не вытянешь. Всё равно поздравляю!
- Спасибо, Макс!
Следующий звонок был от Землянского
- Ни-николай, доб-брое утро! - сбивчиво затараторил он в трубку. - Я вс-сё-таки понял, что никто кроме вас мне не поможет.
Я тихо рассмеялся.
- А как же суд?
- Да что этот с-суд, они ещё какую-нибудь справку п-притащат.
Первым порывом было послать его куда подальше, но я сдержался. Его тоже можно было понять. После того, кем меня выставили на весь город, естественно, он испугался.
Откладывать дела в долгий ящик я не привык, поэтому мы договорились встретиться на месте через два часа.
Я спустился вниз. Кривой на кухне колдовал с завтраком.
Я ещё раз прошёлся по новостным сайтам. Опровержения опубликовали все до единого. Под статьями было огромное количество гневных комментариев о том, что полиция совсем обнаглела, и не хочет как следует в преступления разбираться.
Общественное мнение переметнулось на мою сторону.
***
Склад Землянского находился на самой окраине города. Я вышел из такси.
Ко мне тут же подбежал Залесский и, как и в прошлый раз, долго тряс мою руку, только на этот раз с извинениями.
За забором вовсю кипела работа. Шумела техника, переговаривались рабочие.
На стук по воротам, конечно же, никто не отреагировал. Мы обошли территорию вокруг. Я думал над решением этой задачи.
Для начала я вывел идеальный результат. Арендаторы сами должны принять решение съехать в кратчайшие сроки.
Но как заставить их съехать с насиженного места, где они находятся совершенно бесплатно? В голову пришло два варианта. Первый – создать им невыносимые условия. Второй – сделать склад непригодным для использования, при этом сильно его не повреждая.
Землянский семенил рядом со мной. На удивление молча. Я повернулся к нему:
- У вас же есть грузовики?
- Есть.
- Отлично. Я думаю, одного большого хватит. А рабочие с инструментами?
Землянский непонимающе уставился на меня:
- Найдутся. А зачем вам?
- Есть у меня идея. Звоните им, пусть приезжают. А я пока полицию вызову.
Через три часа в складском помещении не было ни одной двери. Приехавшие рабочие поснимали всё, начиная от ворот, заканчивая дверями туалетов.
Когда снимали въездные ворота, выскочили охранники, но полиция, которой я показал постановление суда, их быстро утихомирила.
Следующим выбежал тот самый парень в костюме. Он долго махал договором и брызгал слюной, но после предложения полиции съездить в отдел, тоже успокоился и погрустнел.
Рабочие погрузили то, что сняли, в грузовик и уехали, не оставляя шансов вернуть всё как было. Склад стал непригоден для использования. Стали подъезжать машины, в которые рабочие начали грузить содержимое склада.
Землянский наблюдал за всем процессом с детским восхищением. При этом Землянскому это не стоило ничего, кроме зарплаты рабочим, которую он и так бы заплатил, и топлива грузовика. Ну и моего гонорара, естественно.
Когда всё закончилось, он отвёл меня в сторону.
- Н-николай, с-сказ-зать, что я в-восхищён, это п-преуменьшить. В-вы просто г-гений. Я ещё раз п-прошу прощ-щения за т-то, что с-сначала от-тказался.
Мы поехали к нему в контору, где он расплатился со мной, а потом на прощание снова долго тряс мою руку.
Когда я вышел на улицу, было уже часов семь вечера. Погода снова разгулялась, и было по-весеннему тепло.
Что-то Бык как-то подозрительно затих. Я ждал от него сюрпризов, или хотя бы звонка ещё вчера вечером. Но от него ни слуху ни духу. И это начинало напрягать. Что он угомонился надежды не было, а значит, готовил новую подлянку.
В кармане зазвонил телефон. Я достал его, на экране был неизвестный мне номер. Ну наконец-то, а то я уже волноваться начал.
Я снял трубку, ожидая услышать Быка, но это был не он.
– Здравствуй, Николай, - сказал незнакомый мне женский голос.
Но память подсказала, что Николаю этот голос очень даже знаком.
Глава 10
На том, что голос знаком, информация и закончилась. Ни имени, ни фамилии, ни кто это такая вообще.
- Добрый вечер, - сухо поприветствовал я.
- Всё дуешься?
Вот что ей ответить? Я на неё не дуюсь, я её просто не знаю. Дуется ли Николай – памяти виднее, но она молчит. Пойдём по пути наводящих вопросов.
- А какая разница?
- Коль, ну ты пойми, не могли мы по-другому поступить. Ты же знаешь, что значит ослушаться деда. У тебя такой же был. А он тогда строго-настрого запретил выходить на связь.
Так, дедов в этой истории становится больше. Женщина тем временем продолжала:
- Но, если ты помнишь, я несмотря на это, пыталась звонить узнавать как у тебя дела. Но ты сам перестал отвечать.
- Наверное, было за что?
Женщина в трубке помолчала.
- Ну не моё это решение, пойми ты, наконец. Когда погибли твои, дед приказал всем затихнуть. Я не знаю всей истории. Но он ясно дал понять, что если мы не хотим отправиться вслед за твоей семьёй – надо делать так, как он говорит.
- А сейчас что изменилось? - спросил я.
- Я прочитала про тебя в Ярославских новостях. Честно говоря, была в шоке от этого. Чтоб ты и убил кого-то? Бред какой-то. Потом, когда вышло опровержение – я с облегчением выдохнула.
История интересная, но непонятная. Где-то есть кто-то, кто со мной связан. Пока всё.
Женщина продолжала:
- Ещё после первых новостей я пыталась позвонить тебе. Но телефон был выключен. Я долго попыталась дозвониться, но не смогла. Хорошо, что у меня остался номер Максима. Он мне и сказал, что ты сменил телефон.
Нет, Макс не станет раздавать мой номер всем подряд. Значит, она мне достаточно близка.
Я чувствовал, что, отвечая на вопросы, она меня к чему-то подводит. Я решил ускорить этот процесс.
- А зачем до меня дозваниваться?
- Дуешься всё-таки. Дед, возможно, с тобой свяжется на днях. Он тоже следил за новостями, и видно, что они его беспокоят. Я хотела тебя предупредить, чтобы ты был готов и не наговорил глупостей. Выслушай его, хотя бы. Он просто так ничего не делает.
- Посмотрим, - доиграл я роль до конца.
Женщина вздохнула:
- Как ты там вообще?
- С переменным успехом.
Пока я точно не знаю кто это, много информации сообщать опасно.
- Понятно. Ты запиши мой номер, если удалил. Если что, звони в любое время. Рада была слышать.
Звонок завершился.
Она хорошо знала меня и моего деда,
