Пока я знакомился со своим оружием, Азраил достал обоюдоострый меч и копье, вручив их Пиону.
– Отлично, слов нет. Ну меч, это понятно – классика жанра, а вот копье. Дали бы тогда трезубец, я бы почувствовал себя Посейдоном – властителем морей.
– Пион, ты же прориза, загляни в будущее и посмотри, что будет, если ты не станешь серьезней. Копье – грозное оружие в руках опытного воина, ты это поймешь. Так что в сторону.
Далее Азраил извлек из ящика лук и небольшой клинок и протянул их Жаклин.
– Спасибо! – с уважением сказала она, забирая оружие.
– Это ваше по праву, их изготовили еще до вашего прихода, лет двести тому назад, по воле Криоса, после очередного предсказания.
Закончив выдачу оружия, Азраил подошел к пожилому хранителю, и они начали тихо что-то обсуждать.
– Пион, ты посмотри, какие катаны! – я извлек один меч из ножен и сделал резкий удар, со свистом рассекая воздух. – Хотя размер немного больше классической катаны.
– Ну, извини, так и ты теперь крупнее человека, не говоря уже о боевой форме, когда ты будешь в доспехах, – печально вздохнув, сказала Жаклин, словно признавая мою несообразительность.
– Тут и мэи есть, вот, смотрите, – радостно сказал я, показывая им полотно меча.
– Что такое мэи? – вмешался Пион, посмотрев на меч.
– Это клеймо мастера. А линия закала, какая интересная, – не унимался я, но, поймав взгляд Жаклин, понял, что уже хватит. – Понял, умолкаю.
– По мне так лучше пистолеты. У них там такие экземпляры. Пустынный орел в квадрате или нет в кубе, а тут копье, – сказав это, Пион потряс древком словно папуас.
Азраил, закончив беседу с хранителем, подошел к нам.
– Пион, так ты хочешь пистолет?
– Да. Очень! – огонек надежды засверкал в глазах проризы, и он, моля, сложил ладони вместе.
– Да будет так, – радостно сказал Азраил, растекаясь от улыбки. – Возьмите по два, они не будут лишними в предстоящих сражениях.
Вы бы видели Пиона. Радость она бывает разной: громкой и тихой, неожиданной и заслуженной, но какой бы она ни была, она всегда дарит чистый позитив. Бросив все, Пион кинулся к ящику в поисках заветного оружия. Пока мы подходили с Жаклин, он достал из хранилища два огромных пистолета. Не будь он супримом, вряд ли бы они поместились у него в руках.
– Вы смотрите, какой стильный огнестрельный аксессуар. Я чувствую, как набираюсь силы, – сказал прориза и мысленно потыкал стволом в лоб мнимого врага.
Настал наш черед. Просмотрев с десяток пистолетов, я выбрал два понравившихся мне экземпляра и отошел в сторону. Жаклин тоже определилась в своем выборе и, как ни странно, это были не менее грозные пистолеты, чем у Пиона.
– Жаклин, зачем такие обрезы? – удивленно спросил я.
– Ты знаешь, в нижнем мире мне прострелили голову, здесь я постараюсь исправить этот недочет.
– Так, все! Скажем спасибо хранителю и выдвигаемся в тренировочный лагерь. Пора заняться вашей полной инициацией.
Азраил громко похлопал в ладоши, привлекая наше внимание, и показал жестом, что нам надо собраться в круг. Схватив подарки, мы встали возле главнокомандующего. Азраил, попрощавшись с хранителем, совершил прыжок в пространстве. В глаза ударил яркий свет. Слегка проморгавшись, я понял, что мы стоим в центре арены, на которой вчера были убиты темные во главе с Фаустом. Кроме нас никого не было, только ветер местами поднимал пыль, внося немного жизни в окружающий мир.
– Положите оружие на землю, – скомандовал Азраил. – Архей, ты первый, подойди ко мне.
