При том финансовом положении, что было у нас раньше, мама воспринимала отсутствие светской жизни почти с облегчением. Огорчало её только наше с сёстрами будущее. Я слышала, как она иногда пыталась спорить с отцом раньше, пытаясь убедить его дать деньги на новое платье для меня:
– Как девочки смогут найти достойных женихов, если не будут приняты в свете?
– Ничего, я сам займусь этим, когда придёт время.
Вспомнив об этом, я хмыкнула. Отец сдержал слово – нашёл мне жениха. Но я не желала такого сёстрам. Поэтому разделила мамину радость от возобновления светских знакомств. Только удивилась – почему так внезапно?
Ещё больше я удивилась, когда на следующий день в час приёмов дворецкий объявил, что меня желает видеть графиня фон Бергер. Спрашивая меня о том, принимаю ли я гостей, он выглядел совершенно потрясённым, будто земля и небо внезапно поменялись местами.
Причин отказывать во встрече у меня не было, да и любопытство разбирало:
– Проведи гостью сюда, в гостиную.
Те несколько минут, что прошли до появления гостьи, я внимательно осмотрела комнату, опасаясь найти что-то неуместное. Но успокоено убедилась, что мои усилия по приведению особняка в порядок не пропали даром. Комната уже не выглядела такой заброшенной, как когда-то, а вполне уютной, обжитой, хотя и несколько старомодной.
В гостиную графиня вошла так же стремительно, как и к модистке.
– Я хотела принести вам извинения за своё поведение у фрау Ляйн, – сказала гостья после обмена приветствиями. – Просто спешила и перенервничала. Герцог внезапно прислал распоряжение явиться нам с супругом завтра на приём, а у меня нет подходящего платья. Вы же понимаете, как в такие минуты нервничаешь!
Говоря это, она с жадным любопытством осматривала комнату, меня, моё домашнее платье и причёску. Я ответила положенными любезностями, предложила гостье чаю, но она отказалась и, отбыв положенные пятнадцать минут за лёгкой беседой, покинула меня так же стремительно, как пришла.
Этот визит смутил меня. Я не знала – радоваться ему или огорчаться. Моё положение в доме Шварца было несколько сомнительным. Всё же проживание молодой девицы в доме холостяка совершенно не соответствовало правилам приличия. Пусть даже я считалась его невестой, а он был живым мертвецом, это не отменяло факт нарушения этикета. Поэтому я считала, что двери приличных домов для меня закрыты и тревожилась о том, как это может повлиять на будущее сестёр.
Единственное, что меня успокаивало раньше – ложная уверенность, что обо мне никто в свете не знает. Визит графини разбил её. Стало ясно, что обо мне и Шварце станут сплетничать теперь во всех гостиных Райхеена. Похоже именно этим и вызван наплыв посетителей в родительский дом. К лучшему это или нет – я не знала.
Вечером об этом визите заговорил Людвиг:
– Мне сказали, что у тебя сегодня была гостья?
Я рассказала о нашей первой встрече у портнихи и сегодняшнем коротком разговоре.
– Фон Бергер, говоришь, – задумчиво протянул Шварц. – Когда-то я знал представителей этого семейства. У них всегда были хорошие связи. Похоже, придётся нанять для тебя компаньонку. Поговори об этом с матерью. Возможно у вас есть какая-нибудь старшая родственница, которая согласиться сыграть эту роль. Подозреваю, что графиня не последняя визитёрша. Или мне стоит напугать их?
Было непонятно – шутит Людвиг или нет.
– Не смотри на меня так растеряно. Скажи, что ты хочешь?
– Что хочу?
– Если не хочешь, чтобы тебя донимали, то я сделаю так, что они забудут дорогу к этому дому.
– А как вы?
– Мне всё равно.
– А как лучше?
– Для твоей семьи лучше, если общество сделает вид, что в твоём проживании здесь нет ничего шокирующего, – после короткого раздумья ответил Шварц.
– Тогда пусть лучше приходят. Не надо их пугать.
Все мои надежды на будущее освобождение от нынешнего сомнительного положения были связаны с замужеством сестёр. Когда их положение станет прочным, я смогу принимать решение о своей жизни не оглядываясь ни на что. А это возможно только при сохранении остатков репутации семьи.
