ритма у этой звуковой пытки не было.
Игроки поспешили отбежать подальше, но звуки волынки были коварны и как самонаводящееся заклинание находили свою цель. В итоге берег опустел. Все, кто мог свалить, сделали это, даже водомерки и те не стали приближаться к переправе. А чайки-переростки, что так ревностно патрулировали небо, решили переехать подальше. Первый раз увидел, чтобы птицы тащили в клюве гнездо.
Я закончил играть и отправил своим инструкции. Встретил их на границе моста. Наконец-то нашлось применение туманной дымки. Некра превратилась в скелета, а лучник, как всегда, оставался в невидимости. Дружной толпой мы дошли до нимф. Я наложил дымку, скрыв нас ниже пояса. Переговорив с Леной спокойно прошел. Друзья шагали следом. Только с Пирожком возникла заминка. Нимфы долго трепали его за щеки и никак не хотели отпускать. Черепашку Артура они, отбафали, какой-то своей особой магией.
В личку тут же пришел ворох сообщений от разных игроков. Я решил ответить только одному и открыл последнее.
Барбос: Как ты это сделал?
Дикарь57: А ты не видел? Они легко идут на контакт. Спойте им че-нить. Потом покажите .!. Если размер понравится, они вас пропустят, если нет — сольют.
Отряд установил точки привязки на мосту. Я пересказал сокланам диалог, а нимфам подмигнул и пожелал повеселиться.
Мы сныкались в кустах и стали наблюдать. Тот самый Барбос, оказался воином с огромной секирой за спиной. Он выбежал на мост, стесняясь и запинаясь, начал петь какой-то попсовый хит. Голоса у парня совершенно не было. Не знаю, как нимфы сдерживали смех. Игрок ограничился одним куплетом, после чего спустил штаны. Тут воительницы не выдержали и начали ржать совсем не как леди. Они хлопали себя по бедрам и катались по мостовой, а одна не удержалась и улетела через перила, подняв фонтан брызг. Покрасневший Барбос убежал, натягивая штаны.
Наблюдать за дальнейшим цирком мы не стали. Впереди шли настолько живописные места, что не терпелось их исследовать. Тем более что времени полюбоваться красотами у нас не так уж много, ночью Лену сменят, и она нас догонит и проведет экспресс-маршрутом, а до этого времени еще надо успеть лодку сварганить.
Вы покидаете локацию Застава Обманчивой Красоты.
Вы вошли в локацию Водный Сад.
Перед нами раскинулись невероятной красоты долина. Издали она походила на заросшие сочной зеленью луга усыпанные тысячей исполинских зеркал или на хаотично затопленные рисовые поля с разноразмерными грядками, но вблизи становилось понятно, что все по-другому.
Наверное, если бы лунную поверхность залили дождем и засадили зеленью, она выглядела бы так же. Водоёмы. Сотни и тысяч маленьких лужиц, ручейков, прудиков, рек и озер. Большая часть из этого сливалась в единую сеть, но были и изолированные участки. Всё это пространство бесконечного праздника воды разрезали узкие тропки, иногда встречающиеся между собой на больших земляных пирогах.
В одних лужах виднелось золотистое песчаное дно и ползающие по нему раки, другие же словно глаза Посейдона, ведущие к центру земли, из которых на тебя смотрит сама бездна. В большинстве вода прозрачная, но встречались и затянутые ряской участки.
Жизнь в округе била ключом. Тысячи насекомых прыгали из одного водоема в другой, за ними гонялись рыбы, на них, в свою очередь, устраивали охоту всевозможные птицы и земноводные. Примечательно, что многие привычные глазу виды здесь страдали гигантизмом. Обычный баклан вполне мог утащить одного из нас, если вдруг мы покажемся аппетитными, про цапель вообще молчу — натуральный пернатый дракон. Да и проходя мимо прудика, из которого выглядывает карась, способный проглотить Пирожка, лишний раз подумаешь, стоит ли так приближаться к воде.
Светило солнце и закрапал мелкий теплый дождик. Меж двумя ближайшими лужами протянулась радуга.
Лучник замер на полушаге.
ТихийШелест: В Ветхом Завете написано, что Бог создал радугу после уничтожения Садома и Гоморы, как напоминание…
— Молодёжь еще помнит, что такое книги, — деланно удивился Жора.
ТихийШелест: Конечно. Любой подобный труд — настоящий фундамент для людей искусства. Бесконечная кладезь образов. Я…
Тихон не закончил. Да никто бы уже и не прочел. Мы завороженно стали оглядываться. Радуги большие и маленькие расцвели вокруг нас как беззвучно взорвавшиеся салюты. Они протянулись над каждым водоемом, сплетаясь и преломляясь. Все оказались в легком шоке. Подобная красота гипнотизирует, парализует сознание, оставляя лишь одну функцию — любование. Если бы сейчас на нас напали, никто бы и не пошевелился.
А уж наш молчаливый художник больше всех оказался сражен в самое сердце. Лучник раньше других смог отмереть, суетливо метался по округе, глядя на окружающее великолепие под разными углами. Я раньше не понимал, что он делает, а потом дошло, что помимо стандартных процедур безопасности и осмотра округи на наличие потенциального противника, Тихон успевает делать скриншоты.
Осознание этого пришло далеко не сразу. Просто как-то во время пути, мы по очереди шли в голове отряда, соответственно, присылая картинки в чат группы. У всех местность как местность, а у Шелеста готовый пейзаж, хоть сейчас печатай и в рамочку на стену вешай.
После короткого инструктажа Лены мы примерно знали, чего ожидать, но все равно внутри появился легкий трепет. Слишком резкий получился переход от строгой молчаливой суровости каменных долин к мириадам кратеров и русел заполненных жидким хрусталем.
Дождик быстро прекратился, но солнышко продолжало светить, и слегка намокшая одежда моментом высохла. Мы остановились на берегу небольшого озерца. В его центре стоял островок, на нем росли пальмы с широченными стволами. Именно они-то нам и нужны.
АхилительнаяДева: Не рыбачить. Ни в коем случае не рыбачить.
Лишний раз тревожить покой водных обитателей не стоило. Все намекает на то, что местная донная фауна буквально затаилась и только и ждет, чтобы наивные гости закинули удочку, а уж там такая рыба попадется, что оглушить её сможет только Король Дорион.
Гром был в восторге. Артур отпустил его и черепашонок под бафами нимф буквально летал по лужам гоняя мелкую рыбешку, водных насекомых и прочую местную живность.
Я и Тихон разделись и поплыли на остров. Когда ног стало что-то касаться, мы переглянулись, несчастная сотня метров оставшегося пути вдруг показалась непреодолимой дистанцией. Сверху раздался звук приземляющегося истребителя, и недалеко от нас села утка, правда, размерчик у нее чуть больше стандартного катера.
По воде пошла рябь, нас болтало как поплавки. Птица заинтересовалась неизвестными созданиями, но агрессии не проявила. Тихон нырнул под воду, а когда всплыл секунд через тридцать, сунул мне в руку тонкую бечёвку. Что это стало понятно, как только утка
