для уничтожения радиостанции, Мюллер устремился на север. «Сидней» немедленно лег на параллельный курс, и, когда корабли сблизились на 9 километров, «Эмден» открыл огонь. Он накрыл «Сиднея» вторым залпом, который вывел из строя носовой дальномер и убил дальномерщика. За этим удачным попаданием последовали новые. Получил повреждения кормовой дальномерный пост, один немецкий снаряд разорвался в элеваторе, и горящий кордит попал в пороховой погреб. Лишь мужество одного из матросов, вовремя выбросившего горящий заряд, предотвратило взрыв.
«Сидней» задержался с пристрелкой, но действие его 152-мм лиддитных снарядов было поистине опустошительным. В 10 часов на «Эмдене» была подбита рулевая машина. С трудом управляясь, немецкий крейсер попытался торпедировать своего неумолимо приближающегося противника. Легко увернувшись от торпеды, «Сидней» ответил таким же неудачным торпедным выстрелом, и канонада продолжалась.
Бой «Сиднея» и «Эмдена»
Через час после начала боя вся кормовая часть «Эмдена» была охвачена пламенем, трубы и фок-мачта были снесены, все орудия приведены к молчанию. В 11.20 избитый, агонизирующий рейдер выбросился на отмель близ острова Норт Килинг. Считая, что с «Эмденом» покончено, «Сидней» погнался за подошедшим к месту боя угольщиком, которого дожидался Мюллер. Видя, что от австралийского крейсера не уйти, команда угольщика затопила свое судно, и «Сидней» повернул назад.
В 16 часов, подойдя к продолжавшему гореть на отмели «Эмдену», Глоссоп с изумлением увидел, что на нем все еще развевается боевой флаг и сигнала о сдаче нет. Он приказал снова открыть огонь, причинивший немцам особенно большие потери и заставивший их поспешить с подъемом белого флага. С наиболее удачливым и наиболее опасным из немецких крейсеров, действовавших на коммуникациях, было покончено...
Накануне первой мировой войны морские коммуникации были, пожалуй, самым уязвимым звеном Британской империи. Снабжая Англию важнейшими видами сырья и более чем 60% продовольствия, имперские коммуникации приобретали еще большее значение в военное время, когда к перевозкам хозяйственных и стратегических грузов добавлялись перевозки колониальных войск. Понимая это, немецкий морской генеральный штаб в своих планах предусматривал крейсерские операции, нарушающие морские перевозки противника и отвлекающие его силы с главного театра боевых действий. Но, увлеченные идеей генерального сражения, в ходе которого должна была быть сокрушена главная сила Британии — ее могучая линейная эскадра, — немецкие адмиралы не уделили достаточно внимания организации крейсерской воины: с действиями немецких крейсеров на коммуникациях было покончено к началу 1915 года. И в этом не последнюю роль сыграли те противоречивые требования, которые немецкие адмиралы предъявляли к легким крейсерам...
В то время как англичане, стремясь создать легкий крейсер нового типа для действий в составе дредноутных эскадр, сосредоточили свое внимание на дальнейшем развитии бронепалубных крейсеров 3 ранга, немцы продолжали усиленно разрабатывать бронепалубные крейсера 2 ранга. Причина такого расхождения лежала в разном подходе тех и других к легкому крейсеру дредноутской эпохи. Англичане не скупились на разработку специального крейсера — крейсера-разведчика — скаута, предназначенного только для боевого обеспечения эскадры. Немцы же, экономя средства, стремились создать универсальный легкий крейсер.
По соображениям немецких адмиралов, легкие крейсера должны были и производить разведку для линейных эскадр, и вести борьбу с легкими силами противника, и уничтожать вражескую торговлю, и лидировать флотилии эскадренных миноносцев, и нести в мирное время службу стационеров в иностранных водах, а при случае выступать в роли минных заградителей и носителей самолетов. Поэтому по скорости хода они не должны были уступать эсминцам, по артиллерии и бронированию — равноценным кораблям противника. Сверх того они снабжались устройствами для постановки мин, платформами для самолетов, большими погребами для боеприпасов, емкими цистернами для топлива и механизмами, пригодными для длительных плаваний.
Всего за это время в Германии было построено 37 легких крейсеров, носивших названия немецких городов.
Линия развития английских легких крейсеров была не такой простой и прямолинейной, как немецких. В то время как немцы делали ставку на универсальный легкий крейсер, англичане после 1905 года разработали два отдельных типа легких крейсеров. Первый тип — скаут — логическое завершение бронепалубных крейсеров 3 ранга. Второй тип — крейсер для действий на протяженных коммуникациях — потомок бронепалубных крейсеров 2 ранга. Скауты имели водоизмещение, не превышающее 4800 тонн, при их проектировании главный упор делался на достижение высоких скоростей хода. Крейсера для действий на коммуникациях несли более солидное артиллерийское вооружение и больший запас топлива, что требовало водоизмещения большего, чем 4800 тонн.
К постройке более крупных, чем скауты, легких крейсеров, предназначенных для действий на имперских коммуникациях, англичане приступили только в 1910 году. Они продолжали линию развития бронепалубных крейсеров 2 ранга и носили названия английских городов. В 1905–1914 годах быстрое увеличение мощности силовых установок позволило создать линкоры и линейные крейсера со скоростями хода 25–30 узлов. Для эскадр из таких кораблей скауты и «города» по своей тихоходности уже не годились, поэтому английские кораблестроители разработали так называемые легкие крейсера для Северного моря. Будучи компромиссом между скаутами и «городами», эти корабли должны были развивать гораздо более высокую скорость, необходимую для совместных действий с эсминцами. Всего с 1905 по 1922 год английские верфи построили 80 легких крейсеров: 15 скаутов, 21 «город» и 44 легких крейсера. Венцом же британского крейсеростроения стали корабли, заказанные в 1915 году.
Переполох, вызванный первыми действиями немецких крейсеров-рейдеров в первые месяцы войны, побудил адмиралтейство подумать о крейсерах специально для уничтожения вражеских рейдеров. При проектировании этих так называемых «улучшенных городов» решили усилить буквально все боевые характеристики: и скорость, и мощь артиллерии, и бронирование, и дальность плавания. В результате получились корабли типа «Эффингам» водоизмещением 9800 тонн. Назвать их легкими крейсерами было неловко, поэтому их стали именовать просто крейсерами или тяжелыми крейсерами. Пять таких крейсеров вступили в строй только после войны.
Кроме Англии и Германии, до начала первой мировой войны успели построить по нескольку легких крейсеров только две страны — Австро-Венгрия и Япония. Что касается России, то судьба заложенных здесь кораблей оказалась весьма драматичной.
В декабре 1912 года в Петербурге были заложены четыре русских линейных крейсера типа «Бородино» — огромные корабли водоизмещением 28 500–30 500 тонн, с девятью 356-мм орудиями, скоростью 26,5 узла и броневым поясом толщиной 250 мм. Должное внимание уделили русские кораблестроители и легким крейсерам. В 1913 году на Балтике заложили четыре таких корабля — «Адмирал Бутаков», «Адмирал Спиридов», «Светлана» и «Адмирал Грейг». При водоизмещении 6800 тонн они должны были развивать скорость 29,5 узла и нести пятнадцать 130-мм орудий, броневую палубу толщиной 25 мм и броневой пояс толщиной 76 мм. По этому же проекту с незначительными изменениями строились и крейсера для Черноморского флота — «Адмирал Нахимов», «Адмирал Лазарев»,
