11
Несмотря на полумрак, Кадир мог рассмотреть очертания своего меча, прислонённого к стене возле самого того места, где стояла госпожа. Определённо, не было никакого шанса просто схватить его и сбежать.
Кадир подавил тяжёлый вздох и шагнул вперёд. Дверь гостиной тут же закрылась у него за спиной. Он сглотнул, раздумывая, с чего бы начать. Госпожа вольготно расположилась в дверном проёме, она походила на кошку, отыскавшую себе подходящее место... Но она также выглядела усталой, не выспавшейся и измотанной. Возможно, дело было в резких тенях, но Кадиру показалось, что под глазами у неё залегли тёмные круги. Он с горечью понял, что она не спала большую часть ночи, пока возилась с ним.
Вопреки всякой логике, это придало ему решимости. После всех тягот, которые он взвалил ей на плечи, у неё определённо было желание отыграться на своём глупом рабе.
- Я рада, что ты пришёл, - Аника первой прервала затянувшееся молчание. – Всё, что я наговорила на этой неделе…
Кадир догадывался, что будет смотреться как идиот, но он просто должен был это сказать…
- Вчера, когда ты раздела меня и поставила к стене, я подумал, что ты собираешься воспользоваться мной.
- О! – откликнулась Аника. Даже в полумраке было видно, насколько сильно потемнели её глаза. На мгновение её челюсти сжались, а потом она неправдоподобно мягко произнесла: - Я знала, что ты не думаешь обо мне ничего хорошего, но не думала, что выгляжу сумасшедшей извращенкой, которая насилует больных и измученных рабов.
То, что на её лицо и в голосе отразилось что-то похожее на обиду, давало Кадиру подобие надежды. По крайней мере она не выразила своего отвращения слишком явно, и у неё появился ещё один повод его ненавидеть.
- Я… - он кашлянул и неожиданно для себя смущённо опустил взгляд. – Я не думал так. До вчерашней ночи.
Аника хмыкнула.
- Уже радость.
- А ты бы… на самом деле… могла этого захотеть?
Анника приподняла бровь.
- Хотела бы я стать насильницей? – голос Аники прозвучал уже просто устало. – Нет, Кадир, я бы не хотела сделать подобное ни с тобой, ни с кем-то ещё. У меня есть некоторые принципы и что-то, что я смею считать честью, если вдруг тебя это интересует.
Демоница не смеялась. И это произвело на Кадира странный эффект.
- А если бы это не было изнасилованием? – продолжил настаивать он.
- Прошу прощения?
- Если бы это не было изнасилованием? Если бы я сам попросил тебя сделать с моим телом всё, что ты захочешь, если бы ты могла использовать меня и пороть, вставить в меня свой эстар или любую из твоих игрушек с любой стороны и я бы просил ещё и благодарил? Если бы я пообещал, что буду вести себя, как положено хорошему рабу до самого утра? Ты… захотела бы ты меня тогда?
- Вечный Огонь… Ты не можешь спрашивать это всерьёз.
По крайней мере, она всё ещё не отказала ему. Может быть, она действительно могла согласиться на это, если бы он достаточно хорошо попросил?
Кадир подался вперёд, чтобы оказаться в полосе света, и упал на колени отработанным движением, со всей грацией, которой обучила его Ракшаса, и которую он пока ещё ни разу не позволял увидеть новой госпоже. Голова эльфа слегка склонилась вперёд, спина чуть изогнулась, демонстрируя рельефный изгиб груди.
- Я спрашиваю всерьёз, - ещё более хрипло, чем обычно, произнёс он. – Прикажи мне, и я выполню любое твоё желание. Хозяйка.
Аника резко выдохнула. На мгновение подалась назад и тут же вперёд.
- Нет! – она вмиг оказалась совсем близко и, схватив его за плечи, потянула вверх, но сейчас, когда он не был отравлен, Кадир определённо был сильней и не позволил ей сдвинуть себя с места. – Вставай! – выпалила Аника. – Я не прошу тебя о подобном, Кадир! Я не для этого взяла тебя в дом!
Что-то выключилось в нём. Каждое её слово лишь подтверждало его уверенность и опускало его ещё глубже в бесконечную бездну отчаянья. Это был его последний шанс убедить себя, что Ракшаса ошибалась. Если бы она согласилась хоть на что-то… Хотя бы выпороть его, хотя бы причинить ему боль. Он поднял голову и обнаружил, что на него смотрят полные ужаса зелёные глаза. Кадир сглотнул, прежде чем рассказать о том, как лучше причинить ему боль, и его уже не могло волновать то, что она сделает с этими новыми знаниями.
- Когда госпожа Ракшаса оставила следы на моей груди, она заключила в них магию. Я знаю заклятье, которое она использовала, чтобы пустить по ним огонь. Я видел её слова и жесты и мог бы показать их тебе. Ты могла бы причинять мне боль даже не прикасаясь ко мне, или когда будешь стоять сзади и брать меня, я буду совершенно неподвижен, если ты прикажешь, и приму всё, что ты мне дашь. Ты можешь делать это снова и снова, я не буду сопротивляться, я буду благодарить тебя и умолять, но если ты не веришь мне ты…
Аника открыла рот и снова закрыла, а потом коротко накрыла его губы ладонью.
Кадир неловко поцеловал её пальцы и отодвинул ладонь от своих губ.
- Кого ты ненавидишь больше всего? Ангелов? Какой-то демонический дом? Ты могла бы создать иллюзию, я бы притворился одним из этих существ. Ты могла бы выпороть меня, заставить ползать перед тобой и потом поиметь, поставить меня на место, ты бы захотела меня тогда?
Руки Аники схватили его за ворот рубашки и встряхнули с неожиданной силой. Голос, прозвучавший совсем близко, был полон эмоций, которым он не знал названия.
- Кадир, остановись! Я бы не хотела ничего из этого, я до такого не опущусь!
Всё было кончено. Он проиграл. Ракшаса всё это время была права, и на самом деле Кадир всегда знал, что это закончится так.
- Я понимаю, - его голова опустилась и голос затих. Он поднялся на ноги, чтобы уйти, но обнаружил, что руки Аники, всё ещё лежащие на его плечах, не дают ему сдвинуться с места.
- Нет, не понимаешь. И я ни за что не позволю тебе уйти сейчас и предложить себя для пыток первому больному ублюдку, который попадётся на твоём пути. Так что посмотри на меня и послушай.
