не такими радостными.
— Людно сегодня, хотя вторник, — Сизый провел пальцем по переносице.
Людей на улице и вправду было довольно много для буднего дня. Они мельтешили по улицам от дома к дому, а некоторые толпились у входов в магазины, потягивая пиво из стеклянных бутылок. Люди были на балконах и подъездных лавочках. Казалось, их не смущал выпавший снег, и они стояли лишь в куртках на голое тело. Гомон липкого смеха и вскриков эхом разносился между трехэтажками. Дома плотной стеной стояли, прижавшись друг к другу, и обороняли свои секреты во дворах от чужих людей, что искали тихое место. В тихих местах всегда покоятся секреты, и незнающие люди натыкаются на них, а потом проклинают себя, потому что увидели то, что не следовало видеть. Снег в городе был черным и похожим на кашу, которая путала ноги и забивалась в ботинки. От снега в городе оставалось только название, и эти серые лужи с белым налетом сложно было назвать первым снегом. Это была просто жалкая пародия, не то что в лесу. В лесу он был чистым, невинным и дарил спокойствие, которое было неизвестно этой части города. Ботинки Щегла скользили по каше из грязного снега, от чего он еще сильнее невзлюбил этот город.
— Куда мы идем?
— Я не знаю, — Сизый обернулся на Щегла, но снова смотрел сквозь него. — Помнишь эти места? — он наконец перевел взгляд на него.
— Нет, — Щегол нахмурился и огляделся по сторонам. — Стой, я искал здесь рисунки. В тех дворах, на двери в подвал.
— Точно, — Сизый улыбнулся. — Пошли туда.
До знака было всего несколько метров, но из-за грязной дороги путь до нужных дворов составил больше времени, чем они ожидали. Завернув за серые дома, двор встретил их угрюмым ветром. Рисунки на стенах выглядывали со всех сторон и следили за каждым робким движением. Посреди дворика стояла железная детская горка и висели бельевые веревки, соединяя два столба между собой. С противоположной стороны раздался звук домофона и хлопнула железная дверь. Создавалось впечатление, что ты ворвался в чужую жизнь и потревожил ее своими похождениями у подъездов. Казалось, будто со всех сторон из маленьких окон смотрят люди и выслеживают каждое неверное движение.
Щегол первым пришел к нужному месту и когда нашел нужную дверь, замер на месте. На этой двери в подвал было полно рисунков. Они были нанесены баллончиками или кистью, но знак Птиц из-за белой краски выделялся среди них всех. По крайней мере, Щегол помнил эту дверь именно такой. Теперь же поверх белоснежной краски была нанесена другая, черная. Черная краска перекрывала символ и вырисовывала из себя черную мишень. Самый обычный рисунок, который мог нарисовать любой, но почему-то он расположился ровно поверх символа Птиц. Белая краска жалобно выглядывала из-под черных линий, в надежде, что хоть кто-то заметит ее. Щегол обернулся на Сизого, который с немым ужасом взирал на это художество.
— Что это значит? — Голос Щегла звучал незнакомо для него самого.
— Я не знаю, — он подошел к двери и приложил руку к рисунку. — Дурачился, наверное, кто-то.
— А почему именно на нашем символе? Нарисовали бы на этих, — Щегол указал на другие рисунки, украсившие дверь. — Половых органах, — он сам поморщился на этих словах.
— Щегол, я не знаю. — Сизый обернулся так резко, что Щегол чуть не повалился назад. — Идем, нужно зайти в магазин.
— Что? — Щегол вскинул брови, но Сизый проигнорировал его и пошел в сторону небольшого магазина. — Серьезно? Зачем нам в магазин? Мы не будем ничего с этим делать? Что с тобой происходит?
Вопросы, сыплющиеся из Щегла, как снег с неба, стали для Сизого последней каплей. Он остановился посреди дороги и замер на несколько секунд. Когда он не услышал шаги Щегла за своей спиной, то развернулся и подошел к нему вплотную. Сизый остановился в паре сантиметров от Щегла. Желваки играли на его щеках, и Щегол на какое-то время перестал дышать. Сейчас Сизый больше напоминал Сокола, чем самого себя. Привычная улыбка на его лице превратилась в ровную линию губ, что не выражала никаких эмоций.
— Закрой рот. И молча иди за мной.
Сизый шел впереди, не дожидаясь Щегла, что до сих пор пребывал в шоке с перемены настроения парня. Он плелся позади, обиженно уставившись в спину Сизому, который шел размеренными, но широкими шагами. Ботинки насквозь промокли из-за влажного снега. Щегол не понимал, чем он мог разозлить Сизого, ведь тот всегда охотно отвечал даже на самые глупые вопросы и с самого первого дня был дружелюбен. Оказавшись внутри магазина, Сизый задержался за стеллажом с консервами и, дождавшись Щегла, вцепился в его куртку. Его брови были нахмурены, а губы поджаты с такой силой, что побелели от напряжения.
— Снимай куртку.
— Что? Зачем? — Щегол попытался вырваться и списать все на то, что Сизый просто не в себе.
Встретившись с тяжелым взглядом Сизого, Щегол пожалел, что задал очередной вопрос. Он был серьезным и злым одновременно, что сильно пугало Щегла. А если на самом деле он психически неуравновешенный и прямо сейчас убьет его где-нибудь за стеллажом. Сизый сделал шаг навстречу Щеглу и повернулся к нему боком. Он говорил почти шепотом, но Щегол смог разобрать его слова.
— От самого участка за нами следят. Мужик в серой куртке и медицинской маске. Сейчас он стоит на другой стороне улицы, — Сизый расстегнул свою куртку. — Моя куртка светлая с обратной стороны. Вывернешь ее наизнанку и поедешь в Гнездо. Я собью его со следа в твоей куртке, так как они похожи, а потом вернусь. Не привлекай внимания и сразу же иди на остановку. Не оборачивайся, а просто молча сядь в нужный автобус, а уже потом проверишь, нет ли хвоста. Если есть, то не смей вести его в Гнездо, а просто выйди на любой другой остановке и иди хоть куда-нибудь. Там я разберусь. Запомнил? А теперь надевай и вали.
— Запомнил.
Щегол решил больше не задавать лишние вопросы и сделать все так, как говорит Сизый. Он вывернул куртку наизнанку и поспешил покинуть магазин, оставляя Сизого там. Краем глаза он заметил мужчину, о котором говорил Сизый. Он стоял через дорогу от магазина и курил, всматриваясь в двери. Щегол изо всех сил надеялся, что он так и останется там и не пойдет следом. Наверное, это неправильно, ведь тогда Сизому придется в одиночку справляться с этим. Но Щегол успокаивал себя тем, что Сизый, в отличие от него, знает, как вести себя в таких ситуациях. Что сделал бы
