Тут, видимо, гоблин вспомнил, что действительно взрослый и, вообще, боевая единица империи. Встав, он частично преобразился в боевую ипостась и, позеленев, сверкая клыками, наклонился к девушке и прорычал:
— Вырву сердце.
Белла, улыбнувшись и обхватив лицо мужчины, поцеловала того в губы. Глаза Идара округлились.
— Определенно, хочу именно его!
Вздохнув, я пошла на выход и, открыв дверь, мотнула головой гоблинам:
— Оставим их поговорить. Белла, не обижай его. Я проверю потом на приворотное зелье!
— Обижаешь, мне никакие зелья не нужны.
— Идар, мы ждем внизу.
Получив в ответ неуверенный кивок, я закрыла дверь и пошла в след за группой. Около калитки со мной поравнялся Реван:
— И после этого вы еще спрашивали о том, почему я к вам пришел в тот первый вечер?
— Из-за того, что и от вас получаются прекрасные детки? — приподняла брови я. — Жаль, я тогда не знала.
И двинулась вперед искать транспорт в столь позднее время. Судя по погасшему свету в окнах Беллы, ждать нам Идара только к утру.
***
Я оказалась права. С первыми лучами солнца, перед тренировкой, Реван занес мне имя заказчика и всю информацию, что удалось вытрясти из Гранса. После этого я связалась с канцлером, доверив дальнейшее ведение дела ему.
Не сомневаюсь, его люди при наличии малого разгребут многое и ребята получат помилование. Единственное, для меня было странно, что Реван не общается напрямую с отцом.
Первую половину дня я смотрела проверочные работы по алхимии. Как и предполагала — все не сдали. Мой план начинал действовать. Теперь у каждого будет отработка: попробую проверить учащихся в рутинной работе, когда люди не следят за собой.
А после обеда у меня стояла практическая пара по этикету. После последней практики у нас было несколько теоретических занятий, и, сколько бы я не оттягивала, пора теорию проверить на практике.
Снова наша светлая, располагающая к отдыху и общению аудитория, снова меня ждет неуверенная, с опаской смотрящая группа. Что же это я такое для них приготовила?
— Добрый день. Сегодня на практике мы закрепим новый материал. Прошу спуститься со своих мест и сесть за накрытые столы. Ведь когда вы примете от императора поздравления с удачно пройденными испытаниями, то вас пригласят отужинать на грандиозном банкете. Это не обычное светское мероприятие, и вы особые гости — все внимание на вас.
Парни переглянулись и, судя по взглядам, уже мечтали оказаться на грандиозном приеме.
— Столы накрывают, как вы видите перед собой, только на пышных праздниках. Как известно, у канцлера свои приборы из особого сплава, вам никто такой милости не окажет, вы при дворе впервые. Расскажите мне, для чего по-вашему нужны приборы.
Ну конечно, первым вызвался Реван, я уже могу предсказывать коллективное мышление группы.
— Вилка, лежащая рядом с тарелкой, — большая обеденная вилка для мясных блюд. Она используется при классических пытках. Если, к примеру, нужно заставить человека говорить, то берем ее, подтачиваем зубцы… Можно и так, но очень уж жестоко и негуманно. Далее, можно втыкать ее в стыки…
— Все, хватит, — подняла я руку. — Я спрашивала про несколько иное применение, например в еде.
— Да по сути используется в трапезе для того же самого. На нее насаживают мясо.
— Действительно, то же самое, — пробормотала я и попросила: — Андар, продолжайте.
— Ну, потом идет вилка для рыбных блюд, она меньше размером и у нее прямее кончики. Это позволяет вскрывать, но…
— Стоп, — выдохнула я. — Дальше.
— Для пищи непригодна, — добавил гоблин. — В руках гнется при легком нажатии.
Я прикрыла глаза, пока дальше студенты продолжали рассказывать, для чего им эти приборы пригодны. А пред моим взглядом так и стояла картина, как группа гоблинов в меховых трусах, гнет вилки за столом и рубит топором мясо.
Рассказ о применении столовых ножей я не забуду, наверное, до конца дней. Только ложка порадовала: очень ей, видите ли, удобно давить глаза.
Не в силах что-либо сказать, я расхаживала перед сидящими гоблинами взад-вперед не находя себе места и не могла придумать, как исправить ситуацию.
— Магистр? — вырвал меня из раздумий Реван.
Я вскинула на него глаза.
— Мы прекрасно знаем, что это за приборы и для чего нужны, но именно для еды используем только три, ибо остальные для нас непригодны. Может, некоторые гоблины и могут пользоваться, мы — нет. А вы спросили, именно для чего используем. Поверьте, все смирятся с нами такими, какие мы есть.
— С лучшей боевой единицей, возможно, — кивнула я. — Но вы займете слишком высокие посты.
— В этом случае тем более. Или мы поступим как канцлер.
— Хорошо-хорошо… Тогда стоит отработать поведение в обществе. При дворе есть свои негласные законы, которыми гоблины часто не пользуются. Нужен доброволец.
Реван сделал шаг вперед. Ах, я бы предпочла кого-нибудь другого. Этот гоблин все больше и больше смущал меня.
— Допустим, вам понравилась в обществе девушка. И вы решили обратить на себя ее внимание. Ваши действия?
— Предложу потанцевать со мной, — склонился в поклоне старший группы.
— Благодарю вас, — приняла я руку и закружилась в объятиях Ревана.
Танцевать с таким крупным мужчиной было в новинку, как и возникшие при этом чувство защищенности и ощущение, словно мы одни в мире.
Тряхнув головой, я остановилась, сделав комплимент партнеру:
— Вы прекрасно танцуете.
— Спасибо, — тихо ответил старший группы, выглядя несколько странно.
Он задумчиво смотрел в пол, сжимая и разжимая ладонь в кулак.
— А теперь скажите мне, что вы сделаете, если кто-то захочет разбить вашу танцующую пару. Идар?
— Выкину в окно. Чтобы не пробовал меня разлучить с любимой.
М-да, потребуется ну очень много педагогической работы.
— Я имела в виду, разобьет во время танца.
Но никакие мои слова не помогали: судя по лицу гоблина, тот никак не мог расстаться с мыслью об окне.
— Уступить временно, чтобы выиграть время для маневра и задушить там, где никто не видит. В идеале устроить несчастный случай, — высказался Реван.
— За эти методы можно серьезно поплатиться при дворе, да и не только. Поэтому возвращайтесь на свои места и записывайте: «Как правильно гнобить противника в высшем свете».
Парни засияли довольными мордуленциями: тема пришлась по вкусу всем.
***
Моя повседневность стала похожа на День сурка: все время одно и то же и жизнь замкнулась в четырех стенах. Единственное развлечение теперь — ловить предателя, и то сомнительного толка.
