ко мне, располосовал рожу и отсек три пальца. Приходилось тратить время на отхил.
Парочка охотников все-таки добежала до тоннеля, но наши охранники сработали грамотно. Артур закрыл собой проход, а Грызлик тупо вытолкнул того и другого с обрыва. Причем последнего красиво так отправил в полет Тараном.
Мы столпились у входа в подкоп, обновили бафы, достали светящиеся артефакты. У каждого свои. Артур тот вообще просто магией света меч заряжал, лампа ходячая. Мегида открыла декоративный цветок на шляпе, и потерла лежащий внутри него камень, по проходу разлился мягкий теплый свет. Лея достала пузырек, он сильно походил на фиал Галадриэль, как у Фродо Беггинса.
Жора призвал светлячка, который походил на самого картмастера, размеры одинаковые, такой же крылатый, тоже с пузиком, вместо рогатого шлема собственные отростки. Мы заулыбались, а когда насекомое отказалось лезть в проход и пикселю пришлось силой его пихать, еле сдержись, чтобы не засмеяться.
Я подумал, что источников света достаточно и не стал ничего выдумывать. Тихону и вовсе это все было не нужно, он в силу расовых особенностей и так прекрасно видел.
Дикарь57: Все готовы?
Зачем кременики тащат пленников в свои ходы? Что скрывается в этих тоннелях? Есть ли ход в сам город? А если есть, что так ревностно стерегут каменные статуи? Все это нам и предстояло выяснить.
Глава 10. Каменный город
Уровень 71
День тридцать первый
Узким оказался только вход, сам же тоннель довольно широкий, неудивительно, если учесть, что по нему таскают пленников. Стены подкопа основательно обтесаны. Причем параметры пещеры оставались одинаковы, а вот сам материал редко был однороден. Черная земля сменялась песком, глиной, камнем. Местами встречались рудные выходы и вкрапления драгоценных камней.
Не отвлекаться на эту красоту непросто. То и дело внимание приковывал золотой самородок, торчащий прямо из стены, или природный алмаз, который как диско-шар отражал по сводам тоннеля подающий на него свет.
Мы шли по одному из множества проходов, у которого имелась куча ответвлений. Спереди доносился непонятный шум. Очень скоро стал виден его источник. Под нами расположился целый муравейник со множеством выступов и уходящих вглубь штолен.
Сотни кремеников разного вида работали в этих шахтах. Одни имели руки-кирки, другие руки-лопаты, третьи обычные кисти, но все они без исключения пахали без устали, добывая руду, камень, складывая полученные материалы в рельсовые вагонетки и отправляя их вниз.
Мы оказались на своего рода балкончике, одном из многих. От него к центральному залу уходила канатная дорога. На соседних выступах в корзинки складывали пленников и отправляли вниз. Там их принимали и распределяли.
Угольников забрасывали в огромные печи вместо топлива. Как же страшно они при этом вопили. Глиняков и песчаников швыряли в большие чаны, где они варились и смешивались до нужной консистенции. Гигантский уродливый кременик зачерпывал получившуюся субстанцию и бросал на гончарный круг.
Он вылеплял из них заготовку под терракотовых воинов, а два маленьких подмастерья с резаками вместо рук дорабатывали детали, затем будущих защитников моста отправляли в печь сушиться. После этого их выставляли группками по семь бойцов, выдавали оружие и вдыхали в них жизнь. Это оказалось самым интересным.
Одетый в лохмотья горбатый кременик звался Мангук Душелов. Он с трудом передвигался, выставив вперед огромное прозрачное брюхо. Внутри него плавали и бурлили десятки светящихся шаров. Дарующий жизнь запускал свою длиннющую руку через глотку.
АхилительнаяДева: Меня сейчас стошнит.
Души словно рыбешки разлетались в разные стороны, но пятерня ловила один из шаров и вытаскивала наружу. Здесь сгустки начинали светиться куда ярче. Мангук подносил сосредоточение жизни к терракотовому воину, и разжимал крючковатые пальцы.
Душу мгновенно затягивало внутрь через рот, ноздри или глаза. Впрочем, нескольким из них удавалось дернуться в сторону, но Мангук быстро реагировал и ловил внетелесных беглецов. Когда кременик оживил семерых, то солдаты построились и направились вверх по самому широкому проходу.
Причуда: Так вот откуда они берутся!
Очередные пустые болванки предстали перед Мангуком. Шесть душ без проблем переселились в новый дом, а вот седьмая, сорвавшись в руки кременика, ринулась обратно в его пасть. Вместо того чтобы схватить беглянку, Душелов рефлекторно отмахнулся.
Выигранной секунды бестелесной сущности хватило с лихвой, она подобно сигнальной ракете взмыла вверх, оставляя серебристый шлейф и слегка истончаясь от этого. Ох, непростая это душа, кто-то явно могущественный, настырный настолько, что даже после смерти не нашел покоя.
Сущность ярко светилась, заставляя всех кремеников отрываться от работы, щуриться и задирать голову вверх. Душа уткнулась в потолок и не смогла пройти сквозь свод пещеры, покрытый еле различимыми узорами.
Искрящий сгусток ринулся в нашу сторону и ткнулся мне в грудь. От него отходило прохладное тепло, да, звучит противоречиво и так не бывает, но уж как есть. Душа судорожно тыкалась в каждого по очереди.
Мы уже поняли, что у кремеников плохое зрение, но сущность так сияла, что даже эти «кроты» смогли разглядеть нас во всей красе.
— Твою ж мать! — уже не стесняясь, выругался я, так как в следующую секунду по пещере разнесся ужасающий полный гнева крик Мангука. Кременики побросали работу, мерзко скрежеща руками по камню, бросились вверх по уступам.
Душа воплотилась в человекоподобный сгусток, детализация была так ужасна, что даже пол не определялся. Просто размытый призрачный силуэт.
— Прошу, — еле слышно вырвалось у сгустка энергии, и он снова обратился светящимся шаром.
Оставалось только сжать зубы. Ну какого черта все это с нами происходит?
Завеса уже активировала пояс, из груды костей собрался классический воин скелет. Душа все поняла без лишних слов и врезалась в нежить. Глаза некросущности сменили свет с зеленого на бледно-голубой.
Внимание! Получено случайное задание «Спасение души».
Награда: неизвестно.
— Спасите души свои, грешники! — весело воскликнул Праведник и воздел меч и щит вверх, они засеяли так ярко, что бегущие по узким уступам твари вынуждены были замедлиться, так как не могли смотреть.
Тихон тем временем стрелял разрывными стрелами в столбы у входов в штольни, вызывая обрушения, чтобы поменьше чертовых «шахтеров» бросилось за нами в погоню.
— Может, взорвем здесь все? — с надеждой в голосе спросила Мегида, глаза её сияли похлеще, чем у скелета Завесы.
— Ну уж нет, — отрезал я. — Давайте за мной по очереди. Тихон последний. Сзади из проходов уже доносился топот десятков ног. Звук усиливался и искажался подземной акустикой, под кожей невольно забегали орды мурашек.
Я обхватил Пирожка ногами, перекинул пояс через
