— Это мой, Аника забрала, когда я… Кхм. В общем, я был тогда не прав и уже раскаялся, — выдал мальчик, хлопая честными глазами. — А царапины, как у Ири, достаточно хорошо промыть мылом и водой. Вон там у Аники ее личная умывальня.
Его указательный палец ткнул в одну из ширм, за которой я не сразу заметила дверь.
— А зачем тогда ты привел меня к шкафчику? Обманул? — строго спросила я.
— В чем обман-то? — тут же надулся мальчик и, сделав резкий шаг в сторону, цапнул за ручонку Ири, вознамерившуюся под шумок слинять. Деловито толкнул дверь в ту самую умывальню и цыкнул на собравшуюся было расплакаться малявку. Тяжело вздохнув, я прошла за ним следом. Так понимаю, я тут была необходима чисто как прикрытие.
— Я что, должен был вас тащить к луже во дворе или свиному корыту? Промывать нужно чистой водой. А мыло есть либо здесь, либо в общей помывочной внизу. Но там постоянно кто-то толчется, да и неудобно вообще, — принялся оправдываться парнишка, доставая из шкафа горшочек с мылом. Ири снова начала тихонько хныкать, наблюдая за приготовлениями широко распахнутыми глазенками.
— Угу. Еще и нож именно здесь, а не в общей, а самому сюда нельзя, — ехидно напомнила я его же слова, почти восхищаясь его изворотливостью. — Тебе Аника не говорила, что воровать нехорошо?
— Где я воровал, если это мой нож?! — аж задохнулся от возмущения он, взмахнув руками так, что едва не задел Ири по носу.
— Допустим. А нарушать общие правила дома? — усмехнулась я, мягко отстранив его и взяв малышку на руки. Подмигнув ей, усадила девочку на высокий табурет. Ласково погладив по волосам, забрала у Дастина приятно пахнущую цветами субстанцию, похожую на гель.
— Запрещено заходить сюда. Брать что-то в шкафу запрета нет, — продолжил ворчать он, протягивая мне кувшин с чистой водой.
— Угу. Учитывая, что он заперт, прям бери что хочешь. Не стыдно предавать ее доверие? — покачала головой я и вернула свое внимание Ири. — А как зовут твою куклу? Она тоже упала? Посмотри, у нее нет ссадин и синяков? Вдруг ее тоже нужно полечить?
— Ее нельзя мочить, она же из соломы! — ахнула Ири, принявшись скрупулезно осматривать куклу.
Я тем временем присела рядом с ней и начала осторожно промывать ранки. Стоило малышке только пискнуть, как я снова переключила ее внимание на куклу, расспрашивая, как ту зовут, не ушиблась ли она, упав, как провела сегодняшний день… В общем, все, что только приходило в голову, чтобы отвлечь ребенка.
— Выдашь? — угрюмо спросил Дастин, опечалившись.
— Не выдам, — хмыкнула я и, увидев, как засияли триумфом его глаза, продолжила: — А ты сейчас положишь нож на место, а после просто попросишь его у Аники.
— Да она не даст! — фыркнул он огорченно.
— Если прям совсем-совсем не даст, я за тебя поручусь, — подмигнула ему я. — Поверь, получить что-либо законным путем гораздо приятнее, чем через обман.
И осторожно подула на сбитые коленки Ири.
— Вот и все, малышка. Не страшно же?
— Нет… Ой, вы все платье замочили, — пискнула она, указав на мыльные разводы на юбке.
— Пустяки, — отмахнулась я. — Ну что, пойдем вниз?
И стоило мне это произнести, как снизу донесся грохот и вопль Равана:
— На воротник пущу!
И если еще вчера я после услышанного спешно мчала бы на звук, чтобы спасать милого котика… то сегодня я спешила, ибо была солидарна с Раваном как никогда. Хватит прикидываться милым шаловливым котиком, пакостящим по чистой случайности. Разговор о брачных браслетах касался этого рыжего засранца в первую очередь.
Глава 30
Вниз я спустилась в сопровождении детей чинно и неспешно, как настоящая благородная барышня. Ну, почти. Уж не знаю, что Талисман сотворил на этот раз, но не сомневаюсь, что что-то особенно пакостное, потому что Раван продолжал буйствовать. Меньше всего я ожидала увидеть летящие по коридору сгустки шипящих молний, от которых уворачивался Талисман. При виде меня кот с ревом метнулся мне под юбку и влез по ноге на бедро, как на дерево.
