На мой скудный ответ, Адам невесело хмыкнул и, не отрывая от меня своего цепкого взгляда, произнёс:
— Так думают о волках те, кто о них ничего не знает, Лара. На самом деле волки прекрасны и людям есть чему у них поучиться.
Невольно вздохнула и проворчала:
— Естественно, ты сейчас меня просветишь, чему нужно у них поучиться?
Адам проигнорировал моё ворчание.
— Волк - идеальный семьянин, Лара. Волк никогда не устраивает скандалов, не ходит от своей пары налево, не разводится с ней, не заводит себе любовницу, всю добычу несёт в семью и до безумия любит свою избранницу и детей.
Я скептически вздёрнула одну бровь. Адам же продолжил:
— Волки выбирают пару один раз в жизни, Лара. Потеряв свою половинку, умирают от тоски. Волки не предают, и знай, они — однолюбы. Это только псы любят всех подряд...
Я хмыкнула.
Он вдруг отвёл взгляд и с горечью в голосе прошептал:
— Я уже говорил, что любовь Белль была ненастоящей, фея зачаровала её. А я настолько сильно желал, чтобы хоть кто-то меня полюбил, дабы снять проклятие, потому не обратил внимания на поведение своего Зверя. Мой волк никак не реагировал на Белль. Звериная сущность была равнодушна к ней, тогда как человек мечтал избавиться от проклятия... Я...
Он вздохнул и уронил голову на сцепленные руки.
— Я не знал, Лара. И предположить не мог, что однажды встречу. тебя.
Он снова посмотрел на меня, и столько боли было в его взгляде, что вдруг, весь мой гнев и раздражение куда-то улетучились.
Так проникновенно и открыто могут смотреть люди, неспособные предавать и лицемерить. Адам говорил сущую правду.
— Я не совсем в ладах со своим Зверем, Лара, — снова заговорил граф. — Я не принял его, хотя он давно смирился с тем, что в нашем тандеме главный я. По крайней мере, я всегда так считал. Но вчера.
Адам бросил виноватый и какой-то обречённый взгляд на укус на моей шее и прошептал:
— Вчерашнее происшествие мой зверь скрыл от меня. Утаил. Спрятал в глубинах подсознания и боюсь, он уже сделал свой выбор.
Я сглотнула вязкую слюну и спросила:
— Твой зверь решил, что я его спутница жизни? Его пара?
— Волк выбирает на целую жизнь одну женщину, Лара. Его женщина за ним будет как за горой, хоть в горло зубами пусть впиваются. Он будет думать о ней, хранить её и просто бесконечно любить. А если с ней что-то произойдёт и её вдруг не станет - он будет навеки один, но свой выбор никогда не предаст. Он за неё умрёт и будет верен ей до конца. Такая у волков природа, Лара. И мой Зверь, мой волк свой выбор уже сделал.
Адам замолчал, глядя мне в глаза. А я сидела, смотрела на этого вроде сильного, но почему-то в данный момент такого беззащитного мужчину и не могла найти слов. Их не было, потому что я не знала, что сказать.
Минут пять мы просто сидели, думая каждый о своём. И как ни странно, никакого напряжения между нами или неловкости не возникло, хотя ситуация, мягко говоря, выдалась странная.
Потом я, наконец, разомкнула губы и озвучила свой вывод:
— То есть, сейчас это было признание в любви, а также предложение руки и сердца?
Мужчина резко встал с дивана и сделав несколько резких и каких-то дёрганных шагов, остановился у стола и хмуро посмотрев на меня, сказал:
— После ночного происшествия, я, как джентльмен, действительно должен на тебе жениться. Ведь я буквально оскорбил тебя. И неважно, что я был в облике волка и не помню происходящего. Всё равно это был я.
Он сжал руки в кулаки и выдохнул:
— Моё поведение было недопустимым, поэтому... Леди Лара Свон, вы окажите честь стать моей женой?
О как!
Граф сейчас был о-очень зол и взбешён. Только интересно, на кого он сейчас злился - на меня или на своего своевольного волка?
Я снова сложила руки на груди и скептически оглядела стоявшего передо мной мужчину, которого того и гляди разорвёт от гнева.
Вот же метаморфоза!
