Мы искренне пытались решить проблему и другими возможными способами. Осенью 2003 года предложили Беларуси на 80 процентов погасить как-то уточненную - до 50 миллионов долларов - задолженность наших предприятий (повторюсь, отнюдь не государства) обустройством границы и строительством пограничных переходов. Но белорусская сторона отказалась.
Важной победой своего президентства считаю урегулирование вопросов о границе с Россией. Принципиально вопросы были решены, дальше должны были начинать работу соответствующие ведомства и службы: определяться на местности, уже на картах ставить точки над «і». Были проведены демаркация и делимитация сухопутных границ. Оставалось договориться по Азовскому морю и Керченскому проливу. Мы четко договорились, что в Азовском море граница проходит и по поверхности, и по дну, против чего Россия все время резко возражала. Так что это принципиально. По Керченскому проливу окончательно не договорились, но приблизились к взаимному пониманию, что это общее достояние, подлежащее совместной эксплуатации.
Не менее важным делом было и заключение договора с Румынией. В апреле 1993 года Украина получила из Бухареста единственную в своем роде ноту. Ссылаясь на распад бывшего СССР, Румыния провозгласила неправомерным Договор о режиме советско-румынской государственной границы от 27 февраля 1967 года. В 1994 году эта страна в одностороннем порядке подтвердила свое решение денонсировать этот договор. Только через три года удалось уладить вопрос. После 11 раундов консультаций экспертов между нашими странами был заключен договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве. Этому историческому делу способствовала мудрая позиция тогдашнего президента Румынии, профессора Эмиля Константинеску, который заявил, что Румыния готова принести эту «историческую жертву» ради членства в НАТО и ЕС. Его резко осудила румынская оппозиция. Он ожидал этого, надеясь, наверное, что история его оправдает. Остается под сомнением остров Змеиный, есть разночтения по руслу Дуная. Румыны говорят, что Дунай меняет свое русло и что их сторону он омывает больше. Но главное - Змеиный. Я бы не хотел, чтобы мы остались без него.
28 марта
Когда мы ввели на «ножки Буша» 10 процентов ввозной пошлины, американцы были очень недовольны. Но за год восстановилось отечественное птицеводство. И даже оппозиционеры с правого фланга это приветствовали. В структуре потребляемой в стране мясной продукции отечественное производство заняло более 95 процентов. Подчеркну - речь идет о высококачественной продукции. Появилось даже непреложное правило: подавать на стол импортную колбасу - признак плохого тона. Мы гордились этим.
Сейчас курятина подорожала. Власти раздумывают, как сбить внутреннюю цену. Забота о человеке, о потребителе… Правительство выбросило в социальную сферу огромные деньги, не подтвержденные отечественным товаром. Если этим ограничиться, денежная масса будет давить на рынок. Это означает рост цен, инфляцию. Им ничего не остается, как все шире открывать рынок для иностранных товаров, чтобы связать денежную массу. Конечно, это механизм рыночный. Кроме того, отечественный производитель должен быть все время в форме - чувствовать дыхание иностранного конкурента за спиной, иначе вернемся к советской неэффективной модели. Но это исключительно тонкая механика. Нельзя переборщить ни в одну, ни в другую сторону. К сожалению, перебарщивать умудряются сразу во все стороны.
Если не делать резких движений, то «дореволюционный» маховик будет какое-то время вращаться. Таких общеэкономических показателей, как при мне, не будет, но внешне, с точки зрения народного большинства, все будет более-менее пристойно.
Рост инвестиций до сих пор намного опережал рост валового продукта. Взять любой наш завод, любого «олигарха» - увидишь на его примере эту общую тенденцию. Таков смысл и механика развития экономики.
Эту тенденцию задал я. Я задал ее в повседневной изнурительной борьбе с иждивенческими настроениями в обществе. Эти настроения выражала левая часть парламента. Отныне, коль создается атмосфера проедания, атмосфера гонений на бизнес, прежних инвестиций не будет. Созданный за последние годы потенциал будет работать, но - на истощение. Устаревают основные фонды. Без обновления оборудования производство захиреет. В наше время нельзя останавливаться. Замешкался - и ты уже отстал, конкуренты уже тебя обогнали, и ты у разбитого корыта. Банкрот.
С первого апреля начинают действовать новые, повышенные, тарифы на железной дороге. Плюс главное: страх национализации, деприватизации. Каждый день мне рассказывают жуткие истории. Вот один районный центр. Долго шла борьба за кирпичный завод. В конце концов хозяин появился, производство быстро раскрутилось. Сейчас те, что проиграли, возобновили борьбу, судятся. Производство остановилось. Из таких остановок и складывается падение темпов роста ВВП.
Звонит старый товарищ из России: «Леонид Данилович! Чему ты, черт тебя дери, учил этих обалдуев десять лет? Или они такие тупые, что их никто не может научить? Какое дело населению до того, какая фамилия у хозяина завода? Лишь бы завод эффективно работал!» Я ему отвечаю: «Ты хоть раз видел нашу Валентину Семенюк на экране? Слышал, о чем она все время говорит? О «справедливости» и «законности». А таких слов, как «производство», «производительность труда», в ее лексиконе нет. Сколько мог, я таких деятельниц и деятелей «рабочего движения» сдерживал. Теперь настал их час». К ним надо добавить массу тех, кто считает себя обиженным, поскольку не получил должного вознаграждения за свое участие в «революции», - вот и старается самовольно взять то, что ему, по его мнению, положено.
Конечно, «оранжевая революция» - условная революция. Частной собственности она пока не отменила и уже не отменит. Но отвратительный дух необольшевизма над нею витает. Только этим духом я объясняю то, что даже самые большие патриоты как-то забыли об Украине, о ее величии. Их захватил азарт «черного передела». В России, в общем, никто не отказывается от лозунга «Великая Россия». Просто существуют разные мнения о путях реализации этого лозунга. Вот чем отличается наша ситуация: вожди Майдана чувствуют себя вождями именно Майдана, а не Украины, которую надо поднять на должную высоту.
Юлии Тимошенко, той все равно, какой быть, левой или правой. Но я не предполагал, что Виктор Ющенко до такой степени левый. Что осталось от его либеральной риторики? Совсем не думает об экономике, о том, что производство - это прежде всего соотношение затрат и прибыли, расходов и доходов товаропроизводителя, не государства, а тех, кто создает товары. И это - банкир, премьер-министр правительства, которое считалось более «рыночным», чем все предшествующие…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
