то что?
Я пожимаю плечами.
— Он не сказал. Но я знаю, что он имел в виду, — я ерзаю. — Я начинаю уставать от всех этих вопросов. Нам действительно нужно уходить.
Он игнорирует меня.
— Когда ты начала паниковать?
— Кого это волнует?
— Бо, — строго говорит он. — Отвечай на вопрос.
— Это случилось, когда мы увидели её во второй раз, — тихо говорит О'Ши. — Деймоницу Какос. Она вышла на улицу и уставилась на тебя, и вот тогда-то ты и начала слетать с катушек.
Я свирепо смотрю на него.
— Я не слетаю с катушек, — я замираю. — Ты же не думаешь?..
Мария входит в комнату.
— Мы уходить? — спрашивает она.
— Да, — отвечаю я.
— Нет, — отвечает мой дедушка. — Иди сюда, моя дорогая.
Она выглядит взволнованной, и я сразу же чувствую себя виноватой. Я не хотела кричать на неё, когда вошла, но это моя обязанность — обеспечивать безопасность всех. Однако она делает то, что говорит ей мой дедушка.
— На разум Бо повлиял деймон Какос. Мне нужно, чтобы ты помогла ей.
— Я не знать как.
Он берёт её за руку и нежно сжимает её.
— Нет, ты знаешь.
Мария вздрагивает.
— Это очень серьёзное дело.
Он кивает.
— Я знаю. Но её нужно освободить от этой хватки.
Я топаю ногой.
— С меня хватит. Если вы не хотите собирать вещи, это ваше дело, но мы все немедленно уезжаем.
Мой дедушка достаёт что-то из кармана и направляет на меня. Я непонимающе смотрю на это.
— Это электрошокер «Магикса». Противовампирский.
Он улыбается мне, прищурив глаза.
— Да. Я знал, что когда-нибудь он пригодится, — затем он поднимает шокер и стреляет мне прямо в грудь.
***
Я крепко привязана к стулу посреди комнаты. Мария, Rogu3, мой дедушка и О'Ши стоят полукругом передо мной. Кимчи маячит в стороне, переводя взгляд с них на меня и обратно, как будто не может решить, что делать. В конце концов, он скулит и садится на корточки, уронив голову на лапы и печально глядя на меня.
Я борюсь с путами. Я уже чувствую, как они поддаются.
— Вы, ублюдки! Вы не хотите, чтобы Майкл был в безопасности. Вот в чём всё дело, не так ли? Вы хотите передать его деймонам, чтобы…
— Успокойся, Бо, — говорит мой дедушка.
Я свирепо смотрю на него.
— Это не удержит меня надолго. Когда я освобожусь, ты пожалеешь.
Он бесстрастно смотрит на меня.
— Ты мне угрожаешь? Я старый, немощный человек, которого только что выписали из больницы.
— Мне всё равно.
Он вздыхает, как будто столкнулся с чрезвычайно досадным неудобством.
— Мария, — говорит он. — Будь так любезна.
Она закусывает губу и на цыпочках подходит ближе.
— Не смей, — предостерегаю я её. — Я приютила тебя. Я дала тебе крышу над головой и безопасное место для ночлега. Я, чёрт возьми, спасла тебя!
— Не обращай на неё внимания, моя дорогая.
Мария бледнеет, но придвигается ближе. Я дёргаю запястьями. Это не антивампирские наручники; ещё несколько рывков, и я буду свободна. Я злобно смотрю на них всех, пока Мария протягивает свои изящные, похожие на птичьи руки и прижимает кончики пальцев к моим вискам.
— Отпусти меня, — шиплю я. — Отпусти меня, или я не буду отвечать за свои действия.
Она держит крепко. И тут я чувствую это. Её ясные глаза смотрят в мои, и моё тело содрогается. Напряжение, которое нарастало в моей голове с того момента, как я увидела деймоницу Какос в вестибюле, внезапно начинает спадать.
Вдруг возникает голубизна. Она омывает меня, как накатывающая волна, отгоняя панику. Я перестаю сопротивляться и широко раскрытыми глазами смотрю на Марию. Её взгляд расфокусирован, на лбу выступили капельки пота.
Меня пронзает боль, и я кричу. Я смутно осознаю, что Мария снова прикусывает губу, но на этот раз так сильно, что у неё выступает кровь. Я чувствую резкий запах в воздухе, который проникает в мои чувства. И не только это, я вижу… О Боже.
Надо мной доносятся голоса. В голове у меня туман, и я быстро моргаю, пытаясь прогнать его. У меня кружится голова, и я уверена, что меня сейчас вырвет.
— Я не понимаю.
— Может, мне принести аптечку?
Я напрягаюсь, напоминая себе, что по-прежнему жива. Я здесь. Мой разум ясен.
— Нет, — отвечаю я, хотя мой голос звучит так, словно доносится откуда-то издалека. — Я в порядке, — я слабо улыбаюсь. — Я в порядке.
Передо мной маячит расплывающееся лицо. Мой дедушка.
— Ты всё ещё хочешь уехать из Лондона? — спрашивает он.
— Нет, — я стискиваю зубы так сильно, что у меня болит челюсть. — Я хочу уничтожить Икса. Он не только манипулировал мной с самого начала, он вторгся в мой разум. Он сделал меня напуганной, — я вцепляюсь в подлокотники стула. — Он изменил то, кто я есть, и ему это с рук не сойдёт.
— На самом деле, — говорит мой дедушка, — я скорее думаю, что это сделала деймоница женского пола.
Rogu3 начинает развязывать путы, чтобы освободить меня. Один резкий рывок, и я бы разорвала их сама, но позволяю ему это сделать.
— Почему ты так думаешь?
— Всё началось с Девлина, — объясняет он. — Она заронила в его сознание мысль, что ему нужно вытащить тебя. Затем, когда появилась ты, она вызвала у тебя желание уехать. Она начала с рациональности. Тебе казалось разумным уехать из города, верно?
Я киваю.
— Наверное. Тогда я была напугана, но не так сильно, как позже. Она, должно быть, подумала, что сделала недостаточно, и мы собираемся остаться, — я хмурюсь. — Но она прочитала мои мысли. Она знала, что это не так. Настоящий ужас я испытала только после того, как… — я замолкаю и сглатываю. — После того, как я поговорила с Иксом.
— Похоже на то, — соглашается мой дедушка.
Я мысленно возвращаюсь в прошлое. Я вспомнила, как Икс сделал небольшой шаг назад, когда я подумала о той женщине и о том факте, что он выходил из здания, когда я впервые его увидела. Он не ожидал увидеть меня на улице, но вместо того, чтобы зашагать по своим делам после разговора со мной, он сразу же вернулся в дом.
— Он тоже её боится, — говорю я. — Но почему?
Rogu3 отходит и смотрит на меня.
— Икс когда-нибудь раньше пытался подобным образом манипулировать твоими эмоциями?
Я потираю запястья и встаю.
— Не думаю, что я бы знала. Вот только, — я задумываюсь, — у меня разболелась голова, когда она это делала. Я никогда раньше такого не испытывала. Как будто что-то стучало у меня в мозгу, — я морщусь. — Так и было. Это была
