— Я понимаю, что это будет для вас неожиданностью, — осторожно начал Гарет Браун. — У меня очень важное совещание в Париже сегодня во второй половине дня, и мне бы хотелось взять с собой коллегу, который сумел бы меня поддержать и дать совет. Я узнал о совещании только вчера поздно вечером, вот почему не смог предупредить вас заранее.
Он смотрел на нее насмешливо.
Изабелла сразу насторожилась. Несомненно, это было необычно, даже неправильно. На важных совещаниях старшие партнеры всегда вели переговоры в одиночку или брали с собой личных секретарей.
— У вас на лице скептическое выражение, — осторожно заметил Браун.
— Да, — призналась Изабелла. — Я гадаю, какие именно совет и поддержку вы от меня ожидаете. И тот ли я человек, который в состоянии их дать. — «Не пытаетесь ли вы поухаживать за мной?» — прибавила она про себя, пораженная мыслью о правильном, даже немного чопорном Гарете Брауне в роли соблазнителя.
— Мы ищем возможности слияния с одной брокерской фирмой в Париже, — объяснил Браун. — Дело еще на предварительной стадии. Естественно, мне бы хотелось знать мнение такого знающего человека, как вы, по поводу инвестиций и риска.
— Понимаю, — медленно произнесла Изабелла, все еще не избавившись от подозрений. Ее таланты лежали в области советов клиентам насчет личных инвестиций, а приобретение фирм и слияние совсем не в ее компетенции.
— Есть проблема, Изабелла? — спросил босс, глядя на нее с беспокойством. — Конечно, я понимаю, что у вас в последнее время возникли некоторые трудности, как вы любезно меня проинформировали. Но ведь вы уверяли, что это никак не мешает вашей работе.
— Конечно, нет, — заверила Изабелла. Она пыталась представить, каковы будут последствия ее отъезда из страны с точки зрения планов, которые строила она с Максом и его командой. Как часто случалось в последнее время, у нее в голове был туман, мысли путались.
— Нам хотелось бы видеть, что наши сотрудники на сто процентов преданы работе и готовы проявлять гибкость, — напомнил Гарет Браун. — Я понимаю, эта поездка означает, что вам придется работать до позднего вечера. И без сомнения, нам устроят потом какой-то прием, на который мы обязаны пойти из вежливости. Но завтра утром мы уже вылетим обратно в Лондон. Ваш привычный рабочий распорядок не слишком пострадает.
У Изабеллы возникло ощущение, что ее подвергают своего рода испытанию, и было бы очень неразумно с точки зрения карьерного роста отказаться от предложенной поездки. Более того, если у Брауна на уме другие мотивы, кроме рабочих, если ему вздумалось влюбиться, то она совершенно уверена, что сумеет с ним справиться. Не в первый раз старший по должности коллега пытается изобрести благовидный предлог, чтобы уложить ее к себе в постель.
— Конечно, я буду очень рада поехать по делам фирмы, мистер Браун, — весело ответила она.
— Гарет, — поправил он с улыбкой. — Я всегда хотел, чтобы родители назвали меня Джеймсом. — Он подмигнул Изабелле. — Но ничего не поделаешь, приходится жить с тем, что нам досталось.
«Вот так! — думала Изабелла, выйдя из кабинета начальника и направляясь в свой собственный. — Еду в Париж с Гаретом Брауном, который хотел бы называться Джеймсом. Как будто и без того мало неприятностей!»
Эстер сочла эту новость великолепной.
— Вы уверены, что он не хочет и меня взять? Я могла бы присмотреть за вами двоими, проследить, чтобы у вас были все необходимые документы. И играла бы роль дуэньи! — лукаво прибавила она.
— Поездка чисто деловая, — сурово напомнила Изабелла.
— Хо-хо! — многозначительно пробормотала Эстер и упорхнула.
Изабелла ушла с работы после ленча. Вернувшись домой, бросила на кровать мягкий кожаный чемодан и начала укладывать вещи. Белье, ночная рубашка, туфли и макияж — в первую очередь. Ей понадобится еще один рабочий костюм и что-то на вечер, если намечается нечто вроде приема. Она выбрала длинное шелковистое платье из черного крепа и изумрудный жакет, расшитый бисером.
Застегнув чемодан, она прошла в прихожую, чтобы вызвать такси в Хитроу, но остановилась. Нужно предупредить Макса о своем отъезде. После недолгих колебаний Изабелла решила, что может просто попросить полицейского из патрульной машины на улице передать Хоторну это сообщение. Нет, слишком холодно, слишком цинично. Ей хотелось самой сказать ему. Объяснить ситуацию.
Видит Бог, как ей хотелось услышать его голос.
Изабелла набрала номер его мобильного телефона, но он оказался выключенным, так что у нее не оставалось другого выхода, кроме как оставить сообщение. Она знала, что ей следует проявлять осторожность, но было так трудно ограничиться холодным, без лишних слов, посланием о своем местонахождении без всяких подробностей или объяснений, не попрощаться с ним нежно. Всем известно, что мобильники ненадежны. Постороннему человеку легко взять чужую трубку, если ее бросили где-то на столе. И прослушать сообщение…
Раздался гудок подъехавшего такси. Когда Изабелла открыла дверь и просунула в нее чемодан, из дежурной машины выскочил полицейский.
— Я возьму, мадам, — учтиво предложил он. — Позвольте спросить, куда вы собрались? И как долго будете отсутствовать?
— Спасибо, — кивнула Изабелла, отдавая ему чемодан. Она была благодарна за помощь и заботу, но в то же время немного обижена тем, что за каждым ее движением следят, словно она сама преступница. Она кратко сообщила полицейскому о своей поездке, потом еще раз поблагодарила его, когда он погрузил ее чемодан в такси и закрыл за ней дверцу.
— В Хитроу, — сказала она шоферу, заметив на его лице удивление от той маленькой пантомимы, которая только что разыгралась.
Некоторое время они ехали молча. День был серым, воздух пронизывали холодные струйки дождя. Шофер включил дворники и бросил взгляд в зеркало заднего обзора.
— Кажется, за нами едет полицейский эскорт, мисс. — Да, кажется, я не сумела отделаться от «хвоста», — в тон ему ответила Изабелла. — Но могу заверить, что я не вооружена и не опасна.
Он ничего не ответил, сосредоточившись на том, как лучше лавировать в плотном дорожном движении Лондона, которое стало еще гуще с приближением вечернего часа пик.
Гарет Браун находился в зале ожидания. Изабелла поздоровалась с ним, потом огляделась и с некоторым облегчением обнаружила, что полицейская машина застряла в пробке у выезда с одной из огромных стоянок аэропорта. Даже включенная сирена и синий маячок не помогли. Наконец-то Изабелла получила свободу передвижения, никем не преследуемая. Ей сразу стало легче, мысли переключились на предстоящую поездку в Париж. Она представила, как взлетит в это ясное кобальтовое небо выше облаков, и хотя бы на несколько часов останется позади весь ужас этого чудовищного преследования.
