Многие люди не признают ограничений, заложенных в нас, и пытаются расширить самих себя. Нужно время, чтобы узнать границы своих возможностей в различных областях жизни. Но мы можем быть познаны, только если осознаем свои чувства, позиции и действия. Если мы чувствуем себя перегруженными, нам надо понять, где мы непомерно раздвинули предложенные нам границы, и сказать этому «нет». Иногда мы не знаем ограничений своей любви и любим больше, чем можем.
Некоторые слишком сужают свои границы. Они «сеют скупо», как говорит Павел (2 Кор. 9:6), не расширяют своих границ настолько, насколько могут, сужают свои чувства, убеждения, действия, мнения и решения. Они сужают свое понимание того, что могут сделать. Многие христиане не пользуются преимуществом того изобилия, которое дал им Бог, хотя все это изобилие находится внутри них. Они думают, как я слышал от одного человека, рассказывавшего о своем прошлом в консервативной церкви, что «любое ощущение сильнее желания почесаться — греховно». Они не раздвигают границ своих чувств и поэтому очень сужают «подобие Божие» в себе.
Но нам свойственно ошибаться. Как мы видели в первых двух главах, нужно очень много благодати, истины, времени и тренировки, чтобы осознать границы своих возможностей и принять ответственность за них. Это — жизненный баланс. Мы должны не расширять непомерно и не сужать свои собственные возможности. Если мы проходим время депрессии, например, мы должны понять, что у нас на данный момент достаточно ограниченные возможности, чтобы что-то кому-то дать или получить. Если мы чувствуем, что «богаты любовью», у нас гораздо больше возможностей послужить людям. Нужна рациональная оценка перед Богом, чтобы определить границы своих возможностей.
Сам факт осознания своих границ является чрезвычайно важным и ограничивает влияние на нас других людей. Если кто-либо требует слишком много от нас, мы должны провести разграничительную черту, чтобы было понятно, что мы может дать, а чего нет. Если кто-то относится к нам оскорбительно, мы должны поставить ограничения. Доктор Джеймс Добсон в своей книге «Любовь должна быть крепкой» называет это «линией уважения». Она означает: «Я не позволю тебе обращаться со мной подобным образом».
Если наш сосед выбросил мусор в наш огород, мы возмутимся его поведением и, возможно, вызовем полицию. Мы должны сделать то же самое, если кто-либо пересекает наши границы, касающиеся нашего времени и нашей энергии.
Отрицательные утверждения
В большей степени осознание нашей личности строится не на положительных утверждениях о том, кто мы есть. Говоря: «Мне нравится спорт» или «Я верю, что Иисус — Господь», мы определяем, кто мы есть, через положительные утверждения. Мы — спортсмены или болельщики и христиане.
Мы видели, как Бог показывает, кем Он является и кем не является. Так же, как Он обрисовывает Свои личные границы отрицательными утверждениями, поступаем и мы. Говоря: «Я ненавижу несправедливость», я заявляю о том, чего не принимаю, и это очень важное утверждение. Если я говорю: «Я не люблю науку», я делаю такое же по важности утверждение, как если бы я сказал: «Я люблю философию».
Многие люди не соприкасаются с переживанием своего «не-я». Мальчик, у которого не было никакого таланта к медицине, не слишком твердо заявлял об этом своим родителям, — о том, что дар Эскулапа не является частью его «я». Он должен был кричать «Я ненавижу медицину» до тех пор, пока кто-нибудь не услышал бы его. Но отрицательные утверждения проявляются в разных формах. Плохая успеваемость в институте и полный провал на практике — форма, в которой проявились отрицательные утверждения этого мальчика. Отрицательные утверждения — это реальность. Точно также, как мы должны принимать ответственность за то, что находится внутри наших личных границ, мы должны признаваться себе в том, что лежит за пределами наших границ.
Прекрасный пример отрицательного утверждения приведен в истории, рассказанной Иисусом, о двух сыновьях, работавших на своего отца:
«У одного человека было два сына; и он, подошед к первому, сказал: сын! пойди, сегодня работай в винограднике моем. Но он сказал в ответ: „не хочу“; а после, раскаявшись, пошел. И подошед к другому, он сказал то же. Этот сказал в ответ: „иду, государь“; и не пошел. Который из двух исполнил волю отца? Говорят Ему: первый. Иисус говорит им: истинно говорю вам, что мытари и блудницы вперед вас идут в Царство Божие» (Мф. 21:28–31).