– Что же, тогда, Лотта, можешь развлекаться визитами, только меня в это не вовлекай. Думаю, для всех будет лучше, если твои гости со мной не встретятся.
Вот только следующие гости пришли к нему.
Глава 20. Гости
За завтраком фрау Ханна сказала:
– Госпожа, поговорите с хозяином о новых слугах. Теперь, когда в дом приходят гости, это просто необходимо.
– Гости? Вчера с визитом была одна графиня.
– Это к вам. А ещё приходили к хозяину какие-то важные господа.
– Он их принял?
– Да, хотя и недолго.
– Хорошо, поговорю.
Когда я подошла с просьбой экономки к Людвигу, тот вначале отмахнулся:
– Пусть Ханна не волнуется. Гости ко мне – это ненадолго. Вчера убедились, что я ничуть не живее прежнего, и успокоились Снова надолго забудут.
Возможно, так и будет, но не так быстро, как думал Людвиг. В этот день нам вновь нанесли визиты – и мне, и ему. Ко мне пришли две дамы – супруги его вчерашних гостей. Они так и сказали, что после вчерашнего визита мужей сочли своим долгом встретиться со мной, выказать своё уважение. Они не демонстрировали своего любопытства так откровенно, как графиня, вели себя спокойно и сдержанно. Поговорив ни о чём положенное время, они ушли, оставив как полагается визитные карточки своих мужей для Людвига.
В отличие от мамы я не особенно знала кто есть кто в высшем свете нашего герцогства и потому решила сама отнести их Людвигу чтобы сразу расспросить о новых знакомых. Я не понимала, как должна вести себя с ними и что значит их появление.
Когда я подошла к кабинету жениха, то дверь открылась, но выходивший человек остановился на пороге, говоря на прощание:
– Знайте, господин, что многие помнят кто вы, знают, что случилось тогда. Если вы найдёте способ изменить ваше печальное состояние, то готовы будут поддержать вас.
Поклон, адресованный Людвигу, был низок, как если бы мой жених признавался гостем за особу выше его по рангу. Потом он обернулся и увидел меня. Поклон, адресованный мне, напоминал скорее кивок. Не говоря ни слова, гость ушёл, а я вошла в кабинет.
Людвиг сидел нахмуренный, глядя вслед ушедшему посетителю, и непроизвольным жестом тёр перстень на пальце.
– Если бы я знал, как изменить своё состояние, давно бы это сделал, – пробормотал он негромко, но я услышала. – И всё равно в какую сторону была бы эта перемена.
Тут он заметил меня, стоящую на пороге, и спросил:
– Что-то случилось,Лотта?
– Нет, ничего. Просто мне нанесли визит дамы... Вот, – сунула ему в руки оставленные ими визитки. – Я их никого не знала. Хотела посоветоваться, как мне вести с ними.
Людвиг взял карточки, бросил взгляд на имена и титулы, напечатанные на них, и равнодушно пожал плечами:
– Как хочешь. То, на что они надеются, никогда не произойдёт. Можешь поддерживать с ними знакомство, а можешь не обращать внимание -– мне всё равно. Скажи Ханне, что может нанять ещё слуг. Похоже, это паломничество затянется на какое-то время. Неужели Вольфи так надоел им?
Последнюю фразу он опять пробормотал, словно забыв про меня, и я не стала задерживаться. Передала разрешение Ханне, чем очень обрадовала экономку.
– Слава Богине, дом наконец оживает. Я даже не надеялась на такое. Кстати, госпожа, а что с вашей компаньонкой? Хозяин велел приготовить ей комнату. Так всё готово. Когда она приедет?
Её слова напомнили мне о том, что я обращалась с этой просьбой к матери, но она пока ничего не ответила. Стоит съездить к ней, как раз посоветуюсь о приходивших ко мне дамах. Хотя нет! Вдруг отец дома? Встречаться с ним по-прежнему не хотелось. И дело не только в обиде. В душе жил страх перед ним, его злобой. Лучше я приглашу маму к себе. Раз Людвиг разрешил мне принимать гостей, то значит и мама может навестить меня. Я отправила ей записку с приглашением.
