чтобы занять высокое положение. Именно из-за этого она устроила кавардак в его жизни, использовав неизвестное заклинание, которое каким-то образом переместило его в Академию.
Этот кавардак стоил ему хорошего отношения короля, который был в гневе из-за его внезапного поведения.
Конечно, Амелия сказала, что сожалеет о случившемся, и Антуан знал, что это правда. Она же явно сожалела о том, что ее нашли.
Но даже при всей испытываемой ярости он решил уступить и выполнить ее просьбу не устраивать прилюдный скандал на территории Академии. Конечно, это было в первую очередь в его интересах. Ему же не нужно, чтобы кто-то узнал, что заклинание призыва демона сработало на нем.
И главное, где его нашла девчонка⁈ В единственной книге по демонологии, которая хранилась в Академии выживания, не было никаких подробных описаний ритуалов и формул заклинаний.
Боги, да он сам себя проверил на принадлежность к демонам, мало ли, вдруг кто из предков согрешил, но ничего такого это не показало.
Наконец ему сообщили, что девушка прибыла в замок. Антуан сам не понял, почему нервно стал расхаживать по кабинету, наворачивая круги. Возможно, просто хотелось скоротать ожидание.
Он даже проигнорировал вибрацию почтовой шкатулки, которая сигнализировала, что пришло сообщение. Это вполне могло подождать.
Наконец в дверь постучали.
— Войдите, — громко сказал Антуан.
В дверном проеме появилась Амелия. Вся бледная, будто в теле не осталась ни единой кровинки. Облаченная в белое длинное свободное платье из довольно легкой на вид ткани, светлые длинные волосы распущены. Хрупкая, беззащитная, уязвимая и кажущаяся такой невинной.
Но это лишь видимость и иллюзия.
— Что ж, без многочисленных подушек вид гораздо легче. Есть что сказать?
— Я виновна, и я виновата. Готова понести любое наказание, лишь бы кара не постигла родных. Но у меня были причины сделать то, что я сделала, — тихо произнесла девушка.
Антуан видел, как она пытается спрятать от него дрожащие руки, он мог догадываться, сколько ей приходится прилагать усилий.
— Но я не уверена, что вам это интересно. Когда-то вы пообещали мне исполнить одно желание. Что ж, время пришло.
— Амелия, ты же понимаешь, что вряд ли это спасет от наказания. Мой подарок был лишь великодушием.
Девушка высоко подняла подбородок. В голубых глазах промелькнули какие-то искорки. Что-то отдаленно напоминающее молнию.
— Я лишь хочу понять, кто меня подставил. Моя мантия оказалась проклята, и, как я понимаю, неспроста.
17.2
А вот это было неожиданно. Со своей злостью он совсем забыл, что от девчонки кто-то пытался избавиться. А проклятая вещь — вполне эффективный способ для подобного.
— Как⁈ — растерянно уточнил он.
— Мне не сообщили! — ответила девушка. — Сказали, я не имею права это знать.
Антуан тяжело вздохнул, подошел к своему столу. Бросил взгляд на почтовую шкатулку, где, скорее всего, было донесение обо всем, но не стал торопиться и просто открыл ящик. Достал небольшое магическое стекло, украшенное золотой оправой с зелеными камнями. Затем обратно направился к девушке.
Амелия поморщилась:
— Знаете ли, если бы это было что-то опасное для вас, меня бы не отпустили…
— Помолчи, пожалуйста, немного. Кстати, можно и на «ты». После всего, что между нами было-то…
Антуан замолчал и начал проводить стеклом возле девушки. Медленно, чтобы ничего не упустить.
Стекло ни на грамм не помутнело и не потемнело, и Антуан поймал себя на том, что испытал облегчение. Девушка не пострадала, на данный момент ей не было причинено никакого физического вреда.
Хорошо.
Знание этого было необходимо.
Слишком свежи были воспоминания об обмякшей в его объятиях едва дышавшей Амелии. Он помнил, как на ее мертвенно-бледной коже появились капельки пота, не сулящие ничего хорошего. Кажется, эти мгновения, свой ужас и вину, которые почувствовал в ту же секунду, он не забудет никогда. Как и счастливый миг, когда девушка задышала нормально и он понял, что она будет жить.
На всякий случай Антуан произнес пару заклятий, чтобы точно убедиться, что ношение проклятой мантии никак не повлияет на девушку. Ни в магическом плане, ни во всех других.
— Ты в полном порядке, — сообщил он.
— Как я понимаю, ненадолго, — дрожащим голосом сказала Амелия. В ее словах чувствовался легкий истерический смешок.
— Почему же? Я все же намерен разобраться во всей этой ситуации.
— Хорошо. Так каким будет мое наказание? — спросила девушка, а затем сжала губы, будто в попытке сдержать эмоции.
Как будто бы то, что ее не казнят и не причинят вреда, ни капли не успокоило. Нет, конечно, есть вещи похуже смерти.
Но все же сердце неприятно кольнуло от того, что она думала, что он на такое способен.
Он медленно вернулся к столу, как раз в этот момент почтовая шкатулка завибрировала вновь, символизируя о новом письме.
Антуан аккуратно открыл ее и взял в руки послание.
— Мантия не давала своему носителю творить некоторые определенные магические действия.
— Так вот почему у меня никак не получалось это проклятое заклинание!
— Настолько не получалось, что ты, Амелия, добровольно призвала демона.
— Поправка, попыталась призвать. Как я полагаю, вы не демон. Так что это лишь покушение на проведение незаконного ритуала, — вырвалось у девушки.
Ах да, следственный факультет, знания крепко впечатались. И опять на «вы».
— Да. Всего лишь похищение первого наследника нашего короля и удержание его против воли. А также угрозы в его сторону и принуждение к определенным действиям, — холодно продолжил Антуан, внимательно вглядываясь в свою гостью. — Одно хуже другого.
И все это совершила хрупкая девушка.
— Наверное, единственное, что смягчает твою вину, Амелия, что ты не стала никому говорить, что я якобы демон. Впрочем, этим ты защищала больше себя, чем корону.
— Мне жаль, у меня не было выбора. Мне пришлось это сделать, — вымолвила она. Даже губы, обычно яркие, сейчас были бледны.
Вновь правда. Но почему-то та самая, от которой кольнуло сердце.
Может, связано с причиной сего деяния.
— Что ж, твое наказание. Правом, данным мне, я расторгаю твою помолвку.
Девушка вздрогнула, как будто в нее попали атакующим заклинанием, затем облегченно вздохнула:
— Джейсон… он… же никак не пострадает? Его репутация.
Антуан невольно покачал головой. Удивительная она девушка, сейчас бы о себе беспокоиться, а она о бывшем женихе и по совместительству лучшем друге.
— Нет.
Глаза девушки заслезились.
— Мой отец?
— Его вся эта ситуация тоже
