выросли, и один занимался извозом в городе, а второй уехал на тот самый Афанасьевский завод рабочим, уже год тому, и исправно присылает матери деньги. Это значит — что? Правильно, и в заводе люди живут.
Ну а я пока живу в городе, в маленькой, но отличной комнатке. Туда помещается кровать, сундук и небольшая прикроватная тумбочка, на которой стоит зеркало. В сундук я потом сложу одежду, пока сложила свой свёрток с пижамой, которую сшила в больнице. Вообще мне вроде говорили, что есть машинка, значит — можно купить ткани и что-то сшить самой.
Тут я поняла, что пока не очень-то представляю себе, что вообще носят дамы, почитающиеся за приличных. Что у них под платьем, например. Панталоны? Чулки? Сорочки с корсетами, или уже можно без корсетов? Вроде я слышала, что у нас корсеты благородное сословие повсеместно использовало до мировой войны, а здесь как?
Мысль о том, что у них тут тоже может быть революция и мировая война, я пока отодвинула подальше. Такое думать — свихнуться можно.
Так, машинку, если что, можно поставить у окна, света хватит. Кстати, электричества в доме не было, хоть я и читала в объявлениях, что оно уже не просто существует, но и используется в быту. Но если хозяйка — маг, то она, наверное, так обходится? На вопрос об освещении Агафья ответила — принесём вам, барышня, свечку, чай, не заблудитесь.
— А как Софья Людвиговна?
— А барыня ж маг. Она шарик свой волшебный засветит, и всё видно, ещё почище, чем от свечки.
— А госпожа Антония?
— Антошка тоже маг, — подтвердила Агафья. — Умеет руками разгладить складки, почистить одежду от грязи, залатать прореху — и всё это магией! Боль ещё снимает, можно её попросить, она не отказывает.
Какой полезной, оказывается, бывает магия! И почему я не маг? В прочитанных книгах попаданцам щедро отсыпали способностей и сил, а я чем хуже? Или это только в книгах попаданство такое вот, а в жизни — вовсе нет?
— Но ничего, — продолжала Агафья, — мы и со свечками и с утюгами как-никак управляемся. И вы управитесь. Смотрите, барышня, вода, чтоб умыться — в кувшине.
Действительно, в углу на табурете стоял жестяной таз, а в нём металлический кувшин.
— А туалет? Или на улице?
— На улице есть, как не быть, — Агафья отдёрнула занавеску с окна и показала будочку в углу двора. — Тут рядом с вами чёрный ход, если что — можно быстро выскочить. — Но у барыни есть и новомодная система, пойдёмте.
Она показала мне дверь рядом с моей, за дверью же обнаружился самый настоящий тёплый туалет. С унитазом и бачком. Значит, с бытом тут не так и плохо, подумалось мне. Тут же была и раковина с горячей водой, Агафья объяснила, что она сама не очень понимает, но сделано с магией, и как-то та магия завязана на печное отопление в доме. Печей, к слову, было три — одна грела гостиную, столовую и немного спальню хозяйки, и кабинету доставалось, вторая располагалась в нашей части дома, и третья — на кухне, на ней готовилась еда.
Рядом с моей комнатой, кроме туалета, располагалась кухня, и тут же была комнатка, в которой спали Агафья и кухарка Марфуша. Антония, по словам Агафьи, спала на лавке в спальне хозяйки, и так было всегда.
Ещё из персонала имелся управляющий Антип Валерьянович, человек семейный, проживающий на соседней улице в собственном доме с супругой, сыном, невесткой и внуками, он приходил рано утром. А кучер Афанасий и дворник, сторож и разнорабочий Степан жили тут же в доме, у каждого из них было по каморке в подвале. Афанасий ходил за лошадьми — кормил, поил, чистил, и следил за состоянием экипажа. Степан же был на все руки — принести тяжёлое, поднять, переставить, наколоть дров, затопить печи, почистить двор от снега, запереть-отпереть ворота. Тут же Агафья сообщила, что Степан подбивает клинья к Марфушке, но у Марфушки муж на заработках, когда вернётся — никто не знает, и она тоже.
Той Марфушке было лет тридцать, и всякая работа по кухне у неё в руках просто горела. Готовила она достаточно просто, но очень вкусно. В мой первый обед на стол были поданы щи из свежей капусты — отличные щи, со сметаной и даже с сушёной зеленью поверх. Кроме того, картошка с солёными огурцами и грибами, грибы с луком и с маслом, прямо как я люблю. А к чаю — пышные булочки.
Вот так, подумалось мне. Одна барыня даёт работу семерым взрослым людям, получается. Кормит, поит, одевает. И меня теперь тоже. Мне повезло, да?
Да, Оля, тебе наконец-то повезло. Значит, вперёд, по модным лавкам с госпожой Антонией.
4. По модным лавкам
4. По модным лавкам
Разве я задумывалась раньше, как жили люди сто лет назад? Если честно, то не особо. Долго думала, что так же и жили, как мы сейчас. Потом начала учить историю и поняла, что нет, не так же, совсем не так же. Думала — плохо они жили, совсем плохо. Но оказалось, что — можно жить и там, и тогда.
Правда, у моих предков не было магического подспорья, и — магического освещения, отопления, нагрева воды… но как-то же они справились без этого? Значит, и я здесь тоже справлюсь, мне должно быть ещё и проще.
Так вот, в губернском городе Сибирске имелось множество разных магазинов и лавок. Прямо как у нас — были б деньги, а куда потратить, найдётся. Кучер Афанасий вёз нас с Антонией по улицам, и кажется, Софья Людвиговна дала Антонии определённые указания, куда именно меня нужно свозить. Или Антония сама знает. И хорошо, я буду искать нужное долго, и не факт, что найду, так что — пусть везёт.
Дорогой я попыталась расспросить её о тех улицах, где мы едем, но она отвечала односложно и больше отмалчивалась. Я поняла, что она уже не в первый раз приехала с хозяйкой из столицы. И что лавок с разным товаром хватало в городе всегда, но нынешнее изобилие завелось лет пять-семь назад.
Я припоминала — да, город расположен на торговом пути из Китая через Кяхту, и везли в обе стороны всякое и разное. Это