Минуту назад он был такой лапушка, а сейчас его просто колотит от осознания, что я якобы пара его волка. Неужели ему настолько противно моё общество? Вроде бы вчера он благоволил мне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нет, конечно, это очень стрёмно, когда твоя внутренняя половина, больше неразумная и живущая инстинктами, делает за тебя выбор и буквально ставит перед фактом, прямо раздвоение личности, но вот так явно показывать, насколько ему противен выбор звериной сущности - по моему перебор.
Это же не я виновата.
Но вот именно я сейчас себя чувствую погано и мерзко.
Вообще-то, это не Адама вчера напугали, обслюнявили, пометили, а меня. Сейчас же он стоит такой весь несчастный, злится на весь мир и делает мне предложение-одолжение?
Пф! Тоже мне, прЫнц! Сам мохнатый, без гроша в кармане, не помнит, что было прошлой ночью и строит из себя невинность!
Коровья лепёха тебе на голову! Свежеиспечённая! А лучше две лепёхи - одну на голову, а другую в морду!
— Ты можешь не отвечать сейчас. Подумай, — как-то обречённо произнёс Адам, спустя две минуты моего громкого молчания.
Я фыркнула и сказала довольно резко:
— Нет, мне не нужно думать. Я прибыла сюда, чтобы помочь с графством, а не с личной жизнью.
Хотя, поганка фея говорила, что я влюблюсь в него, а он должен влюбиться в меня. Или сначала он должен в меня влюбиться. Порядок, кто в кого должен влюбиться первым, я не помню, но как-то пока мне совсем не хочется становиться парой и женой сего индивида.
Видно же, что Адам меня не любит. Точнее, его человеческая суть не любит. Да и когда он мог влюбиться-то в меня? Я всего день в этом мире!
А вот зверьё - другое дело. Мохнатые долго не думают - сразу всё понимают.
Но я ведь не волк, точнее, не волчица!
— Я не принимаю ваше предложение руки и сердца, милорд, — сказала невозмутимым тоном. — Вы меня не любите. Я вас тоже. О ночном происшествии никто кроме меня и вас не знает. Так что, живём и радуемся жизни дальше!
Я вдруг снова перешла с ним на «вы» и вспомнила, что Адам Бист всё-таки граф.
* * *
— Только одно «но», — подняла руку, не позволяя ему сказать. — Договоритесь как-нибудь со своим волком, чтобы он больше не приходил ко мне. И ещё... Меня волнует последствие вашего укуса. Я теперь могу заболеть? Бешенством, например, или другой какой гадостью? Или. сама превращусь в оборотня?
Вот последние моменты меня больше всего тревожили.
Мужчина на мгновение опешил от моей тирады.
— Про укус. — он кашлянул. — Оборотнем вы не станете. Ничем не заболеете. Наоборот, пока волчьи ферменты в вашей крови, вы станете лучше видеть, слышать, обоняние тоже станет резче. Сильнее станете. Чтобы стать оборотнем - одного укуса мало. Тут нужен особый ритуал, но это уже другая история.
Адам снова зашагал по кабинету и непонимающе поинтересовался:
— Леди, но почему вы отказываетесь от моего предложения? Я дам вам своё имя. Про земли и дом пока ничего сказать не могу, но в перспективе.
Я его прервала:
— Первое — я уже сказала, что не люблю вас. Вы - не любите меня. Второе - о происшествии никто не знает, я болтать об этом не собираюсь. И третье - не люблю повторять свои слова дважды. Я ясно выразилась?
Ну вот, невольно включила строгого босса. Подобным тоном и манерой речи я всегда строила подчинённых. Ещё и во взгляд добавляла мрачности, чтоб уж наверняка поняли меня с первого раза.
Тут тоже не удержалась и посмотрела на графа как удав на кролика.
Он в удивлении поднял брови и с интересом прищурился. Потом скопировал мою позу и сложил руки на груди.
Пока в его голове работали шестерёнки, я продолжила:
— Я рада, что не стану оборотнем и ничем не заболею. А насчёт ваших бонусов... — пожала плечиком, — спасибо не скажу, так как ночью перепугалась сильно, да и не ощущаю пока ничего. Только вот укус периодически чешется. Он долго будет заживать?
Адам подошёл ко мне и сказал:
— Я могу убрать внешние следы.
— Да? — обрадовалась я. — Конечно, убирайте! Вы, значит, немного маг?
