— Да-а! — продолжала реветь девочка. — Я муку рассыпала-а… Теперь Елапална меня никогда на кухню не пустит. Никогда-а…
— А ну-ка, тихо, — я оглянулась по сторонам. — Пока еще Елена Павловна не знает, что ты натворила. Давай для начала все быстренько уберем. Макс, узнай, пожалуйста, где сейчас ваша домработница. Только так, чтобы она тебя не увидела.
Я потащила Машу в ее комнату.
— Елена Павловна в своей комнате. Телевизор смотрит, — доложил Максим. — Она у нас не живет, но комната для отдыха у нее есть.
— Отлично. Возможно, мы успеем все исправить, — обрадовалась я. — Максим, найди мне половую тряпку.
Пока парень искал тряпку, я переодела и отмыла Машу. Потом вымыла белые следы, что вели из кухни в спальню девочки. Это у меня получилось быстро — гранит моется легко.
Но когда я вошла на кухню, то пришла в ужас. Маша уронила не пакет с мукой, а небольшой мешок. Килограмма на три. Он рассыпался по всей кухне, припорошил ровным белым слоем мебель, пол и посуду.
— Да-а. Это быстро не убрать, — заметил Макс, протягивая мне тряпку.
— Надо попробовать, — я пожалела, что у моего платья широкая юбка. Завязала подол узлом.
— Прошлый раз муки было меньше, — призналась Маша.
— Я же просила тебя ничего не трогать, — строго сказала я.
— Я хотела помочь.
— Считай, помогла, — хмыкнул Макс.
— Ладно, нотации будем читать потом. Пылесос можно незаметно взять?
— Сейчас принесу, — пообещал Максим.
Мы все взялись за дело. Максим время от времени проверял, что делает домработница. Я пылесосила, потом протирала влажной тряпкой мебель. Маша подметала полы.
Макс сбегал к бочке с мусором и там вытряхнул пылесос.
— Я все аккуратно сделал, — доложил он. — Никто ничего не заметит.
Труднее всего было отмыть полы. На кафеле оставались белые разводы. Но я справилась с задачей. Теперь я напоминала взмыленную лошадь. Волосы прилипли ко лбу. Еще бы, я металась, как угорелая.
Наконец кухня приняла прежний вид. Я быстро приготовила тесто. Маша молчала, и делала все, что я ее просила. Но с инициативой больше не лезла.
— Я думала, вы уже закончили, — на кухню вошла Елена Павловна.
— Мы не спешим, — невинно улыбнулась я, размешивая тесто.
— А юбку зачем так завязали? — удивилась домработница. — И почему голова мокрая?
Вот дотошная!
— С юбкой мне так удобнее. А голова мокрая от жары.
— Ну, ну, — недоверчиво произнесла Елена Павловна, придирчиво оглядывая свои владения. — Никогда не думала, что для приготовления теста надо юбку завязывать почти на шее. И кондиционер работает отлично. Не надо мне пудрить мозги! Похоже, кто-то снова муку рассыпал?
Она провела пальцем по краю стола. Впопыхах я не до конца протерла его.
— И на ручках плиты тоже мука… Я же говорила, ничего хорошего у вас не получится.
— Но мы все убрали! — возмутилась Маша. — Почти все. Мы старались. Очень-очень.
— Вижу, — улыбнулась домработница. Похоже, она оценила наши усилия. — Ладно, пеките свои блинчики. Я потом уберу по-своему.
Князев вернулся с работы в половине седьмого.
— Ну, как прошел первый день работы в качестве няни? — поинтересовался он у меня.
— Более-менее нормально. Думаю, Елена Павловна немного поворчит на нас. Мы на кухне муку рассыпали.
— Не мы, а я, — призналась Маша. — Не нарочно, так получилось.
— Не буду я ворчать, — Елена Павловна стояла, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди. — Они молодцы. Все отлично убрали.
Мне пришлось остаться на ужин. Дети меня уговорили. Маша хотела похвастаться блинчиками. Их она торжественно внесла в столовую и поставила перед отцом.
— Мы все пекли блинчики. Я, Ася. И Максим помогал. Он следил, чтобы Елапална не пришла на кухню, пока мы там убирались. И еще он пылесос вытряхивал. И еще…
— Машка, не болтай, — цыкнул на нее брат. — На кухне ничего страшного не произошло. Ты ее не слушай, папа. Я только убраться там помог. А блины пекла Ася. Машка только мешала.