Сделав сказанное, я подошел к Азраилу и встал напротив него. Главнокомандующий перешел в эфир и начал читать заклинание, совершая при этом движения пальцами рук, словно трогая поверхность невидимого шара. Из-за спины появились огромные крылья, закрыв солнце. Руки Азраила начали излучать свет, который набирал интенсивность с каждым новым словом заклинания.
– Они ждут! – сказал главнокомандующий и, сделав шаг навстречу, со всего размаха вогнал обе руки мне в грудь.
Боли не было, но в глазах начало темнеть. Время, став вязкой материей, замедлило ход бытия. Было ощущение, что сейчас я упаду в обморок, но резкие рывки извне стали уносить тело куда-то вдаль. Перед глазами начали мелькать картинки земной жизни: дерево в лучах заката, пожилой мужчина с трубкой, песчаный берег моря, целующаяся пара. Образы все быстрей ускоряли свой темп, пока не превратились в сплошной поток информации, став серым пятном. Внезапно все остановилось. Я висел в пустоте. Серое пятно начало прогибаться, словно что-то извне давило на мембрану, пытаясь прорвать ее.
– Пусти нас, сумеречный! – раздался хриплый голос.
– Кто вы? – спросил я, смотря на дрожащее пятно.
– Мы тени прошлого! Нам нужно отдать тебе знания.
– Какие?
– Пристол и его тайные диалекты, – ответил уже другой голос.
– Заходите, – уверенно сказал я, мысленно разрушая преграду.
Сквозь мембрану начали проходить души. Воины Света начали выстраиваться вокруг меня, пока не образовали плотное кольцо по всему периметру.
– Давно мы не видели чистый сумрак, – начал один из духов. – Ты как самородок в груде ненужной породы. Твоя миссия велика. Если Бальтазар на самом деле хочет тебя видеть – это чудо. С ним говорил только я, когда получил дар пристола.
– Ты тот суприм, кому безликий передал Язык бога?
– Да, но я был не один, кому достался этот дар. Темные тоже получили его.
– Ты хочешь сказать, что безликий сам отдал его темным, но зачем?
– Такова суть Бальтазара – во всем видеть равновесие, даже в предстоящем хаосе.
– Но зачем? Хаос и порядок две самые удаленные точки между собой! – выкрикнул я, озираясь по сторонам.
– Вопрос без ответа. Прими существующий порядок как следствие его действий. Для него нет добра и зла, Тьмы и Света. Мы равны перед ним, мы дети Творца. В нем нет чувств. Эмоции – утраченная способность его сущности. Ты правильно сказал: есть две точки, и есть путь между ними, и только в его середине мы обретем ответ. Бальтазар изгнан, но дело его живет. История еще пишется.
После этих слов дух воина прошел сквозь меня, словно пуля, проникая сквозь плоть. Но вместо ран я ощутил прилив сил, часть его знаний осталась во мне. Я увидел первое откровение Бальтазара, я был с ними в тот момент. Я увидел даже место, где свершалось таинство. Буквы божественного алфавита начали выстраиваться в слова, наполняя меня знаниями.
– Ты это чувствуешь. Мощь этих слов бесценна, – сказала душа, вставая на свое место.
– Да. Я хочу больше!
– Даруем! – отозвались эхом духи.
Очередной контакт оставил во мне новую информацию, наполняя глубины моего сознания. Теперь их движения были непрерывными, души воинов проходили сквозь меня один за другим, оставляя по крупицам свой дар. В голове начали проноситься тысячи событий, но ни одно не осталось незамеченным. Я видел их деяния, слившись с потоком информации, я жил и учился вместе с ними. Первые Цитадели, первые храмы и сады. Супримы тогда могли созидать. Но чем дальше мы шли вперед, тем больше картина приобретала кровавый оттенок, пока полностью не стала багровой. Кровь заполнила верхний мир, миллионы супримов с искаженными лицами умирали на бескрайних полях сражений.
