— Мой совет, Лара Свон, исчезни. И чем быстрее, тем лучше.
— Очаровательная женщина, такая зловещая, — рассмеялась я с издевкой в голосе.
Потом сделала шаг вперёд, вынуждая леди, наоборот, отступить и заявила, хоть и не собиралась хамить, но она сама меня вынудила:
— Я ничего от вас толкового не ожидала, но всё равно разочарована, леди Доэрти. И ваши завуалированные угрозы засуньте в свой тощий зад. Они меня не впечатлили.
Потом снова улыбнулась и уже мягче сказала:
— А теперь, я культурно и вежливо прошу вас исчезнуть из зрения моего горизонта, леди. Адьёс, беби!
Сделала ручкой опешившей мадам и в приподнятом настроении, всё-таки пошла к себе. Почему у меня настроение поднялось, спросите вы.
Да всё просто! Я теперь не просто догадываюсь, а почти на сто процентов уверена, что не так уж и прост граф Адам Бист.
Эти пиявки в него бы вряд ли вцепились своими жуткими зубастыми ртами, будь он действительно нищим. Значит, всё дело в антиквариате или есть что-то ещё, о чём я пока не знаю, но узнаю сразу же, как только немного посплю.
И ещё поделюсь с графом своими наблюдениями. Не может же он в самом-то деле быть глухим и слепым в отношении своих родственниц.
Я тут вторые сутки, а уже ощущаю, как пованивает от дамочек задуманной афёрой. Затаились девицы и чего-то ждут.
Интересно, что они задумали? И как бы не подгадили нам переговоры с приставом и Его Величеством.
Так, все мысли - брысь! Вот высплюсь, потом будем думать.
На этой ноте, я и завалилась спать, сладко пустив слюну из приоткрытого рта.
* * *
-Адам-
После разговора с Ларой, я не мог понять себя.
Как такое возможно?
Почему мой зверь выбрал именно её?
«Почему она?» — задавал я ему вопрос. Но волк упрямо молчал.
Он так и не открыл мне своё сознание, мой зверь не желал, чтобы я видел, как он провёл ту самую ночь, когда на Ларе появилась метка оборотня. Брачная метка.
Мой зверь впервые за столько лет, что мы живём друг в друге, закрылся от меня, охраняя воспоминания встречи с Ларой как нечто бесценное и важное.
И этим он вызывал глухое раздражение.
Он, значит, сделал выбор! ОН, а я не Я!
Но зверь всё также повелевался моей воле. Это же и был я. Моя вторая сущность, не кто-то другой. Но тогда почему пошло разделение, и зверь решил всё за нас двоих?
«Она не подходит!» — доказывал я.
«Она чужая и прислана феей!» — убеждал я.
«Она слишком хороша», — чуть мягче говорил я.
«Она не полюбит такого как я. Ты же слышал, на моё предложение она с насмешкой сказала «нет».
Но зверь лишь сильнее заупрямился, не признавая моих слабых, да что уж там - жалких доводов!
Чтобы не натворить глупостей и разобраться со звериной половиной, подобно трусу, я сбежал из Бистауна.
Обернувшись волком, я помчался прочь от дома. Прочь от неё.
Для её же безопасности.
Сейчас я стоял на поляне, окружённый волчьей стаей. Это стая из новых волков, пришедших с других земель.
Они не знали, что хозяин здесь - оборотень.
Я побеспокоил их, и волки настороженно ждали от меня дальнейших действий. Их вожак смотрел на меня прямо и спокойно, он ждал. Но по взгляду я понимал, что волк надеется на моё благоразумие, и я не начну с ними бой.
В стае было много молодняка и новорождённых щенят.
Молодые волки жались к своим взрослым собратьям, волчицы подрагивали боками, смотря мне прямо в глаза.
Волчицы...
Вздохнул и вдруг, мой зверь передал мне мимолётную картинку - Лара. Молодая, сильная, сочная, взъерошенная, чуть напуганная, но храбрая, лежит под моим зверем, подо мной и сверкает яростным взглядом, скалится не хуже настоящей волчицы и рычит, как настоящий зверь.