— Зараза!
Спасибо, что на мне были по местной моде довольно плотные панталоны, а не стринги. Сеанс иглоукалывания когтями в мои планы не входил.
Раван в запале замахнулся, но вот что значит боевой маг — вовремя сжал кулак, гася очередной пучок.
Я выдохнула.
— Лилия… — пробормотал Раван. Очевидно, что он не вкладывал никакого личного смысла, но для меня собственное имя, произнесенное тихо, на выдохе, прозвучало очень чувственно. На миг я даже про пушистого гада забыла, но Талисман сам о себе напомнил уколом когтей.
— А ну, вылезай! — рявкнула я, хлопнув себя по коленке. — Отцепись.
Талисман проигнорировал.
Раван же вместо ожидаемого «Няня, усмири демона!» подбежал ко мне.
— Мяу! — раздалось из-под юбки, и кот попытался уцепиться понадежнее, отчего я вскрикнула.
— Я помогу, — заверил Раван, только почему-то уверенности в его голосе не слышалось.
— Все кыш! — засуетилась Аника, разгоняя детей, слетевшихся на бесплатное представление.
Я толком не поняла, как она открыла боковую комнату и как мы в ней оказались. Впору было заподозрить, что ловкости Дастин научился у воспитательницы.
Дверь хлопнула, отрезая нас от любопытных зрителей.
— Брысь, Талисман, — попыталась я. — Вылезай.
— Мяу-у-ур! — запротестовал гад.
Раван присел на корточки и нерешительно замер.
После храма его отношение ко мне резко изменилось. Вроде бы тот же Раван, но он больше ни разу на меня не рыкнул и вообще косился, как подросток, которого симпатичная одноклассница приглашает на первый в его жизни поцелуй.
— Отцепи его, пожалуйста.
Наверное, я бы и сама справилась, но… зачем бы?
Так забавно было смотреть, как Раван нерешительно приподнимает край подола и ждет моей реакции. Я никак не отреагировала, поэтому он, прекратив изображать смущенного подростка, задрал юбку полностью.
В моем восприятии панталоны были скорее штанишками, этакими кружевными шортиками, чем бельем, поэтому никакого ощущения, что я оголяюсь, у меня не возникло.
— Мяу! — протестующе заорал Талисман, когда Раван схватил его под пузо.
— Да чтоб тебя! — ругнулся Раван.
И Талисман вдруг оттолкнулся от меня всеми четырьмя лапами, отчего Раван не удержался и сел. Талисман вылетел в окно, и мы с Раваном как-то слишком неожиданно оказались наедине.
Юбка, как нарочно, опустилась неровно, край остался задранным слева, и Раван, протянув руку, дернул подол вниз, излишне резко отвел взгляд и встал.
Снова возникла неловкость.
— Я закончил с делами. Предлагаю по пути пообедать.
— Да, — с готовностью кивнула я. Судя по тому, как при упоминании дел Раван чуть скривился и на лбу появилась вертикальная морщинка, с делами он не закончил, а только осознал масштаб новых проблем.
— Вот и хорошо.
Он подал мне руку, и я уцепилась за его локоть. В коридор, к восторгу Аники, мы вышли вместе, как настоящая супружеская пара.
Мило распрощавшись с детьми и Аникой и подхватив поперек пуза присмиревшего кота, мы на той же карете отправились во вчерашнюю таверну. В это время суток народу там было неожиданно немного. Похоже, днем местные либо обедают у себя дома, либо, кто на работе, достают принесенный из дома же термосок.
Стэн, протиравший стойку, увидев меня, лишь хмуро кивнул в ответ на приветствие. Шутить по поводу крыс не стал, и я даже забеспокоилась, примет ли он у нас заказ. Но нет, подошел и уставился на меня тем же угрюмым взглядом.
— Грибной суп, картофель, запеченный с салом, рыба в томатной подливе. На десерт шарлотка или фруктовый кисель, — отчитался парень.
— Суп и картофель, — выбрал Раван.
— Тоже суп. И шарлотку. И чай, если можно, — попросила я, постаравшись улыбнуться как можно признательнее. Но если на Стэна как-то и подействовала моя улыбка, он виду не подал, просто кивнул.
