Дачный поселок находился в нескольких километрах от окраины города, на горе. Справа от трассы стелились сельскохозяйственные поля, слева — дачные домики, половина из которых была погружена в бурьян и разруху. Многие участки продавались за отсутствием надобности и желания копаться в земле, так что бывшие владельцы дачи Сергея без труда выкупили дешевую землю у соседей, организовали фруктовые сады, бассейн, выстроили двухэтажный коттедж, и даже выделили место для автостоянки. В черте города или в соседних деревнях такая покупка обошлась бы на порядок дороже.
Машины остановились возле двухметрового забора из профиля, из-за которого виднелся второй этаж и крыша коттеджа, построенного из красного кирпича. Окна закрывали черные кованые решетки. На шум автомобилей и грохот музыки отреагировали сторожевые псы, залившиеся басистым лаем.
— Ждите здесь, я собак на цепь посажу, — сказал Сергей, открывая калитку. Мы покинули салоны, чтобы подышать чистым воздухом, пахнувшим землей и цветами, и осмотреться. Через некоторое время лай прекратился, послышался звон цепей и шорох шагов по гравию. Затем пригласительно распахнулись ворота, «двенашка» и самопал, хрустя гравием, въехали во двор.
Стоянка была просторной и занимала, по всей видимости, территорию отдельного дачного участка. Доберманы следили за людьми, осторожно обходящих их стороной, и угрожающе рычали возле здоровых будок, даже не пытаясь покинуть диапазон коротких цепей. Парковку и дворик разделял забор из винограда, козырек над крыльцом расширялся к углу здания, и за домом создавалась удобная беседка с кирпичным мангалом, столом, приваренным к скамейке, пол беседки был устлан каменной плиткой. За беседкой расположился бассейн со стеклянной крышей, сияющий голубизной воды, и опрятная лужайка. Здесь же, за домом, находилась пристройка с туалетом, душем, сараем с инструментами и дровами и винтовая лестница, ведущая на второй этаж. Третий участок, входящий в коалицию Сергеевой дачи, был отведен под фруктовый сад. Две аккуратные аллейки с яблонями, грушами, сливами, вишнями, персиками, черешнями, абрикосами, клубникой, смородиновыми кустами, малиной — были разделены дорожками из тех же плит, из которых состоял пол беседки. Землю сада покрывал зеленый ковер газона. Сергей сказал, что растительностью занимается садоводническая компания, присылающая работяг несколько раз в год и по требованию.
После экскурсии по дворику и саду Сергей повел нас в дом. Открыв массивную дверь, он выключил сигнализацию и прошел внутрь. Убранство коттеджа не отличалось роскошью. Единственной значительной деталью, на которую обратили внимание, являлся камин в гостиной с низким креслом возле очага и горкой сухих поленьев: у каждого, наверно, в тот момент прокрутилась в голове сцена, созвучная с моей: как холодной зимней ночью он сидит на этом кресле подле теплого огня с коньяком и томиком Толстого. Первый этаж был разделен на три комнаты: гостиную с длинным диваном, креслами, журнальным столиком, телевизором и даже книжным шкафом, спальню с двухместной кроватью и душевой, и небольшую кухню с электрической плитой и холодильником. В шкафах кухонного гарнитура имелась посуда, приправы, чай, кофе, холодильник тоже не пустовал. В платяном шкафу спальни лежали полотенца, халаты, висела спортивная одежда. По всем параметрам дачу Сергея можно было использовать для стационарного места жительства, содержать ее в качестве плацдарма для алкогольных мероприятий казалось легкомысленным буржуизмом.
Горячей водопроводной воды и газопровода в поселке не имелось, только электричество и неочищенная холодная вода для поливов. Для устранения неудобств создатели «виллы» организовали очистительную систему с насосами, фильтрами, отстойниками и емкостями для хранения чистой воды. Там же был установлен котел на газу из баллона. Вся эта система находилась в подвале дома, куда Сергей чуть позже сделал экскурсию. Когда его спросили, зачем столько мороки, когда можно было попросту купить землю с готовой инфраструктурой, Сергей ответил, что весь этот металлолом, по словам бывших владельцев, на самом деле стоит копейки, а коммунальные службы берут столько, будто у них трубы платиновые и меняются каждый год.
Второй этаж-чердак был отведен под одну большую многофункциональную комнату с двумя кроватями, диваном, шкафом-купе, столом и стульями. Здесь же была установлена акустическая система.
Костя из «РаЗката» прибыл не один: с ним приехали его коллега по проекту Сёма (бородатый новославянин с кожаным ремешком на лбу, удерживающим длинные волосы) и сестра Ксюша. Ксюша была тихой девушкой, выглядевшая намного моложе своих двадцати трех лет. Так же как и у брата в ней присутствовали элементы традиционного русского образа — русые волосы были сплетены в длинную косу, на тонкой шейке радужно перемигивались стеклянные бусы. У Ксюши блестели глаза, когда Сергей показывал владения отца, она часто обращала внимание на детали интерьера, которые я даже не замечал: занавески были сшиты из такой-то ткани, на резном журнальном столике изображен такой-то рисунок, а вот эта люстра гармонично смотрится с дверью в спальне и камином. Дима все это время с умилением глядел на девушку.
После осмотра помещений занялись приготовлениями. Ксюша отправилась нарезать салаты и варить картошку, Сергей разводил огонь в мангале, Костя колол дрова, Алекс подготавливал мясо для жарки. Дима вызвался помогать Ксюше на кухне. Я, Семен и Игорь выносили из дома стулья, разбирали пакеты и расставляли посуду. Когда огонь в мангале заполыхал, Сергей поднялся наверх и включил музыку, установив динамики на ножке возле раскрытого окна и двери. Пока прогорали дрова для шашлыка, распечатали пиво.
Автомобиль Кости вызвал много любопытства.
— Передняя часть от «УАЗа», это понятно, — сказал Алекс Косте, кивая в сторону стоянки, — а задняя?
— От «Доджа», — охотно ответил хозяин. — Старенького, годов восьмидесятых. Модель я точно не помню.
Алекс призадумался, а затем рассмеялся и спросил:
— Это вы так затейливо посылаете Америку в жопу?
— Хм, об этом я не думал. — Костя почесал густую бороду. — Но мне нравится ход твоих мыслей!
— Много отдал за нее? — поинтересовался Сергей. — Я себе тоже хочу какой-нибудь конструктор замутить.
— Если собираешь сам, то основные расходы идут на регистрацию машины, — ответил Костя. — Сначала ее конструкцию должны утвердить инженеры в НИИ, потом надо сертифицировать, затем — зарегистрировать в ГАИ. Мороки куча, если честно. Тут нужны стальные нервы. И умение давать взятки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
