы босиком кожа на покрытых сухой грязью ступнях потрескалась и кровила.
Подумать только, меньше недели назад Лори стояла в крошечной ванной Эрин и мазала бледные после зимы ноги кремом для искусственного загара. Теперь же все ее заботы в основном крутились вокруг Сонни: вовремя покормить-напоить; проверить, нет ли на земле змей; хватит ли чистой воды из ручья; сколько на острове фруктовых деревьев.
Каждое действие и решение сводились к единственному слову – выживание.
В животе заурчало. Еда из самолета закончилась, и теперь они ели то, что добывали на острове: бананы, плоды хлебного дерева, кокосы, иногда попадалось манго. Лори прикинула, что в банке осталось смеси на четыре недели. Надо, чтобы к этому времени их спасли.
Нащупав в кармане пачку салфеток, она вытащила последнюю. Завтра к ее услугам только листья.
Она оправилась, засыпала ямку землей, притоптала и пошла обратно в лагерь – так они называли свой новый дом.
Огонь в костре старались поддерживать весь день: и от комаров помогало, и не приходилось каждый вечер заново разжигать новый из отсыревших дров. К тому же единственную на острове зажигалку нужно было использовать экономно.
Лори заглянула в сооруженное из остатков спасательного плота убежище, где стояла люлька Сонни: малыш мирно спал, плотно сжав губки и вытянув шею, что придавало ему почти царственный вид. Обычно он редко устраивался в люльке и предпочитал висеть в слинге, плотно прижавшись к Лори. Ночью же она вообще отказывалась от переноски, и Сонни спал у нее на груди или под боком, положив голову на ее локтевой сгиб, если вообще спал.
Что касается змей, Майк заверил, что та, которая приползала два дня назад, неядовита, и Лори уже не так волновалась, когда приходилось класть Сонни на землю.
Она в который раз инстинктивно взглянула на линию горизонта над деревьями, едва различая океан вдали – не покажется ли поисковый катер. Впрочем, Лори сомневалась, что он сможет подобраться к окруженному рифом острову. Даже на расстоянии волны казались огромными, они возвышались над рифом, как исполины, а потом откатывались, обнажая выступы скал и кораллов.
Как-то они обсуждали строительство спасательного плота. На острове вдоволь дерева для постройки и лиан для скрепления, но Лори понимала, что даже если они соберут и опустят плот с припасами на воду, проплыть мимо рифа, не разбившись о скалы, шансов мало. Если им все же повезет и они выйдут в открытый океан, придется плыть под палящим солнцем с риском упасть за борт – не лучшие условия для четырехмесячного ребенка. К тому же, не зная своего местоположения, заблудиться в бескрайних просторах Тихого океана ничего не стоит: их может отнести течением абсолютно в любом направлении. Лори видела, как выглядят острова архипелага Фиджи на карте – крошечное скопление точек посреди океана, за сотни километров от ближайшего материка. Отправляться в такое путешествие – чистое безумие.
Заслышав голоса, Лори обернулась: по другую сторону от упавшего самолета, спиной к ней, стояли трое мужчин.
– Не нравится мне это, – сказал Дэниел и натянул на нос рубашку поло.
– Я тоже не уверен, – сказал Феликс, сцепив руки за шеей.
На что они там смотрят?
Лори подошла ближе…
– О боже! – задохнулась она от ужаса: кто-то сбросил с трупов покрывала – мертвая плоть распухла, пошла пятнами; пахло гнилью и тухлой рыбой.
Мужчины обернулись.
– С телами нужно что-то делать, – сказал Майк. Его кожа раскраснелась от полуденного зноя, на висках пульсируют вены.
Лори не могла отвести взгляда от жуткого зрелища: тело пожилого американца Джека так распухло, что гавайская рубашка натянулась, как барабан. Его жена лежала рядом: набухшая кожа, на нижней губе приоткрытого рта сидела муха.
– Он хочет бросить их в море, – Дэниел указал на Майка. – Скормить рыбам.
– Мне самому это не по душе, – возразил пилот, стиснув зубы. – Я считаю, их надо похоронить, как подобает. А так они просто лежат и гниют.
– Разве нельзя их закопать? – спросила Лори.
– Будь у нас лопата, так бы и сделали, – ответил Майк. – Но голыми руками могилу для четверых не выкопать.
– Что мы скажем их родным? – неуверенно проговорила Лори.
– Нам надо думать о себе, – твердо сказал Майк. – Если мы оставим их так, – он кивнул в сторону трупов, – того гляди, подхватим заразу.
Пересиливая себя, Лори по очереди посмотрела на тела погибших, окончательно осознавая, что произошло. Их больше нет. Люди, летевшие на том же самолете, мертвы! Вместо них, словно набухшие в воде, перед ней плечом к плечу лежали серые трупы. Она повторяла про себя их имена: Холли Сентон, Джек Бэнток, Рут Бэнток, Каали Халле, однако вспомнить, как они выглядели живыми, не получалось.
– Не могу… – Лори всхлипнула и попятилась прочь.
Она рванула через джунгли, продираясь