Второй сын не знал, кем был на самом деле. Он не хотел работать в винограднике, но не мог сказать: «Я не пойду». Таким образом, он не имел контакта сам с собой. Первый, потому что смог сказать «нет», был в контакте с собой, и этого было достаточно, чтобы позже сказать «да». Люди этого типа умеют говорить «нет», и потом их «да» значит очень много. Мы должны быть в связи со своим «нет» и контролировать его, иначе позже оно будет контролировать нас. Второй сын не владел своим «нет», и оно завладело им. «Нет» всегда проявляется в какой-либо форме или манере поведения. В этом случае «нет» проявилось в намеренном промедлении.
Некоторые отрицательные утверждения могут быть такими: «Нет, мне не нравится выступать перед большой аудиторией», «Нет, мне не нравится, когда ты дразнишь меня при других людях», «Нет, я не буду работать за такую оплату», «Нет, я не разрешаю ругаться в моем доме», «Нет, мне не нравится кокаин», «Нет, я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне», «Нет, я не согласен с твоим мнением», «Нет, мне не нравится этот фильм, ресторан» и т. п.
Находясь в контакте со своим «не-я» переживанием, мы сможем по-настоящему отделить себя от окружающего мира. Если мы не можем сказать, кем не являемся, у нас не остается надежды на освящение, потому что мы не можем ненавидеть зло и отделиться от него. Люди с нечеткими границами не могут отвергнуть то, что не относится к ним. Если мы не можем сказать, что такое «не-я» на уровне нашего тела, чувств, установок, действий, мыслей, способностей, решений, желаний и границ, мы не сможем оградить душу от вредного влияния. Мы будем принимать то, что не принадлежит нашему «я»; это могут быть хорошие вещи, но они не являются истинно нашими, и плохие, которые вообще не должны принадлежать кому-нибудь. В любом случае, это — «не-я».
Для Сэнди «не-я» утверждение звучало бы следующим образом: «Мама, я люблю тебя, но этот День благодарения я не хочу проводить дома. Я хочу провести его со своими друзьями». Если ее мать разозлилась бы, Сэнди могла возразить: «Мне жаль, что ты злишься на меня, но тебе придется смириться с этим. Тебе придется изменить свои планы на День благодарения, потому что я не приеду».
Может быть, это звучит грубо, но прямолинейные утверждения необходимы для людей, которые любят контролировать других и при этом не признают своей ответственности за собственные разочарования. В действительности, это утверждение помогло бы Сэнди больше, чем ее матери. Это помогло бы ей понять, кто за что отвечает. Если ее мать настолько контролирующий человек, что обвиняет дочь в своих огорчениях, она все равно не услышит правды.
Чрезвычайно важно уметь делать отрицательные утверждения. Мы должны быть в состоянии сказать, что такое «не-я», чтобы обрести свое «я». То, что нам нравится, не будет иметь значения до тех пор, пока мы не узнаем, что нам не нравится. Наше «да» не имеет значения, если мы никогда не говорим «нет». Выбранная мной профессия не принесет удовольствия, если я думаю, что с ней может «справиться кто угодно». Наши мнения и мысли очень мало значат, если их нечему противопоставить.
Глава 7. Как мы создаем личные границы
Джейн пришла на прием из-за «приступов паники». Ее муж стал много пить, и в семье возникло множество проблем. Она пыталась быть любящей и поддерживать его, но это не помогало; все становилось хуже день ото дня.
Она начала читать книги о том, как устанавливать ограничения в ответ на оскорбительное поведение и как не превращаться в человека, позволяющего агрессивное поведение. Она поняла, что должна сказать «нет» его поведению, и в настоящее время это означало уйти от него, когда он пьян.
Однако, когда она начинала ставить ограничение на его действия, она впадала в страшную панику. Ее охватывало ощущение, что она «проваливается в дыру». Она тряслась и испытывала настоящий ужас. Ужасное чувство одиночества, казалось, вскоре «поглотит ее целиком».
Когда она начала понимать себя лучше, она пришла к заключению, что у нее не было прочных взаимосвязей с людьми. Она была внутренне изолирована и не умела сохранять эмоциональную взаимосвязь с людьми в их отсутствие. У нее не было того, о чем мы говорили раньше — «эмоционального постоянства предмета». Если она не находилась в присутствии людей, которых любила, она испытывала ужасное чувство одиночества.
Если она уходила от супруга, то впадала в панику. Но, оставаясь с ним, она позволяла оскорбительные действия по отношению к себе. Она был в двойных цепях, в которых находятся многие люди, подвергшиеся оскорблению. Они буквально «не могут жить с ним, и не могут жить без него». Они не могут жить с кем-либо из-за оскорблений и они не могут жить без кого-либо из-за чувства изоляции.