— Я не мешала, — возмутилась девочка.
— Ты тесто мешала, — пояснил брат.
— Да, точно. Я тесто мешала. И у меня все получилось! Правда, Ася?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Правда. Сегодня все молодцы. И Маша, и Макс очень помогли мне с уборкой.
— Только сначала намусорили, — рассмеялся Князев.
— Лично я не мусорил, — поправил его Макс. — Это все Машка. Она снова муку рассыпала. Но мы справились. Да, Ася?
— Да, потому что были все вместе, — кивнула я.
— Я рад, что все завершилось благополучно. А теперь хочу попробовать ваши необыкновенные блинчики, — признался Станислав Игоревич. — Они очень аппетитно выглядят.
Глава 18. Стас
В город Настю я решил отвезти лично. Дети стояли на крыльце и махали ей руками:
— До завтра, Ася!
Девушка оглянулась и помахала им в ответ. Я придержал дверцу внедорожника. Я нарочно выбрал его. Что-то мальчишеское проснулось во мне. Мне хотелось, чтобы Настя забиралась в высокий автомобиль. Хотелось увидеть ее ножки.
Легкая юбка взметнулась вверх, обнажая стройные бедра. Настя смущенно одернула ее, расположилась на переднем сиденье, расправила платье на коленях.
— Видите, у вас все получается. А вы сомневались, стоит ли становиться няней, — я все еще смотрел на ее колени, прикрытые тонкой тканью.
— Пока прошел всего один день, — она отследила мой взгляд и смутилась. Даже немного покраснела.
— Но какой насыщенный день, — заметил я, с сожалением переводя взгляд на руль и включая зажигание. — Елена Павловна не устроила вам нагоняй за разгром на кухне. Значит, вы и ей понравились. А это дорогого стоит, уж поверьте. Вы все вместе испекли чудесные блины. Рад, что даже Максим принял в этом участие. Надо же, он помогал в уборке! Его не заставишь лишний раз это делать. А тут такое рвение.
— Он не хотел подставить меня. Я не должна была начинать эпопею с блинами. Но Маша так просила. И у нее были железные аргументы.
— Какие же?
— Она собирается замуж за принца. Который сможет оценить ее кулинарный талант. Поэтому решила начинать готовиться к этому с детства.
— У меня удивительно мудрая дочь, — рассмеялся я. — Хорошо, что вы поддержали ее в этом начинании. Как говорится, путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Даже если моя принцесса не выйдет замуж за сказочного принца, навыки в кулинарии еще никому не повредили.
Покрутил ручку приемника, и салон автомобиля заполнила приятная музыка. Солнце клонилось к горизонту. Оно окрасило небо золотыми и алыми всполохами.
— Почему вас нет в соцсетях? — спросил Анастасию.
— Мне это не интересно. Если хотите что-то узнать про меня — спросите, я отвечу. Так будет проще. Тем более что в соцсетях редко кто пишет о себе правду.
— Согласен, — кивнул я. — Признаюсь, меня там тоже нет. А что за история произошла в школе?
— Родителям ученика не понравилось, что я слишком требовательна к их сыну. Посчитали, что нарочно занижаю ему отметки. А вы что, частного детектива нанимали? — в голове Анастасии я уловил настороженность.
Вполне естественно, что я наводил о ней справки. Детям она нравится, но это не повод безоговорочно ей доверять.
Впрочем, и няням с блестящими характеристиками я никогда не доверял полностью. И правильно делал. Ничего путного у них не получилось. Одни амбиции на пустом месте. Не нашли они подход к Маше. А Настя нашла. И Максиму она нравится.
— Мне обо всем рассказал Иванов. Пообщался с ним сегодня, — признался я.
— И он выложил все, что обо мне знает, — подытожила Настя. — Подозреваю, пытать вам его не пришлось?
— Обошлось без жестких мер. Я же говорю, он за крышу продаст хоть кого, — рассмеялся в ответ.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Пожалуй, я начинаю понимать, что детям понравилось в этой девушке. С ней легко, она не притворяется. И умеет слушать. А это очень важно, особенно для детей. Ее непосредственность хоть кого покорит. И при этом у Анастасии бездна такта.
