ранее, а вторая обманчиво нежно ложится мне на щёку, фиксируя моё лицо, заставляя посмотреть на него.
– Ты никуда не пойдешь.
Мы так близко не были даже во время секса. Его лицо всего в нескольких сантиметрах от моего, горячее дыхание касается моих губ. Во рту скапливается слюна. Я поднимаю руки и вцепляюсь в лацканы его пиджака, пытаясь оттолкнуть.
– Боишься?
– Ты сделал это специально. – Медленно начинает доходить до меня.
Это не случайное стечение обстоятельств, он знал, кто будет на этом вечере, именно поэтому я здесь. Меня сковывает ужас. Я не готова к этой встрече, да и вообще хотела бы, чтобы её не было.
– Не устраивай сцен.
Захват на талии не слабеет, Артём прижимает меня к себе всё сильнее, боясь, видимо, что я могу сбежать. Правильно делает, потому что я на грани. Не понимаю, зачем сталкивать меня нос к носу с моей матерью.
– Зачем? – спрашиваю, еле двигая губами.
– Просто мне так захотелось, – шепчет мне на ухо Артём.
Отстраняясь, я пытаюсь заглянуть ему в глаза, чтобы увидеть там проблески каких-то эмоций, но он отворачивается к проходящему мимо нас официанту. Берёт бокал с шампанским, выпивает одним глотком. Тоже нервничает. Его пальцы впиваются в ткань моего платья, и я начинаю беспокоиться о его целостности, когда Рита внезапно оказывается около нас.
Моё сердце останавливается. Взгляд моей матери бегло проходится по нашим слишком близко стоящим телам, и меня буквально сшибает с ног чувство дежавю. Когда-то это уже было.
– Здравствуйте, дети.
23 Глава
– Привет, Рита, – небрежно говорит Артём.
Он крепко держит меня за талию, и правильно делает: я вот-вот упаду.
Всё тело сковало нервное напряжение, к горлу подскочил ком тошноты. Сильнее жмусь к мужчине в поисках поддержки. Только вряд ли он мне её обеспечит. Слишком подозрительное совпадение. Он привёл меня в этот ресторан неслучайно. Захотел столкнуть нос к носу с матерью? Посмотреть, как реагируем друг на друга? Точно ли я не соврала насчёт того, что мы не общаемся?
Я не знаю ответов на эти вопросы, но планирую их задать, как только мы окажемся где-нибудь наедине. Будь то тесный салон автомобиля или тот самый номер в отеле, где был наш недавний секс.
– Эльза, рада тебя видеть.
Моя мать намеренно игнорирует Артёма, всё её внимание вдруг сосредотачивается на мне. Мне хочется съёжиться под её изучающим взглядом. Сбежать. Быть отсюда как можно дальше. В своём крошечном мире, где никто не сможет достать меня и мою дочь. Как и было много лет до…Моя тихая спокойная жизнь…
Когда Рита заканчивает сканирование моего внешнего вида, её губы трогает улыбка. Ей нравится то, что она видит, я могу прочитать это по её сверкнувшим одобрением глазам. От понимания этого мне становится ещё уже. Мы мало похожи внешне, и я всегда гордилась этим.
– Извини, не могу сказать того же.
Я тоже её изучаю. Не хочу показывать своего страха, поэтому заталкиваю его куда подальше. Отступаю на шаг от Артёма, выпуская ткань его пиджака из пальцев.
У неё огненно-рыжие, нетронутые сединой волосы, которые сейчас крупными голливудскими волнами лежат на плечах. Кожа, как и положено рыжим, аристократично белая, без единой веснушки. На лице ни одной морщины, чего нельзя сказать о руках. Она явно за собой ухаживает и не бедствует. У неё новые губы и грудь, зато глаза те же самые. Самые беспощадные, стервозные глаза на свете принадлежат моей родной матери.
– Чем ты думала, когда прыгала в постель к своему сводному брату? – шипит мама.
Ее глаза метают молнии, а руки мелко потряхивает. Кажется, она вот-вот бросится на меня и придушит. Ни Сергея, ни Артема дома нет. Ей никто не помещает.
Вжимаюсь в спинку кресла и сжимаю кулаки.
– Я люблю его.
Запрокинув голову, родительница громко и весело хохочет. Ее смех эхом проносится по пустынному дому.
Она нашла презервативы у меня в тумбочке. Рылась в моих вещах! Пока я была в душе залезла в телефон и прочитала всю переписку с Темой. Там много откровенного, секретного, только нашего.
Боже…я больше никогда не смогу доверять собственной матери…
– Какая в твоем возрасте любовь, Эльза? Дурной всплеск гормонов! Не могла выгулять себя где-то еще, а не в доме, где тебя кормят, поют и одевают? Парней мало! Сдался тебе этот мальчишка…
– Тебе он тоже нравится…– выдыхаю пораженно. – Вот почему ты бесишься! Я видела, как ты на него смотришь! Что уже надоел старый-новый муж?
– Тварь не благодарная, – цедит сквозь зубы мать, тыча в мою сторону пальцем. – Надо было бросить тебя, сразу после рождения. Сжалилась. Да и женщины с детьми больше сострадания вызывают у мужчин. Хотят быть рыцарями, спасителями и защитниками. А вырастила суку и воровку.
– Артем на тебя никогда не посмотрит…
– Моя наивная маленькая девочка, чего нет у меня, что есть у тебя?
Тошнота стремительно подкатывает к горло. Срываюсь с места и бегу в сторону ванны, оттолкнув в сторону маму. Успеваю только склониться над унитазом, как меня выворачивает наизнанку несколько раз подряд.
– Так-так-так…а вот это уже интересно?
На пороге ванны скрестив руки на груди стоит Рита. Смотрит на меня сверху вниз с холодным безразличием.
Тогда я еще и не представляя на, что меня заставит пойти родная мать. Какой выбор предложит сделать. Без права на хороший финал…
Рита в настоящем радушно улыбается, как будто её не задела моя колкость и она поистине рада встрече. А с чего она должна её задеть? Сколько мы не виделись, лет шесть? Ей не было до меня никакого дела, как и мне до неё. Играть в семью мы давно перестали, так как нет больше зрителей.
– Ты всегда была букой, милая. Такой и осталась? – спрашивает Рита не у меня, повернувшись в сторону Артёма.
– Она всегда была солнцем, такой и
