вышли два полураздетых бойца.
При виде Димы у меня екнуло сердце. Я пристально вгляделась в лицо младшего, пытаясь найти следы от ран. Но к счастью, не увидела даже шрамов.
Почувствовав мой взгляд, оборотень повернулся. Наши глаза встретились, и мне показалось, что между нами, как будто высекли искру.
Дима ободряюще улыбнулся мне, и на душе от этого стало теплее.
Гул голосов стих. Оборотни делали последние ставки. Когда напротив имени Алекса появилась еще одна черточка, послышался звонкий стук металла и грозное рычание бойцов.
На этот раз я приложила усилие, чтобы не отвернуться. Пришлось заставить себя успокоиться и дышать ровно. Если Дима чувствует мое состояние, то ни в коем случае нельзя заставлять оборотня отвлекаться. Еще одно поражение и я по законам стаи буду принадлежать Алексу. Но если Дима победит, то у нас есть шанс.
«У нас», — мысленно повторила я, понимая, что в последнее время рассуждаю так, словно мы с ним пара.
От размышлений меня отвлек вой, полный боли. Алекса отбросило в дальнюю сторону арены. Поперек плеча под шерстью выделялись алые полосы.
— Чтоб его, — услышала я ругань вожака.
Захотелось ехидно рассмеяться, заставив того еще больше злиться, но свою реакцию показала только улыбкой.
Алекс ощерился и пошел по кругу, пытаясь зайти брату за спину. Дима следил за каждым движением соперника и на любой выпад отвечал мощным ударом.
Напряжение боя росло. Алекс держал дистанцию. Время от времени он делал выпады, но все они раз за разом были неудачными. На какой-то момент я полностью погрузилась в это давящее ожидание и даже не заметила, как за спину зашел один волков Ардана. Когда на моей шее оказалась тонкая прозрачная проволока, Алекс встал сбоку от Димы, готовый снова напасть. Проволока неприятно врезалась в шею и надавила на горло, перекрывая кислород.
Дима на поле сражения дернулся и обернулся. Он во все глаза смотрел на меня и в его зрачках отразился животный ужас. В этот самый момент на него со спины напал Алекс.
Что происходило дальше, я не видела, так как вокруг потемнело. Я вытаращила глаза и принялась скрести ногтями по коже, стараясь подцепить проволоку. Мною овладела паника от осознания, что меня убивают при сотне свидетелей.
Я хотела ударить оборотня, стоящего за моей спиной, но не смогла даже дотянуться до него. Легкие зажгло от недостатка воздуха, а силы стремительно покидали тело.
Несколько секунд леска на моей шее перекрывала кислород, но, когда в ушах зашумело, пропала.
Я сделала резкий жадный вдох. Темнота перед глазами расступилась. Мне потребовалось около минуты, чтобы вернуть своей голове ясность ума, а еще через несколько мгновений понять, что шум раздаётся в ушах не от недостатка кислорода, а от воплей оборотней.
Все они выкрикивали имя победителя.
— Ди-ма! Ди-ма! Ди-ма!..
***
— Вы чуть не убили меня!
Я со всей силы ударила по столу и гневно посмотрела на Ардана. Тот сидел в кожаном кресле напротив и иронично улыбался. После состязания охранники отвели меня в его кабинет, а сам вожак появился спустя несколько минут. При этом с его лица не сходила победоносная улыбка.
— Это была необходимая мера, — спокойно ответил он.
— МЕРА?! — воскликнула я. — Вы пытались меня задушить!
— Хотели отвлечь Диму, — возразил вожак.
Не могу поверить, что он говорил серьезно. Мне даже в какой-то момент показалось, что отец близнецов психически нездоров. Но тут же поняла, что дело не в этом.
— Вы вставляете палки в колеса своему же сыну.
Ардан подпер голову и посмотрел на меня с ленцой.
— Я бы так не сказал.
— Но выглядит так, словно вы его ненавидите. Неужели это правда?
Вожак долго рассматривал меня. В его глазах виднелось любопытство. Казалось, он пытался что-то прояснить для себя, но никак не мог это сделать.
— Я люблю своих сыновей, — наконец, сказал он.
Я покачала головой, отказываясь верить его словам.
— Можешь мне не верить, Летта. — Ардан подался вперед. — Но рассуждаю я сейчас не как отец, а как вожак стаи. Дима слишком вспыльчив, самоволен и простодушен. Он не сможет стать хорошим вожаком. Алекс же отличается смиренным характером, всегда прислушивается к моему мнению, и, главное, не будет действовать за моей спиной.
Я уставилась на Ардана. Может, не понимая этого, но он рассказал мне, почему выбрал именно Алекса. Наверное, вожак действительно любит своих сыновей. Но, как он сам только что сказал, не может доверить правление Диме. И не потому, что он слишком своенравный. Ардан хочет править моей стаей и собирается это делать именно через Алекса. Который задает меньше всего вопросов и готов ради одобрения отца пойти на любую гнусность. Как, например, заставить Диму обманом проиграть, пытаясь задушить меня.
С головой у этой семейки все в порядке. Они жаждут присвоить стаю, которая годами укреплялась моим отцом. Огромная и влиятельная, она позволит Ардану обрести немалую власть.
Нельзя дать ему осуществить свои планы.
— В любом случае, — заметила я. — Вы просчитались. Дима не настолько зависим от меня, чтобы проиграть.
Вожак усмехнулся.
— О нет, ты неправа, моя дорогая. Он очень от тебя зависим. И сегодня я в этом окончательно убедился.
В голове на секунду промелькнуло воспоминание, как Дима с животным ужасом смотрел на меня. Никогда бы не подумала, что увижу младшего таким испуганным.
Я хлопнула по ногам и развела руками.
— Что ж, раз так, то тогда он точно победит.
— Поверь мне, Дима никогда не победит. Во второй раз мы не промажем.
Ардан посмотрел мне за спину, где стояли охранники. Он указал на меня и приказал:
— Запереть ее.
Меня снова закрыли в неизменной серой комнате, в которой я сидела до второго состязания. На этот раз на кровати лежало теплое одеяло и удобная перьевая подушка. Мне стало смешно от «заботы» этих волков. Охранники толком даже выйти не успели, как я расхохоталась во все горло, смотря на пушистое голубое одеяло. Они, наверное, подумали, что я сошла с ума. Но это было нервное. Не каждый день тебя пытаются задушить, чтобы остановить оборотня, который почему-то к тебе привязался.
Когда я успокоилась и села на кровати, вытирая слезы от смеха, то поймала себя на мысли, что не чувствую никакой радости. Как и не ощущала злости или недоумения. Лишь отстраненное глухое понимание свалившейся на голову истины.
Ардан не считался с моим мнением. И даже не побоялся поделиться некоторыми соображениями насчет сыновей. Словно бы совсем не верил, что я могу ему помешать. Он был так убеждён в надёжности пленения и невозможности моего
