тебе хорошего вечера, — пробормотала Лена, засовывая телефон обратно в карман. Если Леон прав — в чем Лена ни на секунду не сомневалась, то Мария, похоже, общалась не только с сестрой. Итак, благодаря Леону возникает пятый вопрос: с кем Мария переписывалась? Вышло ли их общение за пределы виртуального мира? При чем тут облако? Что Мария там хранила? Наверняка что-то важное. Может, дневник?
Похоже, дело наконец-то сдвинулось с мертвой точки. Завтра должно прибыть подкрепление из Фленсбурга, и тогда расследование пойдет быстрее.
— Завтра будет новый день, — пробормотала Лена и повернулась к морю.
Глава 13
Эрик ласково обнял Лену, поцеловал ее и спросил:
— Ты что-нибудь ела?
— Пиццу, сидя на шезлонге, — ответила Лена.
— Вот это да! Хорошая у тебя работа. Мне тоже надо было податься в госслужащие.
— Увы, ты опоздал. И потом, ты нравишься мне таким, какой ты есть.
Лена фыркнула от смеха, представив Эрика в рубашке и галстуке.
— Эй, почему ты смеешься?
Лена поцеловала его.
— Потому что ты в костюме — это смешно.
— Значит, стиль мне менять не стоит, — усмехнулся Эрик, жестом указывая на свою одежду.
— Ни в коем случае. Не хочешь прогуляться по пляжу? — предложила Лена. — Следующие дни обещают быть дождливыми, поэтому давай насладимся теплыми осенними деньками… пока они еще теплые. А после прогулки можно будет заглянуть в кафе.
— Я только за, — ответил Эрик. — Вперед. Мой «Роллс-Ройс» ждет.
— Трудный день? — спросил Эрик, нарушив молчание.
Некоторое время они гуляли по Книпзанду, пляжу, который тянулся вдоль западной части острова. Начинался отлив. Туристов почти не было, и Лена наслаждалась тишиной, в которую гармонично вплетались шелест волн да приглушенные крики чаек.
— Скорее всего, версию о самоубийстве придется исключить. Это все, что пока известно.
— Хочешь сказать, что девушку убили?
— Да. К сожалению. Расследовать такие дела — все равно что на ощупь бродить в темноте, по крайней мере, поначалу. Если, конечно, преступник не сознается, или если возможный подозреваемый не только один.
— Звучит как мозаика из тысячи похожих кусочков.
— Хорошее сравнение. Первые сорок восемь часов после преступления — самые важные для расследования. Если за это время мы не найдем никаких зацепок, то с каждым последующим днем найти их будет труднее. И так, пока однажды дело не осядет в архиве, под сотней других дел.
Эрик нерешительно пожал плечами:
— Ты находишься под серьезным давлением.
— На данном этапе я не замечаю давления. Только потом, когда дело так или иначе будет закрыто, я почувствую, как устала. Но осознание того, что ты засадил плохих парней за решетку, — лучшая награда.
Они остановились, глядя на Ваттовое море. Эрик провел пальцами по ладони Лены, а потом крепко ее сжал.
— Наверное, мы смотримся странно, — пробормотал он.
— Потому, что стоим, держась за руки?
— И поэтому тоже.
— Держаться за руки можно только семнадцатилетним?
— Это ты мне скажи, — отозвался Эрик.
Лена положила голову ему на плечо.
— Честно говоря, мне наплевать на то, как нужно вести себя в нашем возрасте. Что есть, то есть. Мы живем здесь и сейчас.
— А завтра?
— Завтра будет завтра, — тихо вздохнула Лена. — Понимаю, о чем ты думаешь. Я тоже порой задумываюсь о будущем и о нас. Но сейчас мне нечего тебе ответить. Я боюсь, что наши отношения не выдержат, если мы не дадим друг другу время.
Эрик некоторое время молчал, потом подобрал небольшую дощечку, выброшенную морем на берег, и зашвырнул ее в илистую отмель.
— Мы уже потеряли столько времени… полжизни. — Он шумно вздохнул. — А вдруг получится наоборот? И мы расстанемся, если дадим друг другу слишком много времени. Ты живешь меж двух миров. Как мы сможем быть вместе в таких условиях?
— Эрик, пока я не могу предложить тебе никакого решения. Но многим парам удается поддерживать отношения на расстоянии, и…
— Может и так, но я ненавижу расстояние. И ждать я тоже ненавижу — терпение никогда не входило в список моих добродетелей, помнишь? Разве мы уже не староваты?
— Если повезет, мы проживем еще лет сорок! А ты спрашиваешь, не староваты ли мы? Староваты для чего? — произнесла Лена и остолбенела.
Неужели Эрик говорит о детях? Но ведь у них еще полно времени, чтобы завести детей! Лена вздрогнула, испугавшись собственных мыслей.
Эрик понял, о чем она думает, потому что спросил:
— Ты не хочешь завести семью?
Он говорил так тихо, что поначалу Лена засомневалась, что правильно его услышала. А потом по взгляду поняла: да, правильно.
— Не знаю, Эрик. Правда, не знаю.
Эрик подобрал с песка еще одну дощечку, но вместо того, чтобы бросить, принялся рассматривать ее со всех сторон.
— Только посмотри, что море делает с деревом. Уму непостижимо. Похоже на волшебное превращение. Это уже не просто какой-то кусок древесины, у него свой собственный характер. Как и у нас.
Лена нежно поцеловала Эрика и предложила:
— Давай пойдем дальше. Или вернемся назад.
— Знаешь, я бы не отказался от глотка виски тридцатилетней выдержки, — усмехнулся он. — Если, конечно, госпожа старший комиссар позволит мне потом сесть за руль.
— Госпожа старший комиссар сейчас не при исполнении, — ответила Лена, взяв Эрика под руку.
— Отлично. Председатель острова тоже.
Эрик разблокировал дверцы своего старенького «Гольфа» и сел за руль.
— Ну что, домой?
— Можешь высадить меня у тетушки Бекки? Хочу заглянуть к ней ненадолго, на полчаса или около того.
— Конечно, — кивнул Эрик. — Я все равно собирался приготовить нам что-нибудь поесть.
По голосу было слышно, что он разочарован. Лена хотела было уже сказать, что передумала, но вовремя остановилась. Она уже дважды отменяла встречу с тетушкой Бекки, а ведь та — ее семья. У Эрика нет на Лену исключительных прав. Именно поэтому она ненавидит отношения: люди цепляются за партнеров, вызывая у них чувство вины.
— Я к ней ненадолго, — сказала Лена. — Кто знает, насколько беспокойными окажутся следующие несколько дней.
Эрик кивнул и, выехав со стоянки, поехал в сторону Нордорфа.
Тетушка Бекки открыла дверь после второго звонка.
— Девочка моя! Вот уж не думала, что ты приедешь… Заходи, я как раз заварила чай.
Лена обняла тетушку Бекки и спросила:
— Как поживаешь, тетушка?
— Все хорошо, девочка моя, — отозвалась та и повела Лену в дом. — Что-то ты бледненькая. Эрик рассказал, что на Фёре нашли мертвую девушку и что ты расследуешь ее смерть. Я очень рада, что тебе удалось выкроить минутку и заглянуть ко мне.
Тетушка Бекки достала из кухонного шкафчика вторую чашку и налила Лене чаю.
— Ты надолго приехала?
— Точно не знаю. Посмотрим, как пойдет
