одно и то же. Он хочет убить меня, а не тебя. С Северо же все совершенно наоборот. Он охотиться на Габриэллу. И что он задумал неизвестно. У меня нет ни малейшей догадки, почему он заманивает нас туда. Нам будет легче без вас. — вздохнул он.
— Что это значит?
— Это значит, что мы будем постоянно переживать о вас и не сможем сосредоточиться на нашей прямой цели, потому что будем думать о вашей безопасности.
— Лука, черт тебя дери! — гневно ругнулась Вики. — Я столько раз оказывалась на грани смерти и именно сейчас ты решил не брать меня с собой? С чего вдруг? — она прищурилась. — Тебе известно что-то еще? Не так ли?
Я напряглась.
— Что тебе известно, Лука?
Он перевел взгляд на меня.
— Мне ничего не известно, Габриэлла. И именно поэтому вы остаетесь здесь. Я не знаю, чего ожидать.
Фабио взял меня за руку и повел вглубь дома, подальше от глаз. Мы остановились в одной из спален. Свет не горел и лишь темнота скрывала мои покрасневшие глаза.
— Я не могу взять тебя с собой. — начал он, беря мое лицо обеими руками. — Ты же понимаешь? — его губы по очереди опустились на мои закрытые веки. — Не спорь со мной, Габриэлла. Пожалуйста. — прошептал Фабио, прижимая к себе мое тело.
— Я не могу просто сидеть… — слабо возразила я.
— Ты не в себе, Габриэлла. Тебе нужно взять себя в руки. На твоем лице не высыхают слезы, ты действуешь импульсивно, срываешься на всех по очереди. — одна его рука опустилась на поясницу, мягко поглаживая. — Я не обвиняю тебя. Наоборот, как никто другой понимаю твое состояние, но ты не можешь сейчас связно думать. Твою голову занимают постоянные мысли о Марко и это может сыграть злую шутку и с тобой, и со всеми нами. В этом отеле нас точно не ждет ничего хорошего, и я не могу позволить себе слабости. Я не могу рисковать твоей жизнью. И не только твоей. Виктория увяжется с нами, а она не знакома с подобным, хоть и кричит о своем отце. Сергей пытается убить Луку, а Викторию он не тронет, и она это знает. И оставить здесь Стеллу одну ты тоже не можешь. Она с ума сойдет, если останется наедине с нашими людьми. — он помолчал немного. — Ты ведь понимаешь меня?
— Ты прямо-таки обозвал меня неуравновешенной психичкой. — хмыкнула я и по щеке скатилась новая слеза. — Клянусь, я их не контролирую! Они сами все текут и текут. — всхлипнула я, чувствуя смешок Фабио.
— Ты нервничаешь и твои слезы — это нормально. Но я не могу так рисковать и брать вас с Викторией. Это опасно.
Его палец вырисовывал круги на моей спине. Эти такие невесомые, незначительные жесты, которых он не замечал действовали лучше любого успокоительного. Я вздохнула и положила голову ему на грудь.
— Но ведь и для вас это опасно. — заметила я.
Фабио усмехнулся.
— Я был в тысячи ситуаций гораздо более опасных. Я привык к ним, знаю как себя вести и как действовать в непредвиденных обстоятельствах. То же самое можно сказать и о Луке с Сантино. Все мы с детства в этом дерьме копаемся, а ты нет. — пальцы Фабио мягко перебирали мои волосы. — Ты всю жизнь жила и даже не подозревала кто твои биологические родители. Училась, веселилась. Проще говоря —, жила обычной жизнью. А Виктория была дочерью богатого папочки и жила по всем канонам такой же богатой стервочки. Она изменилась, когда встретила Луку. Пошла против отца, но она никогда не видела настоящей жестокости, направленной на нее. Ее не пытались убить, похитить или пытать. Она думает, что видела многое, но это не так.
Виктория не производила впечатление девушки, которую нужно защищать, но опять же — что я знала? До моего пленения я была в кругу Фабио совсем немного и за эти два года многое могло поменяться.
— Просто будь осторожен. — мой шепот был еле слышен. — Я не могу снова статься одна.
— Ты не останешься одна, Габриэлла. — твердо заявил Фабио, и я ему поверила.
Я просто хотела во что-то верить, потому что иначе начинала снова плакать как сумасшедшая истеричка. Меня раздражали эти непрекращающиеся слезы, но их невозможно было контролировать.
— Спасибо, что возишься со мной. Ты не обязан этого делать, но спасибо тебе.
Фабио вздохнул, словно разговаривал с ребенком.
— Мне нравится возиться с тобой.
ГЛАВА 6
— Мне это не нравиться. — нервно прошептала Стелла.
Девушка места себе не находила, наблюдая за мужчинами. Все они сняли свои рубашки и закрепляли бронежилеты.
После нашей беседы в комнате, Фабио снова превратился в холодного и расчетливого убийцу. Он отдавал приказы, которые четко и сразу же выполнялись и с того момента даже не смотрел на меня.
Виктория все еще метала глазами молнии и была крайне недовольна, что остается дома. Но Фабио прав. Мы недостаточно обучены, особенно я и будем только мешать.
— Ну что за оболтусы? — Виктория плюхнулась на диван рядом с нами. — Мы могли бы помочь им, а остаемся здесь.
— Или отвлечь их. — заметила я, не отрывая взгляда от Фабио.
Он застегнул бронежилет и помещал в кобуру оружие. По меньшей мере у него было четыре пистолета с собой.
Я сглотнула ком в горле. Он берет слишком много оружия, а бронежилет означает, что в них вероятнее всего будут стрелять.
О Господи.
Мне пора прекратить рисовать в своем воображении кровавые картины, где всех их убивают, и я больше никогда не увижу ни Фабио, ни нашего сына.
— Как вы можете оставаться такими спокойными? — Стелла уже до крови сгрызла ноготь и приступила к другому.
Я перехватываю ее руку и опускаю.
— Успокойся, Стел. Мы переживаем не меньше тебя, но истерика нам сейчас ничем не поможет.
— И это говорит человек, который не перестает рыдать уже второй день. — бормочет Виктория и я вздыхаю.
Потому что она права, но после разговора с Фабио, я немного успокоилась. Знаю, что он сделает все возможное и невозможное, чтобы найти Марко.
Лука снова разговаривает с кем-то по телефону, чем занимается последние полчаса. Сантино проверяет оружие и магазины. Его взгляд пару раз падал на Стеллу, но он сразу же его отводил. Он переживал за нее, но Стелла на удивление, хоть и нервничала, но ни разу не сказала, что ему не стоит участвовать.
Все находились в напряжении, когда приехала машина, чтобы забрать Луку, Фабио и Сантино.
Фабио застегнул рубашку и надел пиджак, убирая во внутренний карман