Буквально доля секунды и на этом всё, волк снова закрылся.
Тряхнул головой, отгоняя такое прекрасное и волнующее видение. Затем, обвёл взглядом волчиц и вдруг встретился глазами с сильным молодым волком, что скалился на меня и готов был пойти против воли вожака и напасть на меня. Этот волк будет защищать свою семью и свою стаю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Для них я чужак. Но Хозяин. Я сильнее, быстрее и хитрее.
Да, волки меня боятся.
Уважают?
Скорее да, чем нет. Ведь оборотень - он тот же волк и ему не чужды волков законы. Но так же я и человек.
Мотнув головой, я отступил, давая понять стае, что мне они не нужны. Никто из них: ни волчицы, ни щенки, ни сами волки - кровавой схватки мой зверь не желает.
«Вы можете остаться на моей земле. Я вас не трону», — сказал вожаку. — «Другая стая живёт далеко отсюда. Вряд ли вы пересечётесь с ними».
Вожак благодарно склонил голову и без спешки, но всё ещё настороженно повёл свою стаю дальше, но уже по моей земле. Теперь это и их дом тоже.
Я же продолжил свой бег. Мои сильные и мощные лапы не знали усталости, и я бежал, бежал, бежал, желая ощутить изнеможение и сбросить со своих плеч тяжкий груз.
Моя душа давно уже смята и согнута, покрыта ранами и шрамами. Но она не мертва.
Остановившись у реки, я завыл.
Стоя
на
всех
четырёх
лапах,
изливал
душу
безмолвному
небу.
* * *
-Адам-
В душе поселилась странная пустота, съедающая всё на своём пути, не оставляя при этом ничего.
У меня давно не осталось сил на непонятную, нелепую борьбу с судьбой, со злым роком после встречи с феей, с самим собой, со своей звериной сущностью.
Сейчас, возвращаясь в Бистаун, я осознавал, что если впущу в свою душу и сердце Лару, то, скорее всего, для меня всё закончится трагично.
Я уверен, что такая смелая, настойчивая и красивая женщина вряд ли полюбит такого как я - сломленного, уставшего от вечной борьбы и надежды, безнадёжного оборотня.
Расставание с Белль вызвало в душе невыносимую боль и тоску.
Если снова уже другая женщина меня оставит с разбитым сердцем и неосуществимыми мечтами - я умру.
Как же тогда будут смеяться мои кузины и вдовствующая графиня, как же они будут радоваться моему поражению, злорадствовать и каждый день напоминать, что они сразу увидели в ней врага.
С другой стороны, мой зверь сделал выбор и не понимал, почему глупая человеческая половина не принимает его выбор.
«Ты должен понять, что она создана для меня. Для тебя. Для нас», — убеждал меня волк.
«Не упусти этот шанс - единственный и бесценный. И запомни - Белль не была для нас подходящей. Я её не любил и не желал. И ты зря изранил своё сердце», — был вердикт моего зверя.
Обернувшись человеком, усталый, но ничего не решивший для себя, вернулся домой. Время завтрака уже прошло, но я не ощущал голода.
Хотя нет, голод присутствовал, но совершенного иного рода.
— С возвращением, милорд, — невозмутимо произнёс мистер Краз. — Прогулка удалась?
— Не уверен, — ответил с тяжёлым вздохом.
Не обращая внимания на изумлённые взгляды слуг, я шёл к себе.
Да, прислуге было от чего удивиться - давно я не пропадал почти на сутки и не бегал по земле в зверином обличье. Но Чарли Краз был предупреждён о моём внезапном желании и рвущегося на волю волка. Потому в Бистауне не стали поднимать шум о моём внезапном исчезновении.
Только родственницы не знали, куда я пропал. Да и вряд ли они интересовались.
Поднялся на второй этаж. Моя спальня занимала всё крыло.
Комната была наполнена утренним светом, на стенах цвета малахит играли солнечные лучи, проникающие через огромное окно, шириной от одного угла до другого, высотой от пола до потолка. Шёлковый тюль взлетал от дуновенья ветра в приоткрытое окно, а бархатные зелёные портьеры надулись словно паруса.
