Снег рассмеялся, осмотрел островок волос на макушке, расплел и проверил каждый волосок пшеничной косы и воскликнул:
– Гадство! Все, Леший. Хана нам всем. Допрыгались.
Леший метнулся в сторону, злой, встревоженный бледный. Снег не выдержал и расхохотался, хлопая себя по бедрам.
– Ну и гад же ты, – произнес Леший без злости, скорее с обидой в голосе.
– Извини, – примирительно сказал Снег. – Нам пора паковать вещи. Я работаю в паре с Беркутом, и мне нужно его немного подождать.
– Ага. Ты это, спроси его про наш поход, вдруг скажет чего интересного.
– Пробовал уже. Бесполезно. Даже про дальний гарнизон ни слова. Все, пошел я. – Снег махнул рукой и зашагал в столовую, где Беркут расправлялся со своим поздним завтраком.
* * *
Демон подождал, пока Беркут отобедает, один раз попался ему на глаза, волоча коробку. Второй раз заявился в лабораторию, доложив, что подсобка забита под завязку, дождался распоряжения заполнять свободное пространство в столовой, кивнул по обыкновению задумчивому альбиносу, язве завистливой, потом передал пожелания Беркута братьям и направился во вторую подсобку, где валялись винтовки и пистолеты, подлежащие ремонту. Свой АК и ТТ он среди них спрятал еще вчера, под завалом откопал два снаряженных магазина, патроны рассовал по карманам разгрузки, припас две гранаты, прицепил на пояс мачете и решил, что этого хватит. Набросил маскхалат, который под руководством Учителя сам шил из камуфляжного плаща и лоскутов веревки и зеленой ткани.
Да, ему предстоит три часа бежать до деревни заров – ничего, справится, не в первый раз. Гораздо хуже, что мутанты не заперты в подвалах. Значит, придется красться и терять драгоценное время. Вот, кстати, и объяснение, почему он отсутствовал: запирал мутов, они вырвались и загнали его в укрытие. Жаль, раньше не придумал.
На поверхности было по-летнему тепло, но душно, сыро. На синем небе – ни облачка. Значит, Беркут прав и завтра пойдет дождь. А может, и сегодня вечером. Надо поторопиться, еще хотя бы раз увидеть Карину, прикоснуться к ней, окунуться в ее восторженные глаза, припасть губами к губам и улететь. Если бы братья только знали, какое это блаженство! Если бы могли разделить! Тогда Снег не стал бы издеваться, а понял бы, что за одно прикосновение не жалко весь мир отдать, не просто долголетием пожертвовать – самой жизнью.
И все потому, что братья трусливые, ни на что не годные молокососы. Леший туп как пробка. Да, мутанту хребет перешибет, но толку с того? Березка рассеян настолько, что забывает, как его зовут, палец себе покажет и заливается, как ребенок. Радим все время тормозит. Малейшее отклонение от заданного курса сбивает его с толку. Снег слишком зажатый и трусливый, каждый шаг делает с опаской, а мнит себя умником. Какой он умник? Зубрилка, он все заучивает, когда ему, Демону, и физические достижения, и учеба дается легко, играючи.
И при этом Учитель всем им твердит, что они избранные и равны в правах. Да уж, он и Леший одинаково избранные. Или он и псих Березка. Неужели не видно, кто действительно талантлив? Ничего, Демон всем им докажет свою исключительность.
Во дворе было относительно безопасно. Мутанты редко забредали сюда – что здесь делать? Бетон грызть? Да еще и через стену трехметровую лезть надо. Осторожно Демон приоткрыл калитку в воротах, выглянул наружу, покосился на замаскированные ворота гаража, где хранились трициклы.
На пустынной асфальтовой дороге – никого. Ветер шевелит пожухлую траву, качают ветвями золотые березы. Тут хорошо, лес редкий, территория на десятки метров просматривается, а дальше начнутся вырубки и прочие буераки. Демон еще раз глянул на синее небо, перечеркнутое подвижным пунктиром стрижей, и двинулся на юг, по привычке ступая мягко, бесшумно.
Учитель никогда никого не щадил, так бил на тренировках, что у Березки случился перелом, а Демон в тринадцать лет вывихнул плечевой сустав. Когда братья стали постарше, им приходилось выживать в лесу в одиночку – тренировка такая. Называется «продержись три дня». Дождь пошел? Не беда! Выживай, как можешь, на помощь никто не придет. Сначала братья злились, ненавидели Учителя, только сейчас Демон оценил, какой приобрел ценный навык.
Как говорил Учитель, главное – понять лес, почувствовать его душу, стать ее частью, слиться с природой, и тогда ни зар, ни мутант не заметит человека в маскхалате, пока не столкнется с ним нос к носу. Постараться, чтобы дыхание ветра стало твоим дыханием, чтобы сердце билось в унисон с покачивающимися ветвями.
Тишина стояла редкая. Звенели синицы, вдалеке граял ворон, скрипели трущиеся друг о дружку ветви, в сухостое копошилась мышь. Теплый ветер оглаживал лицо… Демон спрятал его платком. Осмотрелся еще раз и трусцой побежал по дороге, мягко отталкиваясь от многолетних наносов из стеблей травы и опавшей хвои.
Жди меня, Карина, радость моя! Я иду к тебе…
А может, ну братьев к мутантам с их походом? Они ведь все равно вернутся, чтобы помочь остальным, если, конечно, отправляются за лекарством от вируса. В последнем Демон почти не сомневался: Учитель был стар и не мутировал уже много лет. Демон никогда не видел таких зрелых людей с лицами, испещренными морщинами, и волосами белыми, как у альбиноса. Даже его руки с натруженными пальцами были морщинистыми. Да и Беркут жил явно дольше, чем привычные двадцать лет. Значит, они все-таки получили антивирус, но его очень мало, и по какой-то причине пока не получается достать больше.
Учитель, он ведь сумасшедший. У него идея спасти мир, сделать его таким, какой он был раньше. Значит, он вернется. Конечно, вернется, иначе и не может быть… А если нет? Если Демон мутирует раньше и не дождется?
Он перешел на шаг. Безумно хотелось жить. И быть с Кариной хотелось так же, если не сильнее. Едва он представлял, что потеряет ее, как начинал задыхаться от возмущения, душу будто волки разрывали. Демон единственный из братьев познал любовь – запретное чувство, которого Учитель хотел их лишить. Он был среди них, как птица среди куриц. Казалось, мир заиграл новыми красками, а они по-прежнему пребывали в серости.
Отдохнув, Демон побежал дальше через лес, где остался закопченный танк чистых и три свежеобглоданных скелета: один был заром, два других – чистыми. Мутаны разорвали прочные резиновые костюмы и добрались до свежатинки, даже мелкие кости сгрызли.
Демон сбавил ход, схватил автомат. Тут могли прятаться мутанты. Впереди есть высохший ручей и небольшие болотца, которые можно незаметно для мутов обойти, он много раз это делал.
Погода стояла засушливая, и муты были не особо активными. Иной раз у каждого соснового ствола приходилось стоять по полчаса, маскироваться. Еще пара минут, и Демон увидел впереди луг с пожелтевшей травой, а дальше – заросли камыша. Опасное место, если муты заметят, хана. Потому надо постараться. Он двинулся вдоль ручья, выискивая проплешины в камышах. Ага, вот подходящее место, их тут вообще нет. Теперь надо медленно, на цыпочках пробираться дальше. Он превратился в слух, скользнул вперед. Шаг, еще шаг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
