А вскоре стало слышно, что пришли враги новые и Покотигоры, от них спасаясь, аж за Днипро-реку убежали. Тогда Подопригоры опять в степи ушли и гоняли там стада свои вольные.
Да однажды поднялась до неба пыль-курява, задрожала, застонала земля, а в ночи зажглась тысячами огней от костров. И выслал Колыба-царь дозоры, и те вернулись с известием, что это Еруслань пришла Подопригорская, и что в степях на восход солнца идёт кровавая сеча, — из-заа Дона-реки явились враги жестокие и отобирают у Ерусланов скот и людей, и просят Ерусланы о помощи.
Отвечал Колыба-царь:
— Негоже Еруслань в беде оставлять, в их жилах и русская кровь течёт, надо дать им подмогу!
И выслал он полки свои летние, и пошли Русы с Ерусланами нападать на врагов. Разбили, разметали, скот отобрали и возы с добром, жён и детей вернули и борзо прискакали назад. И сказал Еруслан-царь Колыбе-царю, что дружба их теперь будет на веки веков, и дети детей и внуки внуков её никогда не забудут!
СКАЗАНИЕ ПРО БУРЬЯН-ЦАРЯ И ЯРУСЛАНОВ
старые часы, в седые времена, когда и седина жёлтой становится, а желтизна зеленеет, как кость старая, и темнеет, как черепки от горшка, в те времена, от которых и дубовая колода рассыпается на труху, так тогда Ярусланы ходили в степи, а Борусяне-Русы жили в лесах.
Били Ярусланы в степях драков и прочую живность, стада пасли, а Борусяне-Русы в лесах охотничали и строили себе дома деревянные.
И приехал как-то царь Ярусланский Гороща к Борусянскому царю Бурьяну с людьми своими на конях. И поведал он, что идут все народы на Ромов с Ромея-ми, и что Хоролы уже пошли на Ромов, Герлыги, Гупы и Гуцы, и Лемки, и Хусты, и Хорпы. и что Ярусланам с Борусами тоже надо идти на войну и в сече братьев своих поддерживать.
Отвечал ему царь-Бурьян Борусинский, что в тех войнах много погибло уже Племён и Народов, и ежели перебьют всех Ромы, кто будет радеть о вдовах, жёнах и старцах, кто будет защищать и кормить детей? И сказал ему царь Гороща:
— Во все времена Ярусланы с Русами мирно жили и помогали друг другу, так и теперь пополам всё делить должны, — и добычу, и радость, и горе, и вдов, и сирот наших, и детей от беды-горя хранить!
— Верно ты речёшь, — отвечал царь Бурьян, — враг у нас единый и горе общее, и люди наши одной речью рекут, значит и с врагом вместе биться должны.
И пошли Ярусланы с Борусянами на войну, и делили они вместе добро и горе. И клали они головы за волю нашу от отца до сына, от сына до внука, а от внука до правнука, потому как долгой-предолгой та война была, пока Кивереччина не переправилась на другой берег Дуная великого и стала бить там Ромеев. А за ними Булгары пришли и Уличи, и Хорвы сильные и Сербияне хоробрые, и так огнём прошли всю Ромею.
СКАЗАНИЕ ПРО АДАГУ-ЦАРЯ
лучилось то в прадавние времена, о которых люди давно забыли, а само время рассыпалось, как труха, и только старые Спиваки ещё помнят и рассказывают про стародавнюю Русь да про житьё-бытьё наших Пращуров.
После того, как Годяки убили князя Руси Боже-Буса, а с ним и семьдесят воевод его, да ещё и на крестах распяли их, горько плакала вся Русь и вздыхала.
И призвала она Адагу из Ярусланов, чтобы княжил над ней. Пришёл Адага с людьми своими и поставил над Родами князей, потому что своих убили враги.
И стал Адага учить молодых русов владеть мечом и щитом, бросать копья, стрелять из лука. И скоро усилилась Русь, и новые князья появились, стали мстить врагу за грабёж и разбой. Где не встретят Годь — там и побьют. Адага знал, как с Годью воевать, и та боялась его до смерти. И отошла она к заходу, за Днипро. а там её била Тивера из Белграда и Улича из Пересечня. И ушла Годячина, и стало тихо в степи, спокойно на пастбищах.
Да не успели люди вздохнуть, как начался в степи Мор. Скотина стала хворать и падать, а Руса за ней, как за людьми плакала: сдохнет корова, не будет молока, чем тогда накормишь детей?
И сказал Адага собирать траву деревей и скотину натирать утром и вечером. И ещё сказал зверобой варить и отваром коров поить. И избавились люди от Мора, не умирал больше скот.
Да налетела в степь сарана и всю траву поела вчистую, так что стала чёрной земля, ничего не осталось, даже старого бурьяна.
