А несчастная девушка, кружась, словно щепка, в бурлящих водоворотах, среди каких-то обломков, неслась вниз навстречу неизвестности. Цепляясь за колючие ветки, запутавшись в лианах, Хуана в страхе вглядывалась в темноту.
Перед глазами на секунду возник и тут же исчез образ бесстрашного Железного Жана.
Всхлипнув, надломленным голосом она пролепетала:
— Жан! О, Жан! Где вы?
Инстинктивно Хуана еще сильнее вцепилась в гриву лошади, которая, отчаянно фыркая и дергаясь, пыталась нащупать твердую землю.
Грозное течение несло девушку все дальше и дальше. В голову Хуаны пришла страшная мысль: «Лагуна! Боже мой! Это конец!»
Поток действительно неотвратимо уносил ее в эти предательски спокойные воды с чудесными берегами. Однако, вспомнив название лагуны, Хуана поневоле вздрогнула. Еще бы — Лагуна кайманов![100] Она похолодела от ужаса при мысли, что через некоторое время ей, вероятно, предстоит встреча с этими чудовищами.
Между тем буря потихоньку затихла, ливень прекратился. Облака местами рассеялись. Показались звезды. Странное дело! Ни на секунду девушке не пришла в голову мысль, что отец, мать, Гарри и все остальные тоже в опасности. Что с ними может случиться? Они же сообща противостоят стихии, думалось ей…
Между тем бедная Хуана, посреди ревущего потока в компании с фыркающей от страха лошадью, уже никого не звала. Затерянная в страшном одиночестве, переживая ужасающую явь, устав бороться, она чувствовала, как ее неумолимо несло к заливу. Не выдержав, бедняжка простонала:
— Лагуна кайманов! О! Кайманы! Боже милосердный!
Лошадь наконец ступила на твердую землю. Поводья лежали на шее, а Хуана, вне себя от ужаса, неподвижно сидела в седле, судорожно вцепившись в гриву коня.
Понемногу русло реки расширилось, незаметно перейдя в устье. Темная линия густой растительности на берегах отступила назад. Впереди виднелось свободное пространство. На широкой глади слабо подрагивали отражения звезд. Лошадь шла в воде по брюхо, затем по колено. И тут внезапно стремительно погрузилась в реку. Раздался всплеск, сопровождаемый характерным звуком захлебнувшегося животного. Хуана, подумав, что наступил конец, отчаянно закричала:
— На помощь! На помощь! Жан, ко мне!
Крики разнеслись далеко по мертвенной глади лагуны, не вызвав, увы, никакого ответа.
А лошадь через мгновение вынырнула вновь и, рассекая грудью воду, энергично поплыла вперед. Ничто ей теперь не мешало. И, не выказывая поначалу усталости, животное быстро продвигалось в глубь лагуны. Но Хуане показалось, что прошла целая вечность.
Вскоре движения лошади значительно замедлились, стали судорожными. Животным овладел страх. Жеребец жалобно заржал, шумно выдыхая воздух из широко открытых ноздрей.
Прошло уже более четырех часов с начала урагана. Еще немного, и бедная лошадь пойдет ко дну. Конь тоскливо и обреченно заржал еще раз. А Хуана, чувствуя, что вот-вот погибнет, с присущим испанкам темпераментом обратилась с последним призывом к Богу.
Лошадь отчаянно дернулась… затем исчезла под водой… вынырнула… громко фыркнула, проплыла еще несколько метров… И — ступила наконец на твердую землю, как раз в тот момент, когда девушка закрыла глаза, тихо прошептала имя Жана и приготовилась к смерти.
Неужели берег? Почувствовав под ногами твердь, жеребец обрел, казалось, новые силы.
Между тем горизонт слегка порозовел. Скоро наступит новый день.
Выйдя на берег, конь тихо заржал и энергично стряхнул с себя воду.
— Спасена! Я спасена! Боже! Благодарю тебя! — воскликнула Хуана.
Страшно усталая, мокрая, она соскользнула на землю и ласково погладила коня. Дрожа от холода, в потяжелевшей от воды одежде, девушка принялась нетерпеливо ждать рассвета, чтобы сориентироваться на местности и определить, куда идти. Караван, вероятно, должен находиться на западе. Его будет нетрудно найти, как только лошадь немного отдохнет.
Но что такое? Какое новое испытание уготовила ей судьба?
Странные звуки резанули слух. Приглушенный плеск, едва слышное тяжелое скольжение по воде, чье-то фырканье все громче, по мере приближения рассвета, слышались со всех сторон.
Быстро светлело небо. Взору открылась лагуна. Стремительные белые полосы разреза́ли спокойную гладь воды. Казалось, десятки пирог[101] устремились к абсолютно голому клочку суши длиной двадцать метров и шириной три метра, на котором обрели покой Хуана с лошадью.
Прошло несколько минут.
Внезапно лошадь стала проявлять панический страх. Напрасно Хуана пыталась ее успокоить. Жеребец поднимался на дыбы, пятился назад, словно пытаясь куда-то скрыться.
Понимая, что конь вот-вот вырвется, убежит и унесет с собой всякую надежду на спасение, девушка из последних сил взобралась на спину лошади и кое-как устроилась в седле.
Властно повернув животное в сторону берега, Хуана негромко прищелкнула языком. Еще секунда, и лошадь устремится в указанном направлении…
Слишком поздно! Повсюду, сколько видел взор, выползали из воды блестящие, ползучие гады. Это были крокодилы, привлеченные сюда громким ржанием жеребца.
Гигантские ящерицы плотным кольцом окружили лошадь, застывшую от ужаса на месте.
Десятки, сотни чудовищ, толкая друг друга, быстро передвигались с помощью коротких толстых лап. Выгнув бородавчатые спины, открыв огромные отвратительные пасти с двумя рядами длинных острых зубов и устремив на жертву жестокий неподвижный взгляд зеленоватых зрачков, они полностью заполонили небольшой мысок, близлежащие воды. Крокодилы устремились на добычу.
В другой ситуации Хуана, пришпорив коня, бросила бы его вперед сквозь это мерзкое столпотворение. Попыталась бы заставить лошадь отчаянным прыжком преодолеть движущийся к ним живой барьер… И может быть, попытка удалась бы. Но что может уставший, выбившийся из сил конь?
Тем не менее стоило попробовать. Погибать, так с музыкой! Вперед! Только этого не хватало: песок на мысе оказался зыбучим. Напрасно Хуана подбадривала коня и натягивала поводья. Он уже был не в состоянии броситься вперед. Не мог даже двигаться… попытаться вырваться из этой проклятой земли, засасывавшей его все глубже и глубже!
Вот он уже провалился в песок до уровня подколенной впадины. Лошадь отчаянно заржала. Хуана в ужасе вскрикнула. Крокодилы решительно бросились вперед.
В это мгновение над лагуной внезапно разнеслись странные звуки. Словно разом залаяли множество собак. Тявканье маленьких шавок и грозное басистое рыканье волкодавов слились в один могучий хор.
