Роланд направился к двери, но Эрик схватил его за плечо.
– Я пойду с тобой.
Он посмотрел в окно на Джейми и Фредерика, забавляющихся с Пандорой во внутреннем дворе замка. Здесь они были в относительной безопасности.
– И оставишь одну Тамару присматривать за мальчиком?
– Что, по-твоему, Роджерс предпримет, увидев ее в компании Фредди и этой кошки?
Тамара тряхнула головой, отбросив волосы назад так же, как всегда делала Рианнон.
– Я не беспомощная смертная, – заявила она, – и могу о себе позаботиться.
Роланд заметил, что Эрик прикусил губу, чтобы сдержать улыбку.
– Ты слишком много времени проводишь с Рианнон, и это не идет тебе на пользу, – произнес Роланд.
– А вот ты проводишь с ней слишком мало времени, – парировала она. – Либо это, либо ты просто слепой глупец. Она думает, что не нравится тебе. Она полагает, ты считаешь ее недостойной себя. Если она сделает что-то безрассудное, то только для того, чтобы показать тебе, как ты ошибаешься.
– Где, черт возьми, ты нахваталась таких мыслей? Рианнон полагает себя достойной богов, не говоря уже обо мне.
– Важно не то, что она думает, а то, что, по ее мнению, думаешь о ней ты. – Роланд нахмурился и покачал головой. Тамара взорвалась: – Как бы мне хотелось схватить тебя за плечи и как следует встряхнуть!
Эрик обнял девушку и прижал к себе.
– Полегче, любовь моя, ты можешь его поранить. – Он посмотрел на своего друга. – Отправляйся на поиски своей бунтарки, а я присмотрю здесь за всем.
Роланд так и поступил. Слова Тамары не шли у него из головы. Неужели Рианнон и правда считает, что должна доказывать ему что-то? Конечно, это было совершенно смехотворное предположение. С другой стороны, Рианнон требовала, чтобы он не смел считать ее слабой. Может, в словах Тамары и была доля правды.
Но сейчас у него не было времени волноваться по поводу чьих бы то ни было слов и предположений. Рианнон разгуливала где-то сама по себе, когда в округе находились по крайней мере два ее смертельно опасных врага. Ему нужно было найти ее первым.
Роланд начал поиски с дома, который она снимала. Рианнон, несомненно, заходила сюда, о чем свидетельствовали заляпанная кровью юбка и его собственная рубашка, валяющиеся на полу. В ванной на стенах еще не просохли капельки влаги, значит, ею пользовались совсем недавно. В комнате витал аромат свечей, которые она зажигала, а воск не успел остыть.
На кровати лежал чемодан, заполненный одеждой. Роланд предположил, что Рианнон планирует захватить его с собой на обратном пути в замок. Затем он подумал, что она, быть может, намеревается отправиться куда-то еще, ведь во время их последней встречи она просто кипела от гнева.
Роланд тщательно осмотрел комнату. Заметив рядом с телефоном блокнот для записей и карандаш, он поспешил туда. Несомненно, Рианнон записала что-то на верхнем листе, а затем вырвала страницу. Он поднял блокнот к свету, стараясь разобрать что-либо по оттиску, оставленному карандашом, но безуспешно. Разозлившись, Роланд хотел было с силой швырнуть блокнот в мусорную корзину, как вдруг заметил лежащий в ней скомканный кусочек желтоватой бумаги. Он вытащил его и разгладил.
На листе был записан адрес и номер комнаты. Ниже значилось одно-единственное слово, подчеркнутое жирной чертой: Роджерс.
В свете лампы Рианнон различала силуэты двух человек. Они находились в гостиной номера. Она взобралась на подоконник соседней комнаты – спальни – на пятнадцатом этаже, наблюдая за ними через открытую дверь и стараясь абстрагироваться от шума машин и привычных звуков ночной жизни. Впервые в жизни Рианнон жалела о своем возрасте. Ей хотелось быть старше, обладать большей силой, тогда бы она смогла превратиться в мышь и, прокравшись внутрь, подслушать, о чем говорят те двое. Она слышала лишь о нескольких бессмертных, обладающих даром трансформации, и это были очень древние вампиры. Она и сама несколько раз пыталась изменить форму, но получила лишь сильнейшую головную боль.
Она действительно обладала способностью вводить людей в состояние транса. Могла, к примеру, убаюкать их до состояния ступора, а затем заставить танцевать по комнате и не вызвать при этом у смертных никакого протеста. Но данный случай был особенным. Существовала вероятность, что она лишь выдаст свое присутствие, а это было очень опасно, так как с Кёртисом Роджерсом сейчас находился тот самый мужчина, который атаковал ее после футбольного матча. Как ей уже было известно, он мог блокировать свои мысли.
С замиранием сердца Рианнон принялась изучать черты его лица. У него был широкий мясистый нос и густая жесткая щеточка усов над чересчур толстыми губами. Волосы его были подстрижены очень коротко. Он был массивным, но не грузным и походил на одного из профессиональных борцов, виденных ею пару раз по телевизору.
Рианнон напряженно вслушивалась, но не могла разобрать ничего, корме гула их приглушенных голосов. Понюхав воздух, она почувствовала запах пота крупного мужчины, одеколона Кёртиса и аромат дорогого виски.
Беззвучно она перемахнула через подоконник и оказалась в комнате.
– Так мы поняли друг друга, да?
Роджерс пожал плечами. Рианнон скользнула в сторону от двери, чтобы мужчины ее не заметили, если посмотрят туда.
– Мне не нужно понимать тебя. Если ты поможешь мне поймать одного из них, можешь назначать свою цену.
Второй мужчина покачал головой.
– Не «одного из них», а ее. Она самая древняя и самая сильная. Именно ее я и хочу заполучить. – Он залпом допил виски и облизал губы толстым языком. – Я хочу, чтобы ты накачал ее транквилизаторами и оставил меня наедине с ней на столько, сколько мне потребуется.
Кёртис понимающе кивнул и, подойдя к бару, схватил за горлышко бутылку с янтарной жидкостью.
– Хочешь позабавиться с ней, да? Меня не проведешь. Черт, я тебя не виню. Она горячая штучка.
Мужчина поджал губы и ничего не сказал. Когда Кёртис подошел к нему, он поднял свой стакан, и тот плеснул ему еще виски.
– Может, и так, но это не главная моя цель. Ты уверен, что она будет совершенно беспомощна?
– Уверен. Препарат прошел серию тестов. Он действительно работает. – Наполнив собственный стакан, Роджерс отступил назад.
– А с чего ты взял, что сможешь удержать ее силой, в то время как другим это не удалось?
– У меня есть определенные способности. К тому же я знаю ее слабые стороны.
– И мы тоже.
– Я умею обернуть это себе во благо.
– Да, не стану отрицать, шансы у тебя есть. В общем, если сможешь сделать это, развлекайся с ней столько, сколько пожелаешь. Она будет беззащитной, как новорожденный младенец.
