что хочешь"? — маякнул внутренний голос как раз в тот момент, когда я затормозила возле дома, и этот вопрос вдруг меня испугал, словно я вступила на запретную территорию.
В голове вспыли известные слова: "Оставьте мертвым хоронить своих мертвецов". Они вызвали легкую дрожь, выйдя из машины, я направилась к подъезду. На город упали сумерки, я шла, чувствуя себя неуютно, то ли из-за мыслей, то ли из-за темноты.
Не знаю, почему, я остановилась и резко обернулась. Двор был пуст, тихонько покачивались кусты под легким прохладным ветерком да кот умывался, сидя на скамейке. Тревожное чувство не проходило, мне казалось, кто-то смотрит на меня из кустов.
"Вот и призраки начинают мерещиться", — подумалось мне, и я снова поежилась, невольно подумав о Жене.
Только оказавшись в квартире, смогла облегченно выдохнуть, сама не понимая, чем был вызван приступ страха. Рома, вышедший меня встречать, это приметил.
— Что с тобой? — поинтересовался, нахмурившись. Я передернула плечами, разуваясь.
— Неприятные мысли в голове.
— Как прошел разговор? — мы прошли в гостиную и уселись в креслах.
— Нормально. Я бы не стала подозревать Поленова. Если только Женя и в правду хотел его использовать.
Рома усмехнулся.
— Завтра пообщаешься с третьим и скажешь, что он тоже ни при чем.
— Есть еще ты, — я пошутила, но Рома посмотрел на меня серьезно.
— Подозреваешь меня?
Я уставилась в его глаза, такие темные, глубокие, притягательные. Невольно сползла взглядом на губы, и он усмехнулся. Я отвернулась.
— Я не подозреваю тебя, — сказала, не глядя на него.
— А зря, — заметил Рома, я посмотрела в удивлении, — подозревать надо всех. По крайней мере, выяснить какие-то детали не помешает.
— Это звучит странно.
— Почему же? Мы сделали предположение, что отец мог вызвать твоего любовника…
— Перестань его так называть, — поморщилась я, — тем более что мы с ним расстались.
Рома на эти слова усмехнулся.
— Хорошо. Поленова отец тоже мог пригласить с какой-то целью. Красовицкого позвала ты, но кто знает, что там у вас за история. Насчет меня тоже интересно. Тебе не приходило в голову, что внезапный жест отцовской любви вместе с приглашением к себе мог не быть случайностью?
— Это вообще никуда не годится, — покачала я головой, — он не мог знать, что твоя мать умрет, это раз. А во-вторых, что же там за шоу готовилось в таком случае?
Рома немного помолчал и вдруг сказал:
— Тебе не приходило в голову, что отец… Как бы это сказать… Был несколько странным.
Глава 20
Я усмехнулась.
— Это еще мягко сказано.
— Я имею в виду, что… Он был немного не в себе.
Я снова уставилась на Рому.
— Намекаешь, что он псих? — спросила прямо.
— Не то что… Но честно сказать, на нормального человека он не походил.
— Просто он замкнутый и необщительный.
— Но сделавший с нуля бизнес. Ведь отец один из самых богатых людей этого города. О чем-то это говорит? При этом друзей у него кот наплакал.
— Его образ жизни еще не говорит о том, что он ненормальный.
Мы немного помолчали, потом Рома кивнул.
— Возможно, ты права.
Поднявшись, он ушел в кухню, я удалилась в комнату. К словам Ромы не отнеслась серьезно. Поначалу Женя производит отталкивающее впечатление, тем не менее я не считала его психом.
А он, между тем, повесил мой портрет на стену и метал в него дротики в порывах мести. И возможно, хотел убить.
Я так и сидела, когда на пороге появился Рома. Бросив на меня сочувственный взгляд, оперся плечом на косяк и поинтересовался:
— Может, стоит выкинуть произошедшее из головы?
Я бросила на него быстрый взгляд. Выкинуть из головы — это здорово, если все зависит только от меня. А если я права, и Женя что-то задумал и стал претворять свои идеи в жизнь? До чего он мог дойти?
«Ты же не считаешь его психом», — хмыкнул внутренний голос, я почувствовала, что начинаю сходить с ума. Постоянно противоречу сама себе.
— Может быть, — вздохнула в ответ.
Рома подошел и, потянув за руку, заставил встать, после чего обнял. Рядом с ним сразу стало спокойнее, теплее. Я прижалась к нему, Рома поцеловал меня в затылок. Я посмотрела на него.
— Я… — я с трудом заставляла себя говорить, странным образом ощущая неловкость. — Можно я сегодня посплю в твоей комнате?
Мы на мгновенье встретились взглядами, я тут же опустила глаза, Рома снова прижал меня к себе и прошептал:
— Конечно, можно.
Мы простояли так довольно долго, я бы стояла еще дольше, если бы могла. Как только объятья расцеплялись, мы оказывались по разные стороны баррикад, становясь настороженными и замкнутыми.
Приняв душ, я прошла в комнату, которую теперь занимал Рома. Его присутствие здесь несильно ощущалось, вещей Рома привез мало, обустраиваться явно не планировал. Бросила халат в кресло и забралась под легкое одеяло.
Рома был в кухне, так рано он ложиться не привык. Я попыталась заснуть, и на удивление, мне это быстро удалось. Однако, когда пришел Рома, проснулась. Лежала в темноте, отвернувшись, слушала, как он тихо ступает, раздевается, ложится.
Через мгновенье почувствовала его прикосновения, и сердце забилось в несколько раз быстрей, казалось, выскочит из груди. Он поцеловал меня в висок, едва ощутимо, я легла на спину. Мы немного посмотрели друг на друга, потом Рома наклонился и стал меня целовать.
В этот раз все было так нежно, трогательно, чувственно, он ласкал меня, а я, задыхаясь от наслаждения, искала его губы. Уснули мы, обнявшись.
Утром я проснулась от звонка телефона. Звонил он в прихожей, довольно долго, немного послушав трель, я потопала туда. Оказалось, Машка.
— Слушаю, — сняла трубку, кинув взгляд на часы, было уже около двенадцати.
— Ну слава Богу, — выдохнула она.
— Что случилось? — испугалась я.
— Это я тебя должна спрашивать. То каждый день звонишь в истерических припадках, а тут пропала. Я уж грешным делом решила, не случилось ли чего.
— Все в порядке. Просто… — тут из комнаты показался Рома, прошел мимо меня в ванную, я проводила его взглядом.
— Ау, — вернула меня Машка в реальность. — Может, пересечемся сегодня? Хочу на тебя посмотреть.
— Хорошо. Давай я приеду через пару часов.
— Буду ждать.
Повесив трубку, я прошла в кухню и щелкнула чайником. Показался Рома, сев на стул, спросил:
— Кто звонил?
— Подруга. Волнуется, как я справляюсь. Пожалуй, съезжу к ней.
— Как хочешь, — Рома пожал плечами.
— Чем ты вообще тут занимаешься? — вдруг спросила я. Он усмехнулся.
— А ты не видишь?
Я покраснела, чем вызвала еще одну усмешку.
— Когда ты притворяешься скромницей, то
