Около часа мы приходили в себя, но за все время нашей встречи она не сказала ни одного слова. Я таки не понял, кто она — немка, чешка, словачка или наша…
Бет и Лин
Категория: Подростки
Автор: * Без автора
Название: Бет и Лин
Бет и Лин — тринадцатилетние близнецы, за которыми меня попросили присмотреть во время выходных с пятницы до понедельника. В пятницу утром их мать, Дебби, привела их ко мне. Она сказала им, чтобы вели себя хорошо, и если они не будут слушаться, то я имею полное правое наказать их, как посчитаю нужным. Как только Дебби ушла, дети начали играть и смотреть телевизор.
В то утро я работала в саду, а дети бегали туда-сюда, резвились, в общем, занимались тем, чем обычно занимаются дети в их возрасте. Где-то минут через тридцать-сорок, я поймала себя на мысли, что стало слишком тихо. Я зашла в дом, чтобы поискать их. Телевизор работал, что их рядом не было. Я пошла в их комнату и была ошеломлена увиденным.
Бет сидела за моим столом и играла с моей косметикой. Это было то место, где им нельзя было быть. И Лин. Ходил по комнате в моем новом шелковом лифчике, одетом поверх его одежды. Я очень сильно рассердилась.
Я ворвалась в комнату и спросила, не приходила — ли им мысль, что нельзя было трогать мои личные вещи. Оба ребенка чуть из кожи не выпрыгнули при моем появлении. Я подняла Бет со стула и заставила Лин снять мой лифчик. Взяв обоих за руки, я повела их в ванную, где вымыла лицо Бет от косметики. Затем повела обоих в другую комнату.
Усадив их на диван, я принялась ругать их за то, что они взяли мои вещи без спроса. Я сказала им, что это равносильно краже. Я сказала, что вечером они будут наказаны, что я собственноручно выпорю их, и им нельзя будет смотреть телевизор. Дети начали хныкать. Я сказала, что они это заслужили, и что упрашивать меня бесполезно. Я спросила, порола — ли их Дебби, и они оба кивнули в ответ. Я спросила чем. И они ответили, что рукой и расческой. Я сказала, что буду использовать обе эти вещи.
Позвав их ужинать, я продолжила свои нравоучения. Я спросила их, как Дебби наказывала их, и услышала, что Дебби порола их друг перед другом, перед тем как отправить их в душ, а затем спать. Я сказала, что сегодня они заслужили такого же наказания. Во время всего ужина они с беспокойством смотрели на меня. Когда мы закончили, я сказала им, чтобы они умылись и пришли в мою комнату на порку.
Через некоторое время они вошли в мою комнату с опущенными головами. Спросила, понимают ли они, почему будут наказаны и готовы ли принять наказание. Оба ответили, что просят прощения за то, что взяли мои вещи, и что больше никогда не будут этого делать. Я спросила, кто будет первым. Никто не пошевелился. Я сказала, чтобы Бет подошла ко мне. Бет начала хныкать, слезы появились у нее на глазах. Она медленно подошла ко мне. Я взяла ее шорты и опустила их вместе с трусиками на самые лодыжки. Я положила ее животом на свои колени. Держа ее одной рукой, другую руку я положила на ее круглую попку.
Она начала кричать ее до того, как я сделала первый удар. Я опустила руку прямо посередине ее немного вздернутых кверху ягодиц. Я продолжала не слишком сильно шлепать ее рукой по голой попке. Ее ноги дергались в такт моим ударам, она кричала о том, как ей больно. Я сделал не менее тридцати шлепков по ее ягодицам, затем начала растирать их и бедра. Бет перестала кричать после этого. Выбрав момент, я нанесла удар по внутренне стороне бедра. Я остановилась только когда нанесла не менее пятнадцати шлепков по каждому.
Бет вся сжалась и неистово рыдала. Я заметила, что Лин прямо между ног Бет, прямо на ее покрытое легким пушком влагалище. Бет все еще рыдала, и ее ноги были бесстыдно разведены. Я выбрала расческу и сказала, что она получит еще некоторое количество шлепков, затем начала шлепать расческой по ее голой попке. Не очень сильно, но, оставляя красную полосу при каждом ударе, я сделала десять ударов. Бет сильно кричала в самом конце, поэтому я начала рукой растирать ее теперь довольно красную попку и бедра. При этом я заметила, что губки ее девственного влагалища очень сильно увлажнились.
Когда она успокоилась, я велела ей встать и спросила, усвоила ли она полученный урок. Она сказала, что усвоила. Я сказала, что она теперь может посмотреть, как я буду пороть Лина. Я сказа Лину подойти ко мне, он же стоял и не двигался. Я сказала, что сейчас сниму ремень, но заставлю подойти ко мне. Он попросил меня не снимать с него трусы. Я сказал, что буду пороть его по голой заднице, как и делал это с Бет. После это он нехотя подошел ко мне. Я расстегнула молнию на его штанах, при этом заметив, что его член стоит. Я сказала ему, что не надо расстраиваться из-за того, что его член возбужден. Затем я увидела, почему он не хотел, чтобы я снимала с него трусы. На нем были мои трусики.
Я стянула его штаны и положила их на свои колени. Я начала ругать его за то, что он не сказал мне об этом раньше. Затем схватила трусики и сильно потянула их вверх так, что они оказались между его ягодицами. Я почувствовала его член около своей ноги. Я сказала, что это ему наказание за то, что он не сказал мне об этом раньше, и что вся его порка будет проводиться расческой. Он начал рыдать, а я начала пороть его расческой.
Я работала от ягодицы к ягодице, вверх — вниз. Его прекрасная круглая попка стала розовой после двадцати пяти ударов. Я переместила расческу ниже, на его бедра и продолжила порку. Лин кричал о том, как ему больно, и что он просит прощения. Я закончила, сделав ему пять очень сильных удара в центр его попки. Я отбросила в сторону расческу и начала растирать его ягодицы, пока он не успокоился.
Подняв его, я обнаружила, что его член все еще стоит, и что на моих трусиках образовалось влажное пятно. Я сказала детям взять их пижамы, принять душ и отправляться спать. Я посидела несколько минут, затем услышала воду, бегущую в ванной. Я шла на кухню и, походя около ванной, услышала голоса детей.
Бет говорила, что я порола не так сильно, как это делала Дебби. Лин согласился. Затем Бет сказала, что видела как Лин кончил, когда я порола его, а она сама нет. Я была шокирована. Она сказала, что уже была почти готова, когда я закончила ее порку. Лин попросил потрогать ее попку и Бет разрешила.
Внезапно, я чихнула. Услышать еще что-то мне не удалось. Я пошла на кухню, ошеломленная услышанным. Я знала, что некоторое взрослые люди любят, когда их наказывают и получают удовольствие от этого. Но это были дети.
Дети вошли на кухню через несколько минут, пожелали мне спокойной ночи. Они также сказали, что очень извиняются за то, что взяли мои вещи и что они больше не будут этого делать. Я сказала, что принимаю их извинения, и думаю, что впредь они будут хорошими детьми. Я дала по мягкому шлепку по попке и они ушли.
