дедушка с бабушкой познакомились только на свадьбе. Родители поженились для конспирации, они были большевиками-подпольщиками. И ничего прожили все счастливо. Основа семейного счастья это УВАЖЕНИЕ! Именно на уважении строится семейная лодка, а любовь приходит потом. Это вам современной молодежи любовь-морковь подавай, а потом глядь и все — развод. Кончилась любовь!
— А как же традиции?
— Традиции — это как клей, помогают сближать членов семьи и сохранять ее.
— А вы сами замуж по любви шли? — поинтересовалась Даша.
— Я то? Сначала думала по любви. Мой муж был инженером, работал на заводе. Образованный, красивый, высокий молодой человек. В него не возможно было не влюбиться. Вот и я влюбилась. Поженились. А потом вдруг я поняла, что не люблю его, вот ни капельки, но было уже поздно. Родился наш сын Владимир. Но я всегда его уважала. А потом пришла любовь. Знаешь, тихо так, как теплая морская волна. Нахлынула и затопила сердце. Без него я бы не смогла пережить смерть сына. — Печально закончила тетя Глаша. — Все, хватит о грустном, давай собираться.
В полном составе компания встретилась на перроне вокзала. Быстро все перезнакомились. Даша обратила внимание на Ивана, напарника мужа. Его колючий ледяной взгляд ей не понравился и показался смутно знакомым. Казалось, он проникает под кожу, вызывая чувство озноба. В электричке заняли скамейки друг против друга. Всю дорогу рассказывали смешные истории, анекдоты.
Даша постепенно расслабилась и как-то незаметно для себя присоединилась к веселью.
На даче мужчины сразу же нарубили дров, растопили печь. Вскоре в доме потеплело, стали раздеваться. Женщины занялись приготовлением закусок, салатиков.
Михаил и дядя Коля, разожгли мангал. Вскоре запахло шашлыком и печеной картошкой.
На запах жареного мяса подтянулись соседи по даче. Откуда-то появился баян. Женщины пели песни, потом начали танцевать. Веселье набирало обороты. Даша вдруг вспомнила студенческие поездки на картошку. Каждый год их институт ранней осенью и почти до самых морозов ездил в подшефный колхоз. Помогали убирать урожай. Обычно их заселяли в колхозный клуб, из которого на это время делали студенческое общежитие. Вечером, когда возвращались с полей, так же пекли картошку, пели студенческие песни и танцевали, только не под баян, а под гитару. На баяне играли деревенские парни, которые группами стекались поглазеть на городских девчонок. Теперь Даша понимала, это было самое счастливое время в ее жизни.
Даше захотелось пить. Графин оказался пуст. Девушка огляделась, чтобы попросить у кого-нибудь налить ей водички. Аглая Дмитриевна и остальные женщины увлеченно обсуждали новый рецепт какого-то фирменного пирога, мужчины вышли на крыльцо курить.
— Сама схожу — поднялась Даша из-за стола.
— Даша ты на кухню? — увидела тетя Глаша поднявшуюся девушку. — Заодно принеси, пожалуйста, соус к мясу. Там на столе банка стоит.
— Хорошо.
Девушка прошла на кухню. Налила воды в стакан, жадно выпила. Вода была чуть сладковатая, колодезная. Наполнила графин.
Вдруг сзади Дашу обхватили крепкие мужские руки, прижали к мужскому телу.
— А ты красивая.
Девушка пискнула. Попыталась вырваться.
— Отпустите, я кричать буду!
Ее резко развернули, прижали к стене.
— Иван! — удивилась Даша. — Пусти. Как ты можешь приставать к жене друга, не стыдно!
— К жене? — ледяной взгляд насмешливо смотрел на девушку. — Я все про вас знаю, Мишка все нам рассказал. Какая ты ему жена, так соседка по комнате. Вы ведь даже не спите вместе.
— Это не твое дело. — Пыталась вырваться Даша.
Иван сильнее прижал ее к стене. Его губы жадно накрыли ее рот. Одной рукой он держал девушку, другой шарил по ее телу. Больно сжал ей грудь, прижался возбужденным естеством к ее бедру. Даша замычала. Ужас прошлого паникой поднимался в ее сознании. Тело оцепенело. Почувствовав, что сопротивления нет, Иван понял, это по своему, усилил натиск.
— Какая же ты сладкая. Как вкусно пахнешь. Мишка круглый дурак, что до сих пор тебя не трахнул. Давай девочка, после праздника приходи ко мне, пока твой на работе будет, я с завтрашнего дня в отпуске. Поверь, ты не пожалеешь. Адресок тебе в карман шубы положил.
Парень исчез так же внезапно, как и появился. Даша стояла у стенки, медленно приходила в себя. Злость на мужа затопила ее сознание.
— Как он мог, рассказать всем, о том, что произошло. Зачем он это сделал? Получается, что все все знают и смотрят на нее как на проститутку? Иначе бы этот Иван не посмел бы так себя вести с ней. Как же стыдно и противно!
Желание уйти, исчезнуть из этого места было просто непреодолимо. Даша вышла в коридор оделась и никем незамеченная выскользнула за дверь.
Глава 22
Девушка шла по дачному поселку. Слезы в глазах застилали дорогу, и она плохо видела куда шла. На губах до сих пор ощущался мерзкий вкус чужого мужчины. Даша зачерпнула горсть снега, стала тереть губы. Неужели это клеймо навсегда останется с ней? Неужели ей всегда предстоит быть жертвой похабных, плотских желаний? Чем она так провинилась в своей жизни? Чем? Неужели она не заслужила хотя бы капельку счастья. Хотя бы чуть-чуть. Разве я прошу многого?
Она не заметила, как вышла за пределы поселка, пересекла полотно железной дороги и свернула на тропинку, ведущую в лес. Злость, обида, желание убежать гнали ее вперед, пока Даша не провалилась в сугроб по пояс. Очнувшись от наваждения, девушка оглянулась. Оказывается она уже некоторое время шла по снежной целине. Вокруг был сосновый бор. Барахтаясь в сугробе, попыталась развернуться, чтобы пойти назад по своим следам, но только глубже завязла в снегу. Видимо здесь была яма или овраг занесенный снегом. Даша попала в снежную ловушку. Чем больше она пыталась выбраться, тем глубже проваливалась в снег. Все больше понимала, что самой ей не выбраться. Стала кричать, звать на помощь. Через полчаса сорвав голос от бесполезного крика замолчала. Смотрела на угасающее небо. Кое- где уже появились первые звезды. Вспомнила, как девять месяцев назад так же лежала и смотрела на звезды. Тогда ей казалось, что ее жизнь закончилась. Как она ошиблась. Ее жизнь закончиться здесь в этом холодном снежном лесу. И не только
