Ближе к началу съемок у нас так называемая техническая разведка, когда все занятые в фильме начальники групп садятся в автобус и объезжают… все вокруг. Например, на крыше Бартса [больницы Св. Варфоломея], мы забираемся и смотрим: “Так, будем ставить камеру? Где? Что для этого надо?” Мы все обсуждаем, а в конце я составляю списки того, что нам понадобится – дополнительное освещение, съемочное оборудование и так далее, свожу все списки в один и запускаю в производство.
Потом у нас производственное совещание, оно длится целую вечность. По 8 часов иногда. Там мы составляем расписание, что в какой день мы будем снимать. И тут каждый выступает со своими проблемами, вопросами, со своими решениями, если случится так, то как мы сделаем вот это, и т. д.
«У оператора-постановщика интересная работа, все время стараешься для пользы дела, но новый режиссер тебе не всегда в этом помогает…» (Стив Лос)
Например, мы снимаем в Бартсе, но не можем же мы закрыть больницу! Это общественная собственность. И так всегда, если вы снимаете в Лондоне, вы не можете очистить район съемки от людей, потому что а) Лондон вам этого не позволит и б) это вообще технически невозможно. Поэтому вы учитываете возможность присутствия большой толпы и т. д. Странно, что нам не приходилось об этом думать в первом сезоне. Тогда мы пускали Бенедикта и Мартина через Трафальгарскую площадь перед Стедикамом в “Слепом банкире”, и где-то на заднем плане происходящим едва интересовались три каких-нибудь девушки, потому что замечали камеры, а так никто и ухом не вел. Теперь так не сделаешь. Приходится много планировать и много думать.
Как оператор-постановщик, я руковожу тремя группами: сотрудниками постановочного цеха, электриками и операторами. В постановочном цехе у нас 2–3 человека, чаще всего два. Наша система отличается от американской, у нас есть дольщик и ассистент. С электричеством у меня работают пятеро: главный осветитель, первый помощник и трое техников-осветителей. В операторской группе “Шерлока” – да в любом сериале, который я сейчас снимаю, работают две камеры, так что я сам снимаю одной камерой, а другой оператор снимает камерой А или В. Зависит от фильма. Так что у нас два первых ассистента оператора, или ассистенты на фокусе. И два вторых ассистента, или “хлопушки”, как мы их называем. Еще один стажер и, возможно, один ответственный за видеоконтроль и мониторы.
На этом предварительном этапе я отправляю информацию своим группам. Главный осветитель, первый помощник, оператор и его команда ездят со мной на разведку, они видят место съемок и уточняют, что и где им нужно. Я отвечаю на их вопросы, объясняю непонятное.
Джон Лебар. Исполнитель роли Голема.
Рост актера составляет 2 метра 20 сантиметров. Первоначально Марк и Стивен назвали героя Лимпер, но пересматривая сценарий Марк вдруг вспомнил легенду о Големе, глиняном великане, которого вызывали к жизни, написав ему на лбу слово «эмет» (истина), и умерщвляли, стирая первую букву, в результате чего получалось слово «мет» (смерть)
Потом наступает первый день съемок, скажем, “Пустого гроба”, и мы начинаем – а нормальный съемочный день для нас длится с восьми до семи. Поэтому я приезжаю на место в семь, за час до начала. Завтракаю дома или на площадке. “Пустой гроб” мы начали снимать со сцены, где миссис Хадсон моет сковородку, а тут возвращается Шерлок. Наша первая сцена.
В студии я всегда пытаюсь осветить все как можно сильнее, потому что наши рабочие дни очень загружены. Мы снимаем серию “Шерлока” за 21 день. Студия выстроена, меблирована, подготовлена. Я пытаюсь выкроить день до начала съемок и прикинуть размещение светоустановок для создания освещения дня, ночи, вечера. В студии у меня все подсоединено к темнителям. И еще – в студии я работаю только с лампами накаливания, они традиционны, но хорошо служат до сих пор. Все источники света пронумерованы. Все подсоединены к пульту регулировки освещенности. Это такая большая панель, похожая на панель микширования звука в студии звукозаписи.
Художник-постановщик Арвел вин Джонс в интерьере апартаментов Шерлока
В первый день съемок вы приходите и “так, что будем снимать сначала?” И вот, эта первая съемка – медленный наезд на миссис Хадсон через дверной проем. И оказывается, что этот дверной проем снаружи совершенно не отделан, это же декорация, съемочная площадка. И вот Арвел Вин Джонс, [художник-постановщик], на месте. Пришел еще резервный арт-директор, задача которого – проверять соответствие площадки видению Арвела. Первое, что я говорю арт-директору: “Режиссер хочет снимать через дверной проем, а там снаружи нет притолоки. Позвоните Арвелу (потому что он тут же наверху). Надо достать где-нибудь кусок перегородки и прикрепить его туда, чтобы снять этот фрагмент”. Так мы решаем проблемы. Одного делать не стоит – обращаться к режиссеру и объяснять ему, что снять по его замыслу невозможно, потому что дверной проем не отделан. Вы в любом случае говорите: “Ладно, сделаем. За десять минут. Надо разыскать кусок перегородки”. Так что мы добываем перегородку, утаскиваем ее откуда-нибудь с той же площадки, устанавливаем, ставим там столик с лампой, чтобы создать атмосферу, и снимаем. Наконец-то, первый кадр. Потом переходим к близкой съемке отскребаемой сковородки, и так буквально весь день. У тебя на руках список запланированных сцен, и ему надо следовать, буквально продираться через эти сцены и не задерживаться особенно, потому что иначе времени, потраченного зря утром, тебе не хватит после обеда».
* * *
Одним из первых снимали эпизод в здании бассейна («Большая игра»). Новая команда еще не успела сработаться, да и формат проекта пока трудно было представить. Джим Мориарти в первом сезоне должен был появиться на экранах всего на несколько минут. Когда прозвучала команда «Мотор», Эндрю Скотт начал свою большую игру. Смена интонаций, тона голоса и совершенно безумное поведение шокировало всех. Казалось, что ровно в эту секунду сам Эндрю сошел с ума.
«Тогда мы поняли, что наш проект ждет феноменальный успех. Ничего подобного никто из нас даже не ожидал»
Стивен Моффат«Большую игру» снимали в июле 2009 года, после чего режиссер должен был уехать в Штаты. Вторую серию «Слепой банкир» снимал уже Эйрос Лин. Марк и Стивен хотели, чтобы Пол работал над всеми тремя эпизодами, но это значило бы заморозить съемки на целых полтора месяца. Чего они, конечно, позволить себе не могли. Пока шла работа над «Большой игрой», Стивен взялся переписать сценарий к серии «Этюд в розовых тонах». Новый текст был готов только к августу 2009-го, когда уже близилась к завершению работа над «Слепым банкиром». На первый взгляд, изменения были незначительными. Сюжета они не коснулись, а вот образы главных героев и диалоги были полностью переписаны. Пол Макгиган решил подобрать и другие места для съемок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
