меня.
– Я останусь здесь.
Взгляды Михаила и Люды встретились.
– Извини, я не смогу тебя простить, – Мишка печально улыбнулся. – Да и никто бы на моем месте не смог. Но папку шефа я тебе принесу.
В глазах Люды появился холодный, отстраненный блеск.
– Я понимаю, – она кивнула. – Теперь мне пора…
Женщина встала.
Стянуть из сейфа шефа нужную папку для Мишки не представляло никакого труда. Он принялся придумывать горькие слова, которые он скажет на прощание Людочке там, возле вокзала. Мысли были настолько сладкими, что Мишка помимо воли снова потянулся к бутылке.
Люда вернулась почти от двери.
– Знаешь, что… – она в упор смотрела на бывшего мужа. – А я ведь все знала тогда про тебя и Зойку из аналитического отдела. Все, понимаешь?!..
Струйка водки полилась мимо стакана.
– Как это все?.. – слегка побледнев, спросил Мишка.
– Ты все равно бы от меня ушел, кобель проклятый!.. – на глазах женщины вдруг навернулись слезы. – А тогда, ночью, я сидела и думала, думала, думала… Чуть с ума не сошла! А что мне было еще делать? Аборт, да?!.. – Люда кивнула на фото детей на столе. – Но тогда чем я лучше террористов?.. А еще что я могла? На развод подать, да?!..
В глазах Михаила вдруг промелькнуло что-то затравленное и собачье. Он отвел глаза и уставился на стол.
– … Вот поэтому я и решила отправить тебя в эту командировку! – продолжила сквозь слезы Люда. – И генерала Кошкина уговорила. Только знаешь, что Мишенька… Одна та моя ночь, когда я на все это решилась, будет длиннее твоих трех последних лет здесь. Мучился он, видите ли!.. Простить он меня не сможет!.. Ты лучше спроси, кобель, смогу ли я тебя простить?!
Люда резко отвернулась и, всхлипывая, побежала к двери.
Мишка вытер вспотевшее лицо.
«Нет ничего хуже, если жена тоже шпионка, – подумал он. – От такой ничего не скроешь».
Мишка спрятал фото детей в карман и взял в руки коробочку со звездой Героя…
Через пару минут Мишка вышел на улицу. Почти тотчас раздался несильный взрыв на верхнем этаже «Блейк Джека». Вниз полетела разбитая снайперская винтовка.
«Наши от «Януса» прикрывают», – догадался Мишка.
Порыв ветра отбросил полу плаща и на груди Мишки на мгновение сверкнула Звезда Героя. Мишке вдруг очень захотелось, чтобы Людочка увидела его именно таким – сильным и красивым.
«Она смотрит сейчас, наверное!..» – с надеждой подумал Мишка.
Он запахнул полу плаща и мужественно нахмурился.
На Лонг-Уайт-Стрит вдруг стало чуть светлее. Впрочем, не исключено, что эту улочку впереди ждало тишайшее и серенькое будущее, напрочь лишенное приключений.
В общем, немного жалко ее… Эту Лонг-Уайт-Стрит.
Про шпионов
«А пуговки-то нету у правого кармана,
И сшиты не по-русски широкие штаны.
А в глубине кармана патроны от нагана
И карта укрепления Советской стороны…»
Пионерская песня 30-х годов…
1.
Концертный зал филармонии гудел множеством возмущенных голосов. Шпионское собрание было в самом разгаре.
– Тише, господа, тише, прошу вас! – толстяк-председатель потряс в воздухе колокольчиком. – Я вполне разделяю ваше, так сказать, негодование. Но, в конце концов, мы же сами выбрали свою работу…
– Ликвидировать этого пионера немедленно! – рявкнул грубый бас. – Третьего нашего за месяц ловит.
– А за год восемнадцать шпионов мальчишка вычислил, – худосочный тип в первом ряду вскочил и принялся энергично размахивать руками. – Это возмутительно, господа! Просто невозможно работать, когда тебя вот-вот сцапают.