Ударился тогда князь Адага трижды о землю, обернулся в кречета и полетел в небо. И увидел оттуда, что весь полудень чёрный от сараны, а люди бегут к полуночи.
Велел Адага гнать стада к полуночи. Три дня и три ночи шли Русы, пока достигли мест, где сараны уже не было.
Так не раз спасал Адага-князь Русов, и люди славили его в песнях.
Помянем же и мы его имя добром!
СКАЗАНИЕ ПРО ЦАРЯ ЯРУСЛАНА ЗОРЕСЛАВОВИЧА
ечёт время, как вода-модрица, а за ней, за водой, видны берега. А там Берегини венки плетут, на лугах пляшут, песни поют. А там тополя цветут с липами и пахнут мёдом до самой Сварги. где живут наши Щуры с Пращурами и рают поля синие, и песни поют богам, и глядят сверху, как на земле люди живут и любятся, и бьются насмерть, и умирают. Земля ведь Русская старая-престарая, и с древних часов обустраивалась многим борением. И мы — потомки тех Русов, что звались Резами и Ойразами, каких знали в Яболоке, Шубе, Меде и Ирии.
И когда пришли Русы к Дону-реке широкой и там осели, то были в степях тех народы разные. И каждое Племя жило по своим обычаям, имело свои пастбища, а также Воевод и Князей. С Русами многие дружно жили, пили с ними у костра Вино Братское из одной чаши-братины, куда каждый из князей кровь свою добавлял. Да было в тех степях ещё больше врагов. Что опять за туча чёрная Солнце застлала, свет белый закрыла? А то стрелы вражьи летят и копия, то пики острые на землю падают. А что за вторая туча поднялась к небу? То Русы врагу отпор дают. И слышен по всей степи грохот грома — то стрелы вражеские в русские щиты бьют. И падают Русы, и кровь течёт, своя ли, чужая — всё равно красная. И трава степная почервонела, и земля тех кровей упилась, а где русская кровь пролилась, там и земля Русская стала. А враги всё идут, видимо их невидимо. И собрались цари-князья русские и порешили: уйдём отсюда новую землю искать! И пошли все к заходу солнца.
И был ещё один царь в степи — Яруслан Зореславович, стоял он со своими стадами у Реки. И видит — люди идут, скот гонят. Подошли к нему и спрашивают позволения дня на два расположиться у Речки, самим помыться, детей искупать, скот напоить. Принял царь Яруслан Зореславович всех князей за столы свои и велел двадцать коров забить, чтоб на всех мяса хватило, и мёд принести, и брашна. Пили-ели гости, хозяина благодарили. И пришёл к ним старец один, борода до земли, волосы длинные, и сел он на самом краю, как незаметный и бедный человек. Увидел его Яруслан Зореславович и послал лепший кусок мяса и рог мёда пенного. И сказал тогда Старец:
— Да хранит тебя Отец-Перун наш, небесный! Будь всегда сильным и непобедимым, и ежели ударят враги твоего воина, то пусть станет два, а коли стрела ударит, то отскочит и самого врага убьёт. А ежели твой час приспеет, то пусть будет конец лёгким, а смерть — тихую, будто сон! Сказал так, упал на землю, оборотился в белого лебедя и улетел в синюю Сваргу.
— Благословен ты еси, старче божий! — глядя ему вослед, сказал Яруслан Зореславович.
Закончили цари-князья пировать, а тут, откуда ни возьмись, зайцы бегут, а за ними волки, олени, дикие козы, степные сайгаки. Бегут, на людей не обращают внимания, в речку кидаются и плывут на другую сторону.
Увидел то Яруслан Зореславович и велел коней седлать и скакать в степь с мечами и пиками наизготовку, потому как знали все, ежели зверь бежит, то верный знак, что пришло войско великое.
Солнце уже к вечеру подалось, когда увидели Ярусланы врагов, и было их видимо-невидимо, и кричали они не по-нашему, и мечами махали. Как увидели Ярусланов, так и набросились на них, стали рубить-колоть беспощадно. Да кого ранят, тот живым остаётся, кого разрубят, из того двое становится, и стрела от них отскакивает, и копьё не берёт.
Увидели то враги, испугались, и отошли вскоре, в степи растаяли. Вспомнили тут все старца длиннобородого, которого Яруслан Зореславович за трапезою почтил, и как он за то благословил Ярусланов.
И с тех пор по всей степи через травы и кусты терновые пошла слава про князя-царя Яруслана, Яруслана да ещё Зореславовича, какого никто одолеть не может. И стали бояться враги князя того, а Русам он помогал от напастей избавиться.
Воспоём же и мы славу князю тому Яруслану Зореславовичу за его доблести и помолимся Богам и Пращурам, чтоб они ему место подле себя уготовили.
Глава девятая
ВОЙНЫ О ГОТАМИ, ГУННАМИ, УГРАМИ, ОБРАМИ