Толстяк-председатель вздохнул и принялся перелистывать толстую папку с надписью «Дело». Шум в зале постепенно стих.
– Петя Иванов… Возраст – двенадцать лет, – вслух прочитал председатель. – У мальчика типичная психология пионера нашедшего иностранную пуговку на дороге в старой, общеизвестной песенке …
– Так я и знал! – ахнул грубый бас.
– Аналитические способности пионера Пети не подаются никакой оценке, – продолжил председатель. – Нашего брата-шпиона видит насквозь. Мальчик неистощим на выдумки и ловкие провокации…
– Говорите проще, – перебил председателя худой тип из первого ряда. – При встрече с этим пионером у нашего брата-шпиона нет ни одного шанса.
– Ликвидировать! – снова рявкнул бас.
– Заткнись, балбес, – сердито одернули сзади нетерпеливого грубияна. – Такой пацан тебя сам первым ликвидирует и вякнуть не успеешь.
Председатель снова взялся за колокольчик.
– Тише, господа. У меня есть предложение. Прошу, как говорится, любить и жаловать, мистер Джон Смит!..
Занавес за председательским столом чуть заметно колыхнулся и на ярко освещенную сцену вышел пожилой мужчина с мужественным лицом.
Зал притих.
– Сам Джон Смит!.. – тихо прошелестело в глубине зала. – Сорок лет работы и ни одного повала… Счастливчик-Смит.
Живая шпионская легенда снисходительно улыбнулась.
– Завтра!.. – председатель вместо колокольчика потряс в воздухе пальцем. – Завтра же мистер Смит лично займется пионером Петей. Я думаю, господа, наш профсоюз не будет ограничивать его в средствах?
Зал одобрительно промолчал. Через пять минут собрание закончилось и шпионы потянулись к выходу.
– Этот Смит все-таки идиот, – тихо шепнул худой нервный тип здоровяку в надвинутой на глаза шляпе. – Сидел бы себе дома на пенсии. Впрочем, – тут же заметил он, – скука довольно отвратительная вещь…
2.
Звонок в квартиру пионера Пети Иванова был длинным и требовательным. Шаркая тапочками, Анастасия Владимировна не спеша, направилась в прихожую. За дверью стоял высокий пожилой человек с лицом кино-ковбоя.
– Это квартира Ивановых? – улыбаясь, с чуть заметным акцентом, спросил он. – Я не ошибся?
– Нет, – Анастасия Владимировна с любопытством рассматривала лицо гостя. – А что вы хотите?
– Поговорить о вашем внуке.
– Господи, неужели Петька опять что-то в школе натворил?!
– Нет, что вы! – незнакомец снова улыбнулся. – Вы разрешите мне пройти?..
3.
Петя стоял в кабинете следователя ФСБ Скорохватова и водил пальцем по стеклу. Там, на улице, шел дождь. Мальчишка старался повторить путь какой-нибудь капли по стеклу и недовольно морщился, когда та ускользала в сторону.
– Я не хотел!.. Меня заставили! – громко жаловался толстый человек перед столом следователя.
Он размазывал по щекам слезы и хлюпал носом.
– Давайте не будем, гражданин, – сурово перебил следователь. – По нашим сведениям вы не только шпион, но и председатель шпионского профсоюза.
– Дядь Леш, можно я домой пойду? – не оглядываясь, спросил Петя.
– Рано еще, – отмахнулся следователь и снова уставился на толстяка пронзительными глазами. – Так что вы, гражданин, не морочьте мне голову!
Толстяк оглянулся и затравлено посмотрел на мальчишку.
– Хорошо, я все скажу, – он вытер нос и сверкнул глазами. – Только пусть этот пионер уйдет. А потом, через три часа, я расскажу вам все!
– А почему через три часа? – удивился следователь.
«Потому что Джону Смиту должно хватить и этого времени, – подумал толстяк-председатель. – Кстати,
